Оставленная у алтаря - Ивина Кашмир

Риан не отпускает мою руку ни на секунду, когда к нему подступают советники, стража, маги. Все говорят одновременно. Все требуют решений. Все смотрят на него. Он отвечает коротко, чётко, отдаёт распоряжения, и всё это время держит меня рядом.

— Риан, — тихо говорю я, пытаясь высвободить ладонь. — Я в порядке. Со мной всё…

— Нет, — отрезает он так, что я умолкаю. — Просто стой спокойно, Ари. Хватит геройствовать.

Я издаю тяжёлый вздох, и он, недобро зыркнув на меня, достаёт из кармана кольцо и без разрешений напяливает его на мой палец.

Ловлю ошарашенный взгляд эльфийки, которую продолжали приводить в себя куча специалистов, и мрачнею. Теперь точно поползут слухи.

И да, Риан прав. Злодей знает, кто помешал ему прикончить эльфийку.

Убить эльфийскую принцессу в императорском дворце... Да это была бы катастрофа. Эльфы бы взбесились. Скорее всего, потребовали бы крови. А может, и вовсе пошли бы войной, не разбираясь, кто виноват.

Мне даже думать страшно, что началось бы, если бы я не сунула свой нос не в своё дело… хотя, кажется, это уже моё дело.

— Потерпи ещё немного, — Риан наклоняется к моему уху, — закончим, и пойдём к моему отцу, — он заправляет за моё ухо выбившуюся прядь.

— Зачем? — шепчу, заглядывая в его золотистые глаза.

— Узнаешь, — хмуро говорит он, отодвигаясь.

Но руку продолжает стискивать с такой силой, словно я могу в любой момент вырваться и ускакать прочь.

Глава 62

Покои Геральда занимают почти весь верхний этаж. Вдоль стен стоит слишком много стражников. При других обстоятельствах я бы удивилась такому количеству охраны, но сейчас, когда по дворцу разгуливает неизвестный злодей, всё это выглядит более чем оправданно.

Риан тащит меня, как козу на верёвке. Все мои попытки объяснить, что мне там делать нечего, разбиваются об его упёртое «надо».

— Зачем? — в тысячный раз спрашиваю, упираясь ногами в пол. — Зачем мне идти к твоему отцу? — пытаюсь отцепить его пальцы от своего запястья, но они, кажется, сделаны из стали.

— Надо, — выдыхает он и бросает на меня мрачный взгляд, от которого мне становится не по себе — Ари, сейчас доиграешься, и я тебя понесу на руках.

— И что? — бурчу, прекращая сопротивление. — Это тебе нужно следить за репутацией, не мне.

Он закатывает глаза, перехватывает мою ладонь удобнее и уверенно направляется к резной высокой двери, за которой слышатся приглушённые голоса.

Риан открывает двери без стука и буквально впихивает меня внутрь.

Это не обычные дворцовые покои, это... смесь кабинета, зала совещаний и музея. Высокие потолки, массивные колонны, стеклянные витражи. На полу раскинут толстый ковёр винного цвета. Возле стен расположены стеллажи с фолиантами и... комнатные цветы. Куча цветов.

Геральд сидит в массивном тёмном кресле перед огромным столом, заваленным документами, и что-то читает.

Свита стоит полукругом: советники, придворные, маги. Все напряжённо смотрят на него.

— Сын, есть новости? — император поднимает взгляд.

— Папа, — Риан хватает меня за локоть и прижимает к своему боку. — Я пришёл не один.

Ощущая, как печёт щёки, склоняюсь в корявом реверансе, а когда выпрямляюсь, ловлю пристальный взгляд отца Риана.

— Всем выйти, — он делает небрежный жест рукой, и свита, шурша одеждами, кидается к выходу. — И почему я не удивлён? — вздыхает Геральд, начиная чесать переносицу.

Риан сильнее сжимает мою ладонь и делает ещё один шаг вперёд.

Что он задумал?

— Папа, я люблю Аривию.

Слова, заставившие меня поперхнуться собственной слюной. Начинаю кашлять, потрясённо смотря на принца.

Он, что ли, не в себе? Разве можно такое говорить отцу? Да он же нас обоих на костре поджарит!

— Я знаю, Риан, — Геральд закатывает глаза. — Но любит ли она тебя?

Хлопаю глазами. Смотрю то на Риана, то на его отца, окончательно теряя нить разговора.

— Любит, — твёрдо заявляет Риан. — Любишь же?

Он смотрит на меня так… что я чувствую, как внутри что-то сжимается и расправляется одновременно.

Медленно киваю.

Геральд впивается в меня взглядом:

— Аривия, вы уверены? Ещё недавно вы стояли у алтаря с моим племянником. А сейчас утверждаете, что любите моего сына.

— Папа… — морщится Риан.

— Что «папа»? — император приподнимает бровь. — Я хочу знать намерения девушки. Это нормально.

— Её намерения кристально чисты, — Риан шипит сквозь зубы. — Я привёл её сюда не для допроса.

— Ты мой единственный сын, — Геральд напрягается, начинает перебирать бумаги. — Конечно, я хочу знать, что девушка действительно питает к тебе чувства. Про твои я и так всё знаю. Ты заглядывался на дочку Ноланда ещё в то время, когда вы были малышами. Думаешь, я не помню? Мне же пришлось поговорить с Арденом, чтобы тот больше её не приводил.

— Папа! — вздыхает Риан. — Хватит.

— Аривия, — не унимается император, снова впиваясь в меня взглядом, — знаете ли вы, что мой сын годами любил вас? Что пошёл преподавать в академию ради вас?

И что, когда вы решили выйти за моего племянника, он едва не потерял рассудок? Хотел вмешаться, умыкнуть вас, растерзать Эйвара. Я его с трудом остановил.

— Не знала, — выдыхаю сипло. — Я… не знала.

Риан… все эти годы любил меня. Так, что ли? Разве такое вообще возможно?

Я-то думала, что он меня ненавидит. А он… выходит, любил. У меня это просто не укладывается в голове.

— Ну вот, — Геральд откидывается на спинку стула. — Теперь знаете.

— Папа, не пугай Ари. Она и так нервная.

— Пусть знает, что ты одержим ею, Риан.

Перевожу взгляд на любимого, вижу, как он морщится, как дёргается его кадык, и... прижимаюсь к нему сильнее.

— Во всяком случае, я рад, что у вас это взаимно. Признаюсь, я сильно переживал, когда вы, Аривия, чуть не выскочили замуж за моего племянника. Думал, всё, теперь мой сын окончательно сойдёт с ума и украдёт вас. Боялся, что он разрушит семью и что вы его впоследствии возненавидите, обрекая на вечные страдания.

— Папа, ну всё, перестань, — рычит Риан. — Что ты вообще несёшь? Всё приплёл. Абсолютно всё. И чем ты лучше столичных сплетников?

— Я вообще надеялся, что он забудет о детской влюблённости, — спокойно говорит Геральд, обращаясь ко мне. — Но ошибался. Похоже, мой сын нашёл свою истинную пару. Так?

Он смотрит на Риана. Тот коротко кивает.

Я делаю вдох, собирая остатки смелости:

— Я очень люблю вашего сына, Ваше Величество. Очень. И можете не сомневаться в моих чувствах. Я… — голос дрожит, — сделаю всё, чтобы он был счастлив.

— Ари, — Риан обнимает меня, — счастливой буду делать тебя я. Это моя обязанность.

Мы смотрим друг другу