Поезд в страшную сказку - Татьяна Владимировна Луковская

— Но он не убивал тетку! — подскочила Варя. — Как вы можете?

— Против него есть улики.

— Единственная серьга? Да она сама ему ее отдала, передала с лакеем. Спросите Захара. Это Захар принес ее Левонтию на вокзал, там наверняка были свидетели, опросите их. Нельзя же посадить человека за одну единственную серьгу. Я знаю, кто убил Евгению Ивановну, у меня есть доказательства, я готова дать показания…

— Послушайте, — перебил ее Коробейников, — он признался.

— Как признался? — округлила Варя глаза.

— Так, пришел с повинной и признался в убийстве. Рассказал все в подробностях, просил лишь одно — обеспечить вашу безопасность и встречу с Иванцовым. Поедемте, — снова протянул Коробейников ей руку.

— Он оговорил себя, чтобы меня спасти, — пробормотала Варя, игнорируя его жест.

— Мы разберемся.

— Не сомневаюсь, — горько усмехнулась она.

«Мне срочно нужно встретиться с этим Иванцовым. Другого выхода нет».

— Идемте, — обойдя Коробейникова, решительно зашагала она к выходу.

Краем глаза Варя заметила прикрывавшую рот изумленную хозяйку. «Неонила Карповна все слышала, теперь по городу будут гулять слухи, что Левонтий убил родную тетку. Да плевать на слухи, нужно вырвать его из застенков. Поможет ли в этом Иванцов? Если он пытался сжить со свету Левонтия, ему арест врага только на руку. Но я расскажу о предательстве его ближайшего окружения, разоблачу лжедочь, должен же этот человек „с черной душой“ проявить хоть крохи благодарности?»

Коробейников открыл пред ней заднюю дверцу автомобиля, Варя села, скрываясь под нависающим кожаным пологом. Теперь зевакам не рассмотреть, кого везет мрачный красавец-следователь. Коробейников запрыгнул на водительское сиденье, машина завелась и покатила по узкой колее вдоль бараков Грузового двора.

Убогие дома сменились хорошими особняками, потом потянулись крепкие избы как в Верхневельтской, и наконец автомобиль выкатил на окраину, где прямо среди деревьев начинавшегося леса, отгороженная чугунными решетками забора и расчищенной от снега лужайкой проглядывала большая усадьба в стиле классицизма, со всеми его старинными атрибутами: портиком, увенчанным треугольным фронтоном с подпорками беленых колонн, рустовкой первого этажа и симметричными флигельками по бокам — этакий привет из барской жизни прошлого века.

— Держитесь за переднее сиденье! — крикнул Варе Коробейников, и вместо того, чтобы притормозить у ворот, неожиданно резко ударил по газам.

Машина на полной скорости протаранила ворота, выбив один из чугунных створов, и понеслась через лужайку прямо к дому. Варя вцепилась ногтями в кожаную обивку. Со всех сторон к машине бежали люди с оружием. На пороге встал мужик с винтовкой наизготове, дуло уперлось прямо в лобовое стекло. К своему ужасу, Варя по очертаниям фигуры и лохматой шапке опознала того самого Яшу-каюра. Сейчас он застрелит следователя… а следом и ее.

Газ сменился тормозом, машина дернулась всем железным телом и остановилась, не доехав пары шагов до первой ступеньки. Варю по инерции кинуло вперед, и она стукнулась лбом о спинку переднего сиденья.

— Ваше благородие, белены объелись⁈ — прорычал Яшка, слегка качнув винтовкой.

— Да он пьяный! — крикнул один из мужиков.

Коробейников надавил на клаксон, по округе волнами пошел настырный гудок.

— Вылазь, сука, башку снесу! — проорал Яшка, стреляя выше головы наглеца-водителя.

Коробейников перестал сигналить, Варя вжалась в сиденье, на миг установилась гробовая тишина.

— Чего расшумелись⁈ — сталью прозвучал низкий сиплый голос, отчего все мужичишки как-то сразу втянули головы в плечи.

На пороге стоял огромный, похожий на медведя бородатый с проседью длинных русых волос мужчина, по-купечески обряженный в белую косоворотку и подбитый мехом внутрь жилет.

— Их благородие лишнего дернули, шалить изволят, — посторонился Яшка, но винтовку не убрал.

Коробейников вышел из автомобиля, распахнул заднюю дверь и подал Варе горячую руку, она неловко уцепилась за нее пальцами и выпрыгнула из автомобиля. При появлении живой компаньонки Яшка посерел, сравнявшись оттенком со свалявшимся под домом снегом.

— Дочь вашу, Тихон Павлович, привез, — спокойным тоном проговорил Коробейников.

— Еще одна, — хохотнул кто-то из мужиков.

Варю накрыл тяжелый пристальный взгляд из-под седых совиных бровей. «Глаза тоже голубые и нос курносый, но это не мой отец, определенно, не он».

Глава 39

Объяснение

Крупное лицо, широкий лоб, сильно посеребренные, ниспадающие до самых плеч волосы, от светло-голубых с прищуром глаз под кустистыми седыми бровями разбегались борозды морщин, а борода лопатой почти не имела седины, русая, окладистая — таков он, хозяин усадьбы у леса. Совсем другим рисовало Варе воображение Иванцова, отчего-то ей казалось, что это будет верткий, с мелкими хищными чертами человек, эдакий ястреб или коршун, готовый вцепиться в зазевавшуюся добычу, а этот скорее смахивал на ватажного атамана, каких рисовали в детских сказках про лихих разбойников. Впрочем, не так уж и важно, каков он обличьем, ясно одно — от Иванцова исходили сила и уверенность, вселявшие окружающим почтение и страх. Варя почтения пока не ощущала, а вот страх, это да, он сдавливал горло и заставлял дрожать колени.

— Да какая ж она дочка, это ж приживалка при той, — как можно тверже произнес Яшка, — одна у них шайка, они еще с кавалером дорогой амуры крутили и потерялись.

— Что скажешь? — насмешливо проговорил Иванцов, снова накрывая Варю давящим взглядом.

— Я не ваша дочь, это недоразумение, — стараясь придать своему голосу уверенности, заговорила Варя. — Я действительно Варвара Тихоновна Иванцова, и мой отец — Тихон Павлович Иванцов, но он погиб много лет назад.

— Ну, я ж говорил, что не она, — обрадованно закивал Яшка.

— Цыц! — гаркнул Иванцов. — А деда твоего как зовут?

— Павел Петрович. Я лишь хочу, чтобы эти люди, — указала она на Яшку, — прекратили преследовать мою семью, и чтобы вы помогли…

— Пойдем, — неожиданно махнул ей Иванцов, приглашая в дом.

— В связи с покушением на Варвару Тихоновну, она находится под защитой полиции, — встал меж ними Коробейников, закрывая подопечную крепкой спиной.

— Ну, и ты заходи, — равнодушно отозвался хозяин, первым зашагав по ступеням.

Варя с Коробейниковым последовали за ним, никто их больше не останавливал. Яшка попятился, прячась за чужими спинами. Как пить дать, в бега кинется,