Танец теней - Гурав Моханти

Карну как на отца – до того ужасного момента, как стрела отняла его жизнь. И в этот момент Маржана наконец поняла, как звучит истинное имя Заклинателя Чернил. Она прочитала его в дневнике Карны.

Шон… Младший брат Карны, отец Судамы и глава банды рештских бунтовщиков «Красные клинки».

Интерлюдия

Приключения Вахуры

I

Вахура оказалась неспособной достоверно оценить реакцию «Клики Розы» на ее восхваление богини, поскольку следующие мгновения была поглощена изучением того, насколько неприятно, когда тебя пришпиливают к стене, как бабочку. Сейчас она могла видеть лишь держащую копье Асшай, и глаза Асшай пылали яростью. Как Асшай вообще могла двигаться столь быстро? Всего несколько мгновений назад она, вооруженная арбалетом, стояла вместе с остальными на безопасном расстоянии, и уже через мгновение ока прижала Вахуру к стене.

– Всего три вопроса, – предупредила Асшай, прижимая холодное острие копья прямо к пупку Вахуры. – Промедлишь – зарежу, соврешь – проткну. Смекаешь? Кивни, если понимаешь суть, моя дорогая.

Смекаешь? Вахура поняла, что она калинганка. Но обдумать этот факт девушка решила попозже и пока лишь попыталась оттолкнуть от себя наконечник копья, но ей удалось лишь слегка его качнуть. Откуда у этой старухи взялось столько силы? Сдавшись, Вахура кивнула.

– Как? – спросила Асшай, так сильно прижав острие копья к ее животу, что у Вахуры невольно вырвался стон.

– Ваша подпись. Знак «Клики Розы», который вы оставили на Знамени Айодхья… которое сорвал бард… Нар Ад! Ой!

Асшай отступила на шаг, теперь Вахура хотя бы могла произносить фразы полностью. Глубоко вздохнув, девушка продолжила:

– Нар Ад позволил мне за определенную плату осмотреть знамя. Петли и завитки на гербе в виде розы совпадали с такими же в подписи в фальшивом письме, которое вы отправили в Меру, выдавая себя за трактирщицу. В том письме вы требовали от Меру компенсации за то, что было украдено «Кликой Розы».

– Мы все писали такие письма, – послышался сзади голос Тошада, – чтобы запутать Меру, наводнив их столы ложными сведениями, чтобы они не обращали внимания на реальные улики, которые им мог прислать какой-нибудь дурак.

– Да, но ни в одном из этих писем не говорилось о сокровище, которое на самом деле было украдено. В том письме, которое, как я полагаю, написала ачарья Асшай, говорится о «пергаменте, рожденном от несветящегося пламени» – и, без сомнения, это была отсылка к свиткам дэвов.

Несветящееся пламя – это была довольно элементарная загадка – явный намек Асшай на «Детей Света»: коварные убийцы в детских сказках довольно часто совершают подобные ошибки, раскрывая намеками свои злобные тайны. Все по-настоящему великие люди жаждут признания, и грабители в этом не исключение. Или скорее Асшай не была исключением. Когда она, как в сказке, рассыпала крошки, намечающие обратную дорогу, она руководствовалась не столько тщеславием, сколько страхом, что они не найдут дорогу обратно в пекарню, чтобы заявить свои права на рецепт.

Калай, стоящий рядом с Асшай, буквально кипел от злости.

– Я предупреждал тебя, Асшай! Я предупреждал тебя, что кто-нибудь может это заметить! Я говорил тебе, что твоя самонадеянность нас погубит, я так и знал!

– Нас целые десятилетия никто не мог вынюхать. Засунь свои обсранные трусы туда, где не светит солнце, и заткни рот кляпом, ладно? – Асшай чуть ослабила хватку и уставилась на Вахуру. – Это все еще не объясняет, как ты узнала, где мы находимся.

– Я разослала письма во все библиотеки королевства с просьбой предоставить мне книги об Астрах. Ответ из Восточной библиотеки был написан вашим почерком. Когда я увидела почерк трактирщицы в фальшивом письме, а затем знак «Розы» на знамени, я вспомнила, что вы написали в том ответе, и смогла установить связь. Сравнив все три улики, я решила, что трактирщица относится к «Клике Розы». Кстати, у вас замечательный почерк. В любом случае все встало на свои места. Семеро не имеют никакого влияния на Востоке, так что прямо из дома Нар Ада я направила в Восточную библиотеку письмо о том, что готова сделать пожертвование, чтобы застать тут «Клику Розы».

– Штормы! – выругалась Асшай.

– Не могу поверить, что Асшай прокололась, – рассмеялся Айлмар. – Это просто золото.

– Значит, настоящего золота мы не получим? – Орим опустился на стул. – Я с таким нетерпением ждал возможности потратить его. Предлагаю ее убить.

– Держи себя в руках, Орим, – сказала Асшай. – Продай одну из своих серег, и на полученное золото ты сможешь обжираться веками. Итак, маленькая принцесса, ты сказала, что запомнила мое письмо, в котором я отрицала, что у нас есть книги об Астрах, но это письмо было отправлено несколько лет назад, и чернила, которыми я пользовалась, выцветают через две недели, а твое письмо с предложением сделать пожертвование Восточной библиотеке пришло всего несколько недель назад. Вероятно, что ты встретила этого дурака-барда посередине между этими датами. Как ты…

Вахура закрыла глаза, сожалея о своей оплошности.

– Я… ну, я не знаю, вернее… – выдохнула Вахура. Врать не было смысла. – Я не забываю ничего из того, что прочитала.

Острие немедленно исчезло, и выражения недоверия, подозрительности, холодной ярости сменились… Чем? Неужели беспокойством? Асшай все так же держала руку на плече Вахуры.

– О, бедняжка.

Значит, это действительно было беспокойство. Это было неожиданно.

И не только потому, что Асшай была закоренелой преступницей, но и потому, что все те, кто знал, насколько крепки тиски ее памяти, считали, что это признак того, что она – ведьма, думали, что ее надо опасаться, а иногда и вовсе полагали, что этот дар способен свести на нет все ее усилия, делая ее недостойной любой награды. Она помнила все, что прочла, но для этого ей приходилось читать. Часами листать страницы. Запоминание без понимания не приносит пользы, и она не была исключением.

Однако для окружающего ее мира это не имело значения. Брат всегда говорил, что это врожденный инстинкт человечества: отрицать собственные недостатки, воображая, что остальные – такие же, как они. Возможно, он и был прав, потому что ее отличным отметкам не придавали значения, от ее сложных мыслей отмахивались, а ее идеи принимали в штыки.

– Только то, что прочитала, или… вообще все? – спросил Орим.

– Только то, что я прочитала.

– Слава Духам, – сказал Тошад, и глаза его заблестели.

– Кажется, я что-то упускаю, – сказала Вахура.

Собравшиеся обменялись короткими взглядами, и лишь затем Асшай заговорила:

– Наш шестой участник проклят твоим недугом, но его случай был еще хуже. Он впитывал в себя все, что видел, и это