Фантастика 2026-98 - Андрей Волковский

Месть тем, кто посмел бы похитить записи изобретателя, вот что это было такое. И тот кусочек заклятья, что показался волшебнику знакомым, был Охранными чарами. Сторожевым заклятьем, чтобы не позволить никому вмешаться в уже созданного Змея. Ганн догадывался, что после первой неудачи его творение наверняка захотят исправить. И приготовил незадачливому мастеру парочку неприятных сюрпризов.

Змей пил Силу и становился все ярче. Казалось, движения его тоже стали быстрее. Скай отступил, пока тварь не обратила внимания на него, и полез в саквояж. Заклятье Ганн разработал еще до того, как Нику удалось уничтожить синего Змея. Так что оставался шанс, что против серебра не устоит и этот вариант. Серебряный нож у Ская был. Но, как назло, волшебник не держал его под рукой. Серебро, да еще заговоренное от нечисти, мало подходит для любых других нужд. Разве что некоторые зелья им можно мешать, да и для этого специальная ложечка годится лучше. Поэтому ножик и хранился где-то на дне саквояжа, перекочевывая в поясные ножны лишь тогда, когда волшебник выходил на охоту за нечистью. И в последний раз это было давненько. Скай мысленно выбранил себя за разгильдяйство и в который уж раз пообещал себе навести в вещах идеальный порядок, едва только выберется отсюда. Если выберется.

Тем временем монстр уже отбросил жертву и переключился на Квинтуса. Тот кинулся было бежать к выходу, но гибкое тело перегородило ему путь, и безглазая голова помедлила пару мгновений, будто примериваясь. Потом жвалы впились в грудь. В этот момент со стороны двери в змеиную тушу прилетел Громовой удар. Заклятье с характерным треском ударило в прозрачную тварь и впиталось в нее, не причинив существенного вреда. Змей дернулся так, что содрогнулись стены. Кажется, он стал еще длиннее, свечение усилилось, крылышки затрепетали быстрее. Пока что он был занят Квинтусом, но голова вместе с зажатой в челюстях добычей повернулась к новым противникам.

Скай, как раз вытягивавший из саквояжа наконец-то найденный нож, оглянулся на Крея и Линта. Студент так и стоял ровно на том месте, где Скай его оставил. Видимо, обмер от ужаса. Крей отбросил разряженный боевой артефакт и, похоже, готовился всадить в Змея Солнечную ярость – редкое заклятье для убийства нечисти. Сил у него было всего ничего, но на эту магию как раз хватало. Вот только Скай отчетливо понимал, что заклятье не причинит монстру никакого урона, тем более что на нечисть он только слегка похож. Зато оно еще немного подпитает тварь. И вот тогда, пожалуй, Змей сможет дотянуться и до Ская, и до стоящих в дверях людей. А Крей наверняка выбросит всю Силу до последней капли. И уже ничего не сможет противопоставить твари.

– Стой! – крикнул Скай, уже понимая, что не успеет.

Успевал он только одно. Набросить на себя Защиту и встать между бывшим другом и его целью. Змей не должен был до него дотянуться. Заклятье Крея просто поглотится Защитой и не разозлит тварь еще сильнее. А потом уже можно будет подобраться к ней с ножом. Главное – успеть. И он успел. Преподаватель Боевого волшебства мог бы им гордиться. Если бы не то, что произошло дальше.

Ослепительно-золотой луч врезался в Защиту Ская. По куполу Силы прошла едва заметная рябь, потом воздух задрожал, словно кто-то ударил по колоколу настолько огромному, что удар порождает даже не звук, а дрожь в самой сути мира. А потом мир разлетелся от точки, где столкнулись заклятья. Ская отшвырнуло через всю залу к окнам мимо выронившего добычу Змея и впечатало спиной в стену меж двух окон. Крея и Линта ударило в стену коридора напротив двери. С потолка сперва посыпался дождь из хрустальных сосулек, а потом с грохотом рухнули люстры.

Скай пытался восстановить дыхание, но пока это не получалось. Бархатная портьера почти не смягчила удар. Голова, как ни странно, уцелела, а вот спине здорово досталось. Волшебник чувствовал себя отбивной на сковородке. И сил у него осталось примерно столько же, сколько у отбивной. Оставалось только беспомощно смотреть. На противоположном конце медленно вставал на четвереньки Линт. Крей тоже пошевелился, пытаясь приподняться. Квинтус, лежащий неподалеку от Ская, признаков жизни не подавал. Однако Змей, пришедший в себя первым, безошибочно нашел недоеденную добычу. Он лениво вытянулся и впился в лежащего человека. Скай осторожно пошевелил пальцами и понял, что ножа в руке нет. Куда именно он отлетел, оставалось только гадать. На поясе еще висел обычный нож, но толку с него не будет, даже если удастся дотянуться. Похоже, здесь это приключение и завершится. Глупо и бессмысленно.

Змей покончил с Квинтусом и поднялся на хвосте, выбирая следующую жертву. Покачал башкой под потолком и рухнул прямо на едва шевелящегося Крея. Скай зажмурился, но тут же решил, что закрывать глаза, когда смотреть в принципе осталось совсем недолго, будет непростительной трусостью. Он разжал веки и увидел, как к пульсирующему фиолетовому телу подползает на четвереньках рыжий студент. Взмах руки – и огромная тварь выгибается и разевает пасть в беззвучном реве. Потом змеиное тело выпрямилось, пробивая потолок. С грохотом посыпались камни. Каким-то образом Ганн сумел продумать не только то, как его творение будет действовать, но и то, как оно будет умирать. Скай даже удивился, сколько ненависти и коварства таилось в невзрачном пожилом волшебнике. Гигантская туша билась в конвульсиях, разнося все вокруг. Проламывались стены, разлетались вдребезги каким-то чудом уцелевшие при первом ударе зеркала. Волшебнику все-таки пришлось зажмуриться, чтобы сберечь глаза от летящих во все стороны осколков стекла и вспышек Силы.

Голос мгновение полюбовался результатами своего эффектного явления и снова отступил в глубину головы. Ник вытер рукавом слезы и поспешил за убегающим шаамом. Что бы там наверху ни происходило, нужно было скорее заканчивать тут и спешить на подмогу Скаю. В коридоре Пит как раз выдернул топор из спины очередного мертвеца и присоединился к погоне. Однако жрец бойко добежал до двери и выскочил из древнего подвала в новый погреб. Дверь он за собой не закрыл. Ник уже взбегал по каменным ступенькам, когда наверху снова грохнуло. Потом земля задрожала и проход перед ним обрушился. Травник едва не упал на Пита. Тот придержал его, и оба уставились на перегородившие проход камни и обломки бревен. Наверху продолжалось нечто невообразимое. Сыпались камни, летели осколки. Кто-то там наверху вопил от страха и боли, кто-то, кажется, умирал. Леший в Нике мечтал выскочить отсюда прочь и бежать в лесную чащобу. Сейчас ему было совсем не до еды. Голос оставался где-то