Глэйд вечный, Глэйд бесконечный - Джеймс Дашнер

и пуля, вылетев из ствола, ударила в баллон со сжатым воздухом, который мгновенно превратился в летательный снаряд и, свистя вырывающимся из его недр воздухом, помчался в сторону Фрайпана, сломав напополам его палку.

– Стойте спокойно! – крикнул Сиан, перекрывая свист баллона, который, израсходовав весь свой запас воздуха и издав прощальный металлический скрежет, замер на покрытом плиткой полу.

Скрипя и постукивая, гривер подполз ближе. Почему Сиан и Эррос не сказали, что здесь, под землей, водятся эти твари? Айзек утратил все свои надежды, кроме одной – никогда больше не увидеть этого монстра! Фрайпан застывшим взглядом всматривался в приближающееся чудовище, а Айзек, подняв и раскинув руки, прикрывал своим телом старика и Химену – как будто он был способен остановить гривера!

– Может быть, если мы медленно двинемся к выходу… – прошептал Айзек.

– У него…

Фрайпан не мигая смотрел на гривера, словно был парализован своими воспоминаниями.

– У него автономный интеллект, – сказал он. – Гривер все решает сам.

Тварь, издав отвратительный хлюпающий звук, подползла к Эрросу, который стоял, распластанный, у стены холла. Передние сегменты покрытого слизью тела вытянулись, превратившись в некое подобие головы, тварь втянула запах Эрроса и двинулась дальше, к Айзеку.

Джеки закричала.

Механическое чудовище, приблизившись, стало принюхиваться, а Айзек задержал дыхание. Каким-то образом он уже знал, что произойдет в следующий момент: гривер поднял свою металлическую руку, отвел ее назад, затем резко бросил вперед, и выскользнувшей из ее нутра тонкой иглой ударил Айзека в шею.

Айзек вскрикнул, дернулся и упал – скорее от шока, чем от внезапной боли. Механическое чудовище несколько раз щелкнуло и двинулось прочь. Боль в шее усиливалась и стала жечь, словно на шее появился ожог от раскаленного металла из кузницы, что осталась дома, на острове. Айзек попытался встать, но его остановило опасение, что гривер, заметив его движения, вернется и повторит свою атаку.

Голова его кружилась. Он медленно поднялся, встав на колени.

– Айзек!

Рядом оказалась Химена, и потянула его за руку, пытаясь помочь.

– Идем! Ты сможешь! Надо выбираться отсюда!

– Слава Старым Глэйдерам! Отныне и вовеки! – провозгласил вдруг Старина Фрайпан, и слова, слетевшие с его губ, звучали как молитва. Сердце в груди Айзека бешено колотилось, а мысли галопом мчались в его голове. Металл гремел и щелкал повсюду вокруг, и механические звуки наполнили своды пещеры.

Еще пять гриверов выползло из туннелей, по одному – из каждого.

Айзек не мог поверить собственным глазам.

– Вставай! Бежим!

Химена помогла ему встать на ноги и потащила к туннелю, где уже стояли Джеки и Миоко.

Пятерка гриверов двигалась с внушающей ужас синхронностью, приближаясь к островитянам.

Айзек понимал, что ему никогда не убежать от этих тварей. Первобытный, животный ужас парализовал его, победив волю к жизни. Его спутники, похоже, также оставили надежду на спасение. Айзеку оставалось лишь наблюдать, как передвигаясь на своих металлических ногах, один из гриверов добрался до Сиана и Эрроса и, точь-в-точь как с Айзеком, своей иглой поразил их в шею.

Затем его отвратительная туша повернулась к Фрайпану, и гривер двинулся к старику. Остальные гриверы направились следом.

2. Александра

– Да, среди вас находится Божество, а еще – Великий Магистр!

Александра лихорадочно думала о том, что еще она должна сказать, чтобы спасти свою жизнь.

– Это – я! – провозгласила она.

– Великий Магистр? – пробормотала Рокси, но солдаты, стоящие позади нее, замерли. Вероятно, никогда еще в своей жизни они не слышали ничего, что более напоминало бы богохульство.

Но Александра знала, как и что говорить! Совсем скоро они подпадут под ее власть. Пройдет немного времени, и они станут раболепно исполнять ее приказы. А она превратит всю армию Михаила в стражу Эволюции! Блестяще! Эволюция всегда сможет проторить дорогу для нее, Александры!

– Великий Магистр не имеет лица! – сказал один из солдат, парень с почти комически суровой физиономией.

– Именно поэтому я никогда не открываю своего лица в Золотой Комнате Скорби!

Александра сделала паузу, гордая тем, как удачно она распорядилась своим голосом, своими навыками красноречия, которые, под руководством Николаса, она вырабатывала долгие годы. Только правильно ли я все назвала? Золотая Комната… Чего?

– Не стоит столь беспечно доверять своим глазам. Вы сейчас смотрите на меня и думаете, что я не являюсь вашим правителем?

Она посмотрела на стоящего слева солдата.

– Что мне сделать с тем, кто отрицает очевидное?

Солдат взглядом смерил Александру с ног до головы.

– Великий Магистр никогда не носил мантию Пилигрима, – сказал он.

– Чтобы получше узнать врага, следует влезть в его шкуру, – проговорила Александра, заглянув солдату в глаза.

21, 34, 55, 89.

– Закатайте рукав моей мантии – и увидите на моем запястье татуировку – символ Остатков Нации. Тот же самый символ начертан на стенах нашей крепости и стенах Золотой Комнаты.

Солдат колебался. Наконец, он ослабил веревку на руке Александры и закатал ей рукав.

– Здесь ничего нет! – сказал Сирота, вспыхнув лицом. Неужели она его обманула? С нее станется!

– На другой руке!

Солдат молча подчинился. Александра нетерпеливо ждала, когда тот что-нибудь произнесет, но солдат молчал. Ничего! Неужели Минхо солгал ей, сказав, что символ Божества выбит на стенах крепости, в которой сидят Остатки Нации?

– Ну, видите? – спросила она.

Никакого ответа. Тупые солдафоны! Терпение ее истощилось.

– Если вы развяжете мне руки, я предоставлю все доказательства! – сказала она.

Одетый в мантию Несущий Скорбь появился из коридоров Лабиринта – оттуда, куда только что увели предателей. Его сопровождали солдаты. Кто-то, вероятно, сообщил ему, что поймано Божество или некто, выдающий себя за таковое. Сердце у Александры упало.

– У Великого Магистра действительно была татуировка!

Человек в мантии говорил медленно и внятно, словно разделяя каждое слово на половинки и аккуратно озвучивая каждую из них.

– Но такая же татуировка есть и у Божества! – продолжил Скорбящий и, подняв руку, указал на Александру:

– Эта женщина носит мантию Пилигрима, но она же является последней из оставшихся в живых Ипостасей Божества!

Последовала долгая пауза, во время которой в Глэйде установилась тишина, еще несколько мгновений назад казавшаяся невозможной, после чего Скорбящий закончил:

– И она убила Великого Магистра.

Паника охватила Александру, парализовав ее тело и душу. Числа предали меня! Капюшон натянулся – солдат, стоящий сзади, ухватился за него и потянул назад, силой запрокидывая голову Александры. Она почувствовала на горле холод клинка. Голову, пока еще сидящую на шее, словно охватило огнем. Эволюция была обречена. Как так получилось, что все пошло прахом?

– Нет! НЕТ! – крикнула Александра.

Времени на раздумья не осталось.

– Да, это я убила Михаила, – произнесла она. – Но именно поэтому теперь я