Вольный наследник. Том 3 - Артём Кей

Третий начал пятиться, постоянно кланяясь. Может, извиниться хотел? А может, просто испугался. Видимо, понял, что ошибся адресом.

— Ладно, пойду спасать, — сказал я сам себе. — Этих троих. Амалию-то что спасать? Она сама кого хочешь спасёт. Даже если спасаемый сопротивляться будет.

Я вышел из лаборатории, спустился во двор. Когда я пришёл, этих троих уже держали наши стражники. Парни выглядели помятыми — один без сознания, второй с подозрительным изгибом руки, третий трясся как осиновый лист.

— Что тут происходит? — спросил я у Амалии.

— Нахамили, — ответила она. — Тащите их в темницу. Пусть недельку посидят. Чтобы в следующий раз думали, что говорить.

— Только давай не как обычно, — сказал я ей.

— В смысле? — спросила она.

— Подержать в темнице, — уточнил я. — Не казнить, не повесить, просто подержать. Через неделю выпустить.

— Ой, да ладно, это было-то один раз, — ответила она, а парни побледнели. Точнее, побледнели двое, а один был без сознания, ему всё равно.

— А вот вы где, — сказал подошедший к нам Митрофан. — Айда к Боброву. Дела есть.

— Что на этот раз? — спросил я, но Митрофан только рукой махнул — мол, идём, там расскажут.

Минут через десять мы сидели у Боброва в кабинете. Тот выглядел озабоченным, но при виде нашей компании даже улыбнулся — правда, криво.

— Значит так… — начал Бобров.

— Подождите, — перебила его Амалия и достала какую-то бумажку. — Вот это что?

Митрофан взял у неё бумажку, пробежался глазами и присвистнул.

— В рот мне ноги, — содержательно ответил он.

— Что там? — с любопытством спросил я.

— Ва-аше сиятельство… — протянул он. Встал и отвесил поклон Амалии.

— Что там? — повторил тот же вопрос Бобров.

— Её светлость Герцогиня Амалия Рысева, — пафосно сказал Митрофан и показал на неё пальцем, как фокусник, достающий кролика из шляпы.

— А можно без этих кривляний и шуточек? Просто объясните, что происходит, — спросила Амалия.

— Да ничего не происходит, — развёл руками Митрофан. — Его величество, батюшка император, соизволил тебе присвоить герцогский титул. С землями, с вассалами, со всеми вытекающими.

— Ну нифига себе, — сказал Бобров, который обычно никогда так не выражался. Даже я удивился.

— Поздравляю, — удивлённо сказал я.

— И что теперь делать? — спросила Амалия, глядя на бумажку так, будто она вот-вот ее укусит.

— Управлять герцогством, — сказал Митрофан.

— Так, ладно, — Бобров хлопнул по столу ладонью, возвращая разговор в деловое русло. — Потом разберётесь.

— А если госпожа герцогиня против и хочет обсудить именно это? — ехидно спросил Митрофан.

— Ты против? — спросил её Бобров.

— Почему вы меня об этом спрашиваете? — удивилась Амалия.

— Ну вообще-то, — улыбнулся во все тридцать два, или сколько у него осталось, зуба, уточнил Митрофан в своей ехидной манере, — ты тут сейчас как бы старшая.

— Как это? — удивился я.

— Ну вот смотри. Она — герцогиня, он — барон, — Митрофан кивнул на Боброва. — Она старше по титулу. Значит, она ему не подчиняется, а он ей. Если, конечно, она не захочет им командовать.

— А я? — спросил я.

— А ты принц, — пояснил Митрофан. — У тебя юридически никакой должности нет. Ты ей приказывать не можешь. Только просить. Или предлагать. Или уговаривать.

— Ну нифига себе, — обалдел я от новостей.

— Так что, ваша светлость, если вот этот будет возбухать, — давясь смехом, он показал на меня пальцем, — отправьте его конюшню чистить. Полезно для здоровья.

— Да ну вас, — обиженно сказала Амалия, но в её голосе уже не было растерянности. Она взяла себя в руки.

— Ладно, хватит паясничать, — сказал Бобров. — Мы тебя поздравляем. Но нас отправляют на границу с Теократией…

Глава 23

После того совещания у Боброва я валялся в кровати и осмысливал произошедшие события. Батя, конечно, чудит! Это даже не обсуждается. Сделать Амалию герцогиней Грейна — сильный ход, конечно. Только не совсем понятный. Зачем? Для чего? Какой в этом глубинный смысл?

Он-то что от неё хочет? Как я понял из разговора, отец прекрасно знал, кто она такая на самом деле. И несмотря на это, он не только не прогнал её, но и повысил. Да ещё как повысил — сразу до герцогини.

Я прокручивал в голове весь разговор на совещании у Боброва. Сложилось такое ощущение, что Амалия просто лишь поддакивала. Кивала, соглашалась, но ничего не предлагала. Будто её мнение там вообще никого не интересовало. Или она сама не хотела его высказывать.

Судя по всему, Амалию отправил отец в путешествие для наработки связей и знакомств. Типичная практика среди аристократов: себя показать, на других посмотреть. Только на кой чёрт это всё надо мне — совершенно непонятно.

Да и вообще, мне не пофиг ли? Девчонка она умная, залётов в плане предательства или шпионажа за ней не замечено. Так что, собственно, претензий к ней никаких. Человек как человек, только с мечами наголо и магией практически архимага.

А вот пользы от неё явно полно. В Винланде помогла, в Стронбилде порядок навела, в Монархии Домис вообще чуть ли не в одиночку предотвратила убийство верхушки правящей семьи. Так что пусть будет. Мне не жалко. А если ещё и вещи стирать продолжит — вообще красота.

Тут другой вопрос имеется. Бобров вручил мне письмо от некой Кристины. На минуточку — принцессы королевства Трейден. Сама написала, сама прислала. В этом письме она меня о помощи просила.

Ей нужно лекарство, чтобы восстановить здоровье после нападения каких-то ребятишек. Ходить не может, лицо и тело изуродовано. Жуть, в общем. Такое даже врагу не пожелаешь, а тут — принцесса, молодая девушка, вся жизнь впереди, а она прикована к креслу.

С одной стороны, насколько я понимаю, королевство Трейден, по сути, нам далеко не друг. Теократы там сейчас правят бал, марионеточное правительство, покорные чиновники. И помогать кому-то оттуда — себе дороже. Можно и нафиг послать, сделать вид, что письмо не получал, или просто тишину поймать. Только вот стоит ли?

Я помню, когда Костик, которого я нанял собирать информацию про Бочкарёвых, обрисовал мне ситуацию. Я тогда был готов рвать и метать.