Химия кошек - Павел Ткачев

– Ну ты язык-то не раскатывай, – осадила его я. – У нас была вечеринка в прошлом году, забыл?!

– А куда они лотки забирают? – озадаченно спросил Сульфур, выглянув наружу с шортами на голове.

– Санька, видимо, придет завтра вечером. А потому Паша решил помыть лоток, чтобы нам хватило. Сейчас они закончат копошиться, поцелуют нас в носы, и мы останемся одни.

Я, конечно, любила проводить время со своими людьми, но иногда и от них хочется отдохнуть: я смогу пригласить в гости Эстер, мы посмотрим сериал вместе. Я была готова даже на повторный просмотр первой серии.

Вещи исчезли из коридора за дверь – люди вошли в квартиру и заозирались, проверяя, ничего ли они не забыли. Яна взяла меня на руки.

– Все, давай целуй, и пока, – торопливо мяукнула я.

– Бери Сульфура, – скомандовала Яна Паше.

Это не по плану!

Неужели чемоданы были обманным маневром? Бастет милостивая, да что-то эти люди зачастили нас таскать по разным местам. В мгновение ока мы вновь оказались за дверью, и глазом я не успела моргнуть, как мы уже ехали в лифте вниз.

– Ртуть! – по обыкновению начал Сульфур жалобным голосом.

– Что – Ртуть? – растерянно огрызнулась я. – Они же собирались уехать! Раньше они так не поступали!

Меньше чем за минуту люди выволокли нас на улицу. Яркий солнечный свет слепил, не давая рассмотреть ничего вокруг. Я проморгалась и увидела перед нами блестящую белую машину – одну из тех штук, что ревут, воняют и мчатся по улицам. Паша открыл заднюю дверь.

– Нет-нет-нет! – запротестовала я, но было поздно, меня посадили внутрь.

Странно: здесь на заднем диванчике стоял наш лоток. Паша открыл дверь с другой стороны и выпустил из рук Сульфура. Здесь пахло чем-то несъедобным и едким. Единственным островком дома были наши подушечки, по обе стороны от лотка на длинном заднем диване. Наверное, люди положили их сюда, чтобы мы чувствовали себя спокойней. Тем временем Яна села в кресло впереди – и машина ожила. Она загремела, зарычала, задрожала.

– Ну как они там? – спросила Яна, покосившись на Пашу.

– Нормально, – весело махнул он рукой, обернувшись к нам и погладив по очереди каждого между ушей.

Мы в четыре кошачьих глаза таращились на него, и я закричала:

– Тут нет ничего нормального!

Машина тронулась – окна нашего дома медленно поползли назад. Сульфур тут же оперся лапами на дверь и взвизгнул:

– Наш дом, Ртуть!

Родное девятиэтажное здание быстро уплывало и становилось меньше, мы медленно выкатились со двора. Мелькали прохожие, с любопытством разглядывающие нашу машину. Вдруг я почувствовала мощный рывок, и мы оказались на большой дороге, в веренице таких же автомобилей. Уже не привычная улица, а город побежал мимо нас.

– Как они? – немного взволнованно спросила Яна во второй раз.

– Да все у них хорошо, – так же умиротворенно ответил Паша. – Вон как с любопытством все рассматривают.

Нет, ситуация была не хороша, отнюдь! Я решила разобраться непосредственно с Яной и обсудить это вопиющее безобразие, а потому поползла вперед между кресел, цепляясь обрубками когтей.

– Все в порядке, Ртутушка, – сказала Яна, не глядя на меня, только погладила одной рукой, другой она неотрывно держалась за круг впереди себя. Я попыталась устроиться у нее на коленочках, но это было неудобно, так как она постоянно шевелила руками, раскручивая этот странный круг. Я подумывала забраться в темную нишу внизу, но в ней Яна постоянно перебирала ногами, будто в нетерпении. Тогда я решила понять, что вообще случилось.

Перепрыгнув на соседнее кресло к Паше, я оперлась передними лапами на высокую полку впереди и выглянула в широкое окно. Дома давно пропали. Над нами нависало бездонное голубое небо, мимо на большой скорости пролетали столбы, деревья, вдали тянулся лес. Нам навстречу неслись такие же машины, проскальзывая совсем рядом. Совершенно обескураженная, я с трудом вернулась на колени к Паше.

– Слушай, они уже пообвыклись, пристегни их, – сказала Яна, не сводя глаз с дороги.

Паша ловко отодвинулся назад на своем кресле вместе со мной, я даже ахнуть не успела. Откуда ни возьмись появилась знакомая шлейка. Меня быстро облачили в нее и вернули назад на подушечку, пахнущую домом. Щелкнул замок позади, и я поняла, что для нашей поездки все заготовили заранее. То же самое Паша быстро проделал с трясущимся Сульфуром. И тоже вернул его на лежанку на своей стороне диванчика. Кот не шевелился, его глаза стали размером с блюдца. Я постаралась улечься с удобствами (хотя в данных обстоятельствах это было очень и очень сложно).

И тут машина запела. Со всех сторон раздались музыка и голос:

– На недельку!

– На недельку! – радостно закричали Яна и Паша.

– До второго! – продолжила машина.

– До второго! – весело подтвердили люди.

– Я уеду! – диктовала машина им свою волю.

– Я уеду! – полностью подчинились Яна и Паша.

– В Комарово!

– В Комарово!

– Где это Комарово? – спросила я Сульфура. – Что это?

– Я не знаю, – захныкал он.

– Глупый шерстяной носок! Все ты знаешь, ты же сидишь постоянно в этом компьютере с Пашей. Про Чуму ты тоже типа не знал, и поглядите-ка! Вспоминай давай.

– Я знаю только Прохоровку, Мурованку, Энск, Химмельсдорф, Линию Маннергейма, Азерот и Тарков.

На этом знания Сульфура, почерпнутые из компьютерных игр, закончились. Паша пытался нас успокоить: постоянно оборачивался к нам, гладил и чесал за ушами.

Машина низким хриплым мужским голосом пела: «Ват а вандерфул воооорлд», когда мы начали замедляться. Когда машина остановилась, Паша и Яна вышли наружу, отстегнули наши шлейки и забрали нас с собой.

– Чуть-чуть подышим свежим воздухом, Ртутушка, – ворковала Яна, качая меня. – И ножки разомнем.

Я смиренно вздохнула. Зачем было вообще затевать эту поездку? Сульфур скакал на длинном поводке, а Паша следил, чтобы он не убежал далеко. Стоило машине остановиться, как этот дурак тут же забыл про страх. Я огляделась. Кругом было бескрайнее поле, только вдалеке виднелся лес. Пропали привычный гул города, лай собак, далекий бубнеж соседей, грохот и лязг. Вместо этого ветер тяжело вздымал волны травы, в которой что-то жужжало, стрекотало и попискивало. Иногда позади нас с безумным шумом проносились машины, отчего я каждый раз вздрагивала. Я еще сильнее впилась в шею Яны когтями. Нам дали вкусняшку, потом попить водички, а затем снова погрузили в машину и пристегнули. Машина радостно заголосила: «Ты летящий вда-а-а-аль анге-е-е-ел!»[2] – и сорвалась с места.

– Может, по хот-догу? – тоном Сульфура спросил Паша через некоторое время.

– Сейчас свернем на заправку, – ответила Яна.

Мы снова остановились, но теперь перед небольшим домиком среди других машин.