Мир Теней - Денис Игоревич Камков

все же он был либо безрассудно смел, либо, что скорее, непроходимо туп. Ведь он не мог не видеть, что я превосхожу его, как минимум на порядок в размерах, а следовательно и в энергетическом плане. Это же было очевидно, даже если он совсем не разбирался в том, что именно торчит у меня из плавников, нацеленное на него, круглое и с отверстием. Я подозревал, что пушек у них в мире еще не изобрели, даже пороховых, а о ружьях тоже никто не слышал, но все же не просто так, наверное, я нацелил на него все свои «трубы»! Это то, неужели, было ему совсем не понятным?

– На чем же мы будем, по-твоему, драться? Хотя стоп, раз именно ты вызвал меня, значит, по правилам, оружие выбираю я! – Произнес я, вспоминая какую-то давно прочитанную мной книжку, про рыцарей и дуэли.

Но он не стал дожидаться, а просто плюнул в меня отпочковавшимся от его тела крохотным шариком, как малыши стреляют мыльными пузырями из пластиковых пистолетов. Но поскольку тут не было воздуха и гравитации, его шарик полетел, чему я даже немного удивился, прямо в мою сторону, не поднимаясь вверх и не падая вниз, как это было бы в случае с мыльным пузырьком в реале. Я, если честно, чуть не засмеялся, но тут сработали вбитые в меня, вместе с тумаками от Вирдана рефлексы, и я на автомате разрядил в него свои парные орудия, прямо из своего верхнего плавника.

– Прощай Мильтон! – Произнес я, отстраненно наблюдая, как ко мне все еще плывет его выпущенный в меня радужный шарик, а его астральное тело тем временем, уже постепенно тает, пробитое в двух местах навылет и медленно превращается в исчезающие в пространстве, полупрозрачные, рваные лоскуты.

– Так, так! – Произнес кто-то сверху от меня, и ко мне из марева астрала выдвинулся нос какого-то крупного дирижабля и теперь уже я был в той же пропорции мал, когда до этого сравнивал себя и Мильтона. – Значит, маленьких обижать ты научился, а что на счет больших?

– Да я, собственно, успел только принять его предложение дуэли, а обижать таких убогих, как-то грешно даже. – Произнес я, судорожно продолжая накачивать себя энергией и с тоской наблюдая, как она едва плещется на самом дне моих обеих энергоцентров.

– Ты не дослушал моего друга, глупец, он хотел выставить на бой меня! Кодекс дуэлей позволяет заменить себя, на любого бойца! – Прорычал мне грозно он. – Теперь же ты просто умрешь!

С носа дирижабля ударил сноп ревущего яркого света и пронзил то место, где я только что находился. Как же я сейчас был рад обучению у Вирдана, который подробно рассказывал мне, в чем преимущества быстрых патрульных кораблей, по сравнению с тяжелыми и неповоротливыми линкорами. Как я быстро убедился, главный калибр у дирижабля имелся лишь один, и он был неподвижно закреплен и направлен строго вперед. По бокам у него то же имелись какие-то, не слишком серьезные установки. Но они уступали даже моим слабым, установленным в нижних плавниках, не говоря уже об основном моем орудии, которое работало у меня в паре с аналогичным, и могло вести огонь по векторам, градусов в шестьдесят, от основного направления моей стрельбы.

Все было бы довольно просто, и я даже не задумывался бы особенно, отдавшись автоматизму хорошо отработанных рефлексов, но меня сдерживало почти полное отсутствие энергии. Чтобы завалить этого мамонта, мне бы хватило половины, или даже, при удачных попаданиях, трети всего объёма. Но у меня сейчас не было и пятой части от моего полного энергозапаса. Поэтому я плясал вокруг неповоротливого астрального обитателя, и изредка постреливая, в основном занимался подзарядкой, от скуки ведя с ним неторопливый, односторонний разговор, на который он вначале вообще никак не реагировал, стараясь поймать меня и прострелить своим носовым излучателем. Он постоянно крутился, для того, чтобы поймать меня в прицел, а затем, поняв, что не успевает, и вовсе пришел в ярость, плюясь со всех сторон более слабыми импульсами уже куда попало, не попадая при этом, и потому все больше распаляя себя, тратя энергию уже и вовсе абсолютно бездумно.

Мне это было, конечно же, на руку, и я некоторое время даже перестал наносить ему повреждения, все свое внимание, уделяя лишь подзарядке и уворотам. Это еще больше злило его, и он потратил уже более половины своего энергозапаса на промахи, за все время лишь дважды вскользь задев меня, какими-то совсем несерьезными, боковыми импульсами.

– Ладно, всё, уговорил, мне тебя не победить, предлагаю ничью и давай уже миром разойдемся! – Наконец он признал давно очевидное всем положение, и пошел на конструктивный разговор.

– Принято! Тем более официально, Мильтон так и не успел назначить тебя дуэлянтом и я, не нарушая правила, честно победил его. К тому же он выстрелил первым, если ты, конечно, это заметил. – Бодро проговорил я.

– Заметил, заметил… – Неохотно выдавил из себя дирижабль.

– Мир, дружба? – Предложил я, потому что дирижабль видимо был очень старым обитателем местного астрала и мог много интересного поведать мне впоследствии.

– Не знаю, как получится с дружбой, но на мир я согласен. В конце концов, как не крути, Мильтон все же был мне учеником, и хоть он и не отличался пунктуальностью и частотой выхода в астрал, все же пару уроков я ему дать успел. – Проворчал он.

– Согласен. Я буду в астрале появляться гораздо чаще, чем он и хотя мне уроки твои не сильно нужны, от бесед и твоих рассказов я не откажусь. – Ответил я, с некоторым, подобающим случаю, почтением.

На том мы с ним и порешили, и я с некоторым облегчением, отправился поближе к полю астр, потому как местный астрал, хоть и был весь насыщен энергией, но тратить на висение вдали от источников пять или даже шесть часов на зарядку, мне как-то совсем не улыбалось. Там же, я заряжусь за час, а путь туда и обратно, займет у меня, максимум минут тридцать.

Глава 49. Путь в Штормхольд.

Сытый, заполненный энергией и даже довольный, я вышел из астрала, и тут же завалился спать. Задница и внутренняя часть моих бедер нещадно болели, стертые за день об седло. А мне уже вскоре нужно будет вновь изображать из себя бравого кавалериста, чтобы успеть добраться до Школы Волшебства вовремя. Каникулы подходили к концу и вместе со мной, в Штормхольд должен будет вернуться и тот пацан, что сейчас выводил рулады, громогласно храпя в соседней комнатке, за