Сказки дальней дороги - Павел Сергеевич Иевлев

свой, дедов на пенсии не меняют. Взялись вдвоём, бабка за дедку, а дедка за репку. Икнули-пёрнули, напряглись — дёрнули. Тянут-потянут — вытянуть не могут. «Слышь, старый, — говорит бабка, — она вроде как ещё подросла, нет?» Пригляделся дед — и правда, как будто за ночь больше стала. «Это, — говорит, — старая, хорошо. Мы её на рекорд подадим, прославимся. Вон у нас внучка гостит, она этот, как его… инфлюенсер!» «Заразная, что ль? Так надоть её к фершалу!» «Не, бабка, она в интернетах лицом торгует, вот и репу нашу прославит на весь мир. Будут нам люди донаты слать, а мы в ус не дуть! Так шо давай сейчас примем по маленькой, а завтра внучку позовём».

Наутро внучка репу оглядела, селфи с ней сделала, губки надув и глазки закатив, потом сверху прилегла, девическое богатство своё в декольтях растопырив, потом: «Вот тебе, дедуля, мой ойфоний, отойди к сортиру и сфотай, как будто она у меня на руке лежит…» — ну и так далее. Цельную фотосессию устроила. Пока туда-сюда, дед глядит — а репка-то как будто ещё в рост дала! Вчера ещё на огороде худо-бедно помещалась, а сейчас, вон, забор уже наружу накренился! «Слышь, бабка, — говорит, — а у нас тут ещё капуста росла и помидору восемь кустов… Нешто ты сняла уже?» «Иде? — удивляется бабка. — Гля-кось, и правда нету. Я думала, мож, ты собрал…» Взялись внучка за бабку, бабка за дедку, дедка за репку… Тянут-потянут — вытянуть не могут. «Тьфу на вас, старые, — ругается внучка, — маникюр весь попортила, а толку чуть. Не вытянем мы эту достопримечательность. Давайте, может, Жучку запряжём? Собачища здоровенная, хоть паши на ней… Чего она зря корм трескает? Но это уже завтра, мне сейчас пора донаты подсчитывать да комменты подлайкивать. Тяжела наша инфлюенсерская доля!»

Настало утро. Вышел дедка на крыльцо, почесать своё… И сразу забыл, что он там чесать собирался, потому что репа за ночь ещё прибавила. «Эй, — говорит он, — бабка! А где свинарник с курятником? А сад куда делся? А поле за оврагом? Да и сам овраг? Да и дом как-то косо стоит… Я думал, мне с похмелья мерещится, а теперь смотрю, так он уже на репе вместо фундамента!»

Выскочили, позвали Жучку. Жучка за внучку, внучка за бабку, бабка за дедку, дедка за репку… А толку-то, если точки опоры нет? Кругом одна репка! «Может, Мурку ещё позвать?» — спрашивает бабка. «С ума сошли? — отвечает им кошка. — Вы ещё до мышей докопайтесь! Лапки у меня, отстаньте!»

Так и не вытянули репку. Та росла себе и росла, пока не заместила собой всё, став репкопланетой. Люди быстро приспособились, привыкли и даже нашли в этом пользу. Репа хоть на вкус и не очень, но зато и проблем со жратвой ноль — копнул кусок на полштыка и вари себе, жуй. Дед быстренько написал книжку «Сто рецептов из репы», она сразу стала всемирным бестселлером, а внучка, готовя по дедовым рецептам на камеру, переквалифицировалась в фудблогерки. Дед на волне славы ещё и «Сто рецептов репного самогона» издал, но там уже поменьше тиражи были, потому что вкус, опять же, специфический, репного духа много. Стали они жить-поживать да репу жевать. Тут и сказочке конец, а кто слушал — молодец!

* * *

Дорожный флешбэк

— Эй! — возмущается Джен. — Я вам не трамвай! Водить людей через Изнанку как на своём горбу везти. Ну ладно пацан, он мелкий, и я к нему привыкла. Но ты, дед, даже не рассчитывай на мне кататься!

— Я не напрашивался, — напомнил Ингвар, — это ты зачем-то решила, что вам надо со мной.

— Нифига себе подача! Эй, дедуля, это моя Лиарна! Она, конечно, упрямая жопа, но чёрта с два я её брошу!

— Тогда придётся ждать попутный караван. Я поспрашивал на рынке: туда, куда нам надо, почти никто не ездит, ждать придётся долго.

— А куда нам надо? У нас есть типа план, или что-то такое?

— Мне подсказали человека, который был связан с Церковью Искупителя. Говорят, сейчас она уже не та, что раньше, но он вроде бы застал те времена, когда они взаимодействовали с… теми, кто нам нужен.

— С мелефитами? Или их типа нельзя называть, а то услышат?

— Не знаю. Может, так, а может, и нет. Они вроде как связаны с информационным полем Мультиверсума… которое не поле, а что-то другое. Тебе это не рассказывали в вашей школе?

— Нет. Или я плохо слушала. Но знаешь, что я думаю? Да пусть услышат! Мы же их ищем, разве нет?

— Я ищу, — согласился Ингвар.

— Так, дед, вот сразу нафиг! Мы вместе ищем! От меня ты не избавишься, ну и пацан пойдёт прицепом, куда его денешь. Будешь спорить?

— Нет.

— Так, может, пусть мелефиты об этом узнают, раз такие ушлые? Глядишь, сами нас найдут, чтобы спросить «зачем»? Как тебе идея?

— Сомнительная. Ты знаешь Эребуса? Лиарна знала, он вроде бы даже преподавал у вас…

— Не у меня, — покачала головой Джен. — Лиарна училась сильно раньше, тогда и Школа и Конгрегация были совсем другими. Но что-то слышала. Вроде бы был большой шишкой в Ареопаге, типа Мелехрима или круче. Может, и сейчас там. А что?

— Он предупреждал, что публичность меня до добра не доведёт.

— Ареопаг, уж поверь мне, жуткие гондоны. Какого хрена их слушать-то? Не, ты как хочешь, а я буду бегать с флагом «Ищу мелефитов!». Что там изображаешь, пацан? Что за пантомима? Чего-о-о! Нет, я не себе, а тебе его в жопу вставлю!

Пацан увернулся от подзатыльника и, хохоча, отбежал на несколько шагов, продолжая показывать, как именно Джен собирается бегать с флагом.

— Мальчишки невыносимы, — пожаловалась она. — Этот хотя бы молчит… И где мы будем искать твоего церковника?

— Говорят, он на досуге занялся розничной торговлей, так что место обитания многим известно. Но мне объяснили, что «товар не караванный», для перепродажи не годится, так что кому надо, идёт и покупает напрямую. А если, мол, не умеет — то ему и не надо.

— Тогда от меня тоже толку мало, — сказала Джен. — Даже если бы я потянула вас с пацаном, то всё равно не попаду в место, где не бывала раньше.