Охотник на демонов 3 - Дмитрий Шимохин

Внутри приглушенный теплый свет, тихая живая музыка — кто-то играл на рояле джаз, звон дорогого хрусталя и запах денег. Запах, который ни с чем не спутаешь: смесь дорогих духов, старого коньяка и свежих устриц. Зал был полон. Стас вел нас через весь ресторан, лавируя между столиками. Я чувствовал спиной десятки взглядов. Офицеры в парадной форме здесь были редкостью. Обычно сюда приходили люди, которые отдают приказы, а не те, кто их исполняет.

Мы прошли мимо обычных столиков, мимо лож с бархатными диванами… и поднялись на небольшое возвышение у огромного панорамного окна. За стеклом сиял огнями Невский проспект. Стол Строгановых. Это был символ: место Хозяина. Сегодня он был сервирован на пятерых. Белоснежная скатерть, серебряные приборы, мерцающие свечи и ведерко со льдом, в котором запотела бутылка шампанского.

— Прошу, господа, — Стас лично отодвинул стул для Лисы. — Это честь для нас. Кирилл Алексеевич просил передать, что сегодня для вас открыт его личный винный погреб, а шеф-повар работает по спецзаказу. Меню вам не понадобится.

Гром рухнул на стул, который жалобно скрипнул, и ошалело огляделся, и он боялся пошевелиться, чтобы не смахнуть какой-нибудь бокал стоимостью в его зарплату.

— Саня… — прошептала Лиса, когда администратор с поклоном удалился. — Это же… Это же тот самый стол! Строганова, вы же сюда тогда рванули!

— Тот самый, — подтвердил я, садясь во главе стола и расстегивая верхнюю пуговицу кителя. — Устраивайтесь. Мы дома.

Кайл сел напротив.

— Зверев, — медленно произнес он, беря в руки тяжелую серебряную вилку. — Строганов отдал тебе свой личный трон? Быстро растешь.

— Вроде того, Кэп, — усмехнулся я, разливая воду.

В этот момент, словно по команде, к столу подлетели три официанта. Бесшумные, как тени. На столе начали появляться закуски: карпаччо, тартары, какие-то сложные салаты с названиями, которые я даже выговорить не мог.

— Вино? Коньяк? — учтиво спросил сомелье.

— Несите лучшее, — махнул я рукой. — И мясо. Много мяса. Мой друг, — я кивнул на Грома, который со скепсисом смотрел на микроскопическую порцию дефлопе, — очень голоден. И он не ест траву.

Ужин был великолепным. После первого тоста — За новую звезду! который произнес Ворон, подняв бокал с вином, густым и темным, напряжение ушло. Алкоголь здесь был настоящим. Он не бил в голову дубиной, а разливался по телу теплым, солнечным светом. Мы расслабились. Гром, осмелев после второго бокала и огромного стейка рибай, начал травить байки. Его громовой хохот разносился по залу, и, к моему удивлению, чопорные соседи не морщились, а улыбались, глядя на искреннее веселье огромного охотника с орденами на груди.

Я смотрел на них. На Грома, который ковырял устрицу. На Ворона, который искренне улыбался, дегустируя коньяк. На Кайла, который откинулся на спинку стула и просто отдыхал. Это была моя семья. Моя стая. И я был счастлив, что могу дать им этот вечер. Красиво, вкусно и со вкусом.

Ужин подходил к концу. Официант принес кожаную папку со счетом. Гром напрягся. Он догадывался о расценках и, кажется, мысленно уже продавал свою почку. Я открыл папку. Там лежал чек. Сумма: 0.00 рублей. И размашистая подпись поперек листа: С повышением, Зверев! Кирилл! Я показал чек команде. Глаза Грома стали круглыми, как блюдца. Он посмотрел на меня, потом на чек, потом снова на меня.

— Саня… — его голос дрогнул. Он положил огромную ладонь на сердце. — Я тебя уважаю. Нет, я тебя люблю! Брат, если ты еще и квартиру так же обставишь, я перееду к тебе жить! Буду спать на коврике, честное слово!

— Только попробуй, — рассмеялась Лиса.

Мы рассмеялись. В этот момент мир казался идеальным. Демоны были далеко, смерть отступила, а впереди была только жизнь. Яркая, как огни за окном.

Мы вышли из ресторана сытые, пьяные и абсолютно счастливые. Питерская ночь встретила нас прохладой, но после душного зала и горячих споров этот воздух казался живым. Невский проспект еще гудел машинами, но для нас шум города звучал как далекая музыка.

— Ну что, бойцы, — сказал Кайл, надевая фуражку и поправляя козырек. Он выглядел немного уставшим, но довольным. — Отличный вечер… то есть, тьфу, товарищ старший лейтенант Зверев. Спасибо. Ты умеешь удивлять. А теперь — всем спать. Завтра у нас законный выходной, но форму привести в порядок. Чтобы блестела.

— Есть спать! — гаркнул Гром, пытаясь поймать такси. — Я сейчас упаду и буду спать сутки. Саня, ты лучший!

Ворон лишь коротко кивнул, садясь в подъехавшую машину вместе с Громом.

Кайл решил прогуляться пешком, махнул нам рукой и растворился в толпе прохожих.

Мы с Лисой остались одни у входа в Онегин. Ветер трепал полы моего нового кителя. Я посмотрел на неё. Рыжие волосы выбились из прически, глаза блестели.

— Тебе куда? — спросила она, лукаво глядя на меня из-под ресниц. — В общагу? Или… сразу в новую квартиру?

— В общагу, — вздохнул я, не желая разрушать магию момента мыслями о своей казенной конуре. — Пока что в общагу. Вещи собрать, да и… Я хотел сказать выспаться, но слова застряли в горле.

— Зверев, — вдруг тихо, но очень серьезно сказала Лиса. Она шагнула ко мне и взяла за руку. Её ладонь была горячей. — У меня есть предложение лучше. Поехали ко мне.

Я удивленно посмотрел на нее. Глядя в её глаза, я не увидел ни шутки, ни пьяного угара, ни попытки просто снять стресс. Там была решимость.

— Ты уверена? — спросил я, сжимая её пальцы.

— К черту все, — перебила она. — Такси! Она махнула рукой подъехавшей желтой машине.

Мы сели на заднее сиденье. Всю дорогу мы молчали, но это было комфортно.

Приехав к ней, мы поднялись на этаж. В квартире было тихо и темно…

Утро наступило лениво и тихо. Я открыл глаза. Солнечный луч пробивался сквозь шторы, разрезая полумрак комнаты золотой полосой. Голова была ясной, тело — легким. Лиса спала рядом. Она лежала на животе, уткнувшись носом в подушку, одна рука была закинута на меня. Рыжие волосы разметались по белой простыне огненным морем. Она выглядела спокойной. Просто уставшая, красивая девушка, которая наконец-то почувствовала себя в безопасности.

Я лежал неподвижно, боясь пошевелиться и разбудить её. Я смотрел на неё и вдруг понял страшную вещь. Раньше мне было легко. Мне было плевать, выживу я или нет. У меня была цель уничтожать демонов и все. Больше ничего не было. Мне нечего было терять, кроме собственной шкуры. А теперь… Теперь у