Фантастика 2026-141 - Сергей Витальевич Карелин

Юный Волков размял плечо, дескать я готов, нападайте. Его глаза сияли синим, даже не проглядывались зрачки. Когда он улыбнулся, человеческого в нём было мало. Абсолютный хищник, готовый или убить или быть убитым:

— Ну что, господа охотники? Три магистра против одного. Арифметика и здравый смысл в вашу пользу.

И сделал шаг вперёд. Просто шаг. Но отчего-то это маленькое действо заставило противников занервничать.

— Но есть одна ма-а-аленькая деталь, — продолжил он непринуждённым тоном. — Вы пришли в дом ненормального практика. А значит, не ждите лёгкой победы…

Примечание: пришлось главу разбивать всё же на две. Завтра вечером будет вторая часть. Всё потому что получилась больше запланированного ^_^ Думал около 40к, а выходит на все 50, даже больше:)

Глава 7

В словах молодого Волкова не было бравады, или угрозы, лишь факт. Естественно, это возымело эффект. Пусть сейчас здесь, в бальном зале особняка, трое магистров против одного. Однако, пацан явно аномалия. В восемнадцать лет магистр? Объясняется это лишь одним выводом: он — один из гениев войны. И победить его трём, пусть и бывалым головорезам, шансы минимальны. А учитывая, что он стоит за пропажей целого элитного отряда гильдии «Красных Львов», всё ещё хуже. Стилвелл понял это и попятился, бормоча:

— Отступаем, парни. Плевать на награду. Всех денег не заработать…

— Какого чёрта, Стил⁈ Ты сдрейфил⁈ — возмутился ирландец.

Юноша же прочертил в воздухе четыре линии — две вертикальные и две горизонтальные, изобразив решетку. Простейший запирающий контур, которому учат на первом курсе. Но когда за ним стоит сила магистра второй ступени, даже простое становится пугающим.

Темные фиолетовые барьеры вспыхнули на всех выходах и окнах одновременно. Преграды зловеще запульсировали, готовые поглощать эфирные атаки. Неидеальные, но определённо станут помехой при побеге.

— Поздно. Отсюда никто не уйдёт живым. Примите это и сражайтесь до самого конца. — произнёс Волков спокойным тоном.

Ведь как он мог отпустить такие ценные ресурсы? Не-е-ет, этих съедобных пташек нужно потребить самому. Тем более когда они сами залетели в его клетку из-за своей жадности. А жадность, как говорят, порождает бедность, в данном же случае и вовсе смерть.

Стилвелл понял, что пацан их не выпустит. Выходит, придётся сражаться. И почему столь простая цель оказалась настолько гиблой? Не зря его удивила награда. Такие бешенные деньги за какого-то мальчишку. В итоге же, что? Их будто подставили ему на убой. Неужели это рук генеральши Аннабель? Но зачем ей смерть каких-то охотников? Да-а, Стилвелл искал виноватых в происходящем. Человеческая натура именно так и работает — вечно люди ищут тех, кто виновен в их собственных провалах. Кто-то дал не тот совет. Кто-то сделал что-то не так. И прочее-прочее. А по итогу — люди не видят своих же ошибок. Ещё после первой неудачи в конюшне у брита был шанс свалить, отказаться от задания. Ведь Ненормальный Практик наверняка не собирался бы открывать на него ответную охоту из-за нехватка времени. Но увы. Захотелось легких денег. Ибо логика говорила о том, что семидесяти практиков хватит с лихвой. Вот только чутьё… чутьё ещё в ту ночь трубило о том, что не стоит играть в игру с дьяволом. В частности с Ненормальным Практиком. Да черт побери даже его прозвище говорит о том, что в бою с ним жди беды.

Стилвелл решился. И активировал эфирный доспех. «Бешеный пёс», стиль физика, созданный в постоянных кровавых схватках в ближнем бою. Поверх тела наросла красная шкура с шерстью. Руки будто удлинились, стали массивными с когтями. Вокруг головы сформировалась собачья башка с вытянутой пастью. Красная шерсть, витающая дымкой вокруг британца, встала дыбом. Ощетинилась. Сам он ощущал себя берсерком и готов был сорваться в атаку в любую секунду.

О'Коннор, видя, что его товарищ и конкурент в наёмническом бизнесе, настроен максимально серьёзно, понял, что дела их крайне плохи. Если уж Стилвелл решил отработать на пике сил, значит всё точно херово. Он и сам чувствовал тяжесть ауры Ненормального Практика, было в ней нечто сложное, глубокое. Не поверхностный раздутый эфир, а скорее выстроенный монументально. Кирпич к кирпичу. И эта аура неимоверно давила. Даже О'Коннору было непросто под ней. Никакой бутафории. Мальчишка — монстр. И лучше бы отнестись к нему со всей серьёзностью. В противном случае можно подохнуть прямо здесь и сейчас. Подумав об этом, ирландец будучи кританом, выбрал сильнейшую технику исполнения. «Копья Лонгина». Английская благородная школа, извращённая для убийств. Двенадцать эфирных бронзовых копий материализовались вокруг него, за его же спиной возник облик палача в колпаке. Теперь он готов совершить казнь. Да, никакого плена. Бой насмерть. Или они, или он.

Браун, являвшийся контурщиком, решил не распыляться и усилил контроль над действующем вихрем эфирных осколков. Слишком сложная в исполнении, она могла спасти и убить. Главное — чьи руки её использовали. Британец предпочитал, естественно, второе.

Стилвелл хрустнул шеей и произнёс:

— Мы собирались тебя пленить, засранец, но теперь жди лишь смерть.

Юноша хмыкнул:

— Давай уже, пёсик, фас.

И британец бешено рыкнул:

— Атакуем!

О'Коннор запустил копья под углом справа. Браун создал стену из осколков слева, отрезая пути отступления. А Пёс… пёс исчез с места. Безумная чистая скорость. Позади хлопнул воздух, создав ударную волну. Сближение. Кровавые когти целятся Александру в горло.

Ненормальный Практик оказался зажат с трёх сторон. Но моментально среагировал, прыгнув под самый потолок. Тело изогнулось в воздухе, пролетая между копьями и уходя от удара красного пса. Стилвелл, однако, изменил траекторию атаки, подпрыгнув следом. Так мощно и быстро, что достал юнца и когтями полоснул по спине, оставив четыре параллельные борозды. Тот, в свою очередь, перекрутился и выстрелил из арбалета в упор. Пёс защитился от болта, скрестив лапы. Разлетелись эфирные искры. Что дало Александру секунду для приземления. О'Коннор как раз подготовил вторую волну. Семь копий. Теперь некуда уклоняться. Юноша перекатился вправо, но два копья всё же достали. Одно резануло бедро, разрезав штаны и оставив рваную рану длиной в ладонь. Второе прошило левое плечо. Теперь там сквозное, к счастью, целы кости. Кровь закапала на мрамор, но мальчишка продолжал двигаться. При том заметил важную деталь — когда О'Коннор отправлял копья, то терял контроль над периферийным зрением, слишком концентрируясь.

Что до тихони Брауна — тот бил по горизонту. Сотни мелких эфирных лезвий прошили