Тот самый Константин. Книга 3 - Сергей Александрович Соколов

— Чуть? — с сарказмом переспросил Молотов, окидывая взглядом усеянное тушами поле и задержавшись на мёртвой хире. — Устроил тут резню не хуже штурмовой группы магов. Как ты их убивал? Не вижу ни ран, ни следов магии.

— Здесь как раз всё просто. — Настало время короткого инструктажа. — Известно, что хиров плохо берёт магия и пули, но у них есть несколько серьёзных слабостей.

— Каких? — Юрий, кажется, даже уши приподнял.

— Например, если червяк упадёт с трёх метров на твёрдое, он, скорее всего, сдохнет. От деформации нервного кольца в головной части, но не суть. Вторая слабость — медная соль. Для хиров это сильный яд.

— Ты их отравил? — закономерно спросил Юрий.

— Нет. — Я мотнул головой.

— Ран нет. Значит, отравил!

— Нет, хотя такая мысль была перед поездкой. — Я действительно рассматривал этот вариант, но отбросил. — Я воспользовался третьей слабостью: при всей своей живучести и силе, у хиров очень слабая связь души с телом. С моей нынешней силой достаточно сомкнуть волю и вырвать из твари нечестивую душу. Без вербальных форм, кругов и прочих костылей.

— Взглядом убиваешь, что ли? — выпучила глаза Злата.

— Не совсем, но со стороны может так показаться. Если проводить аналогии: они как тараканы, а я большой и тяжёлый тапок в умелой руке.

— Сравнение так себе, — фыркнула блондинка, и тут же загорелась: — Я тоже так хочу!

— Сможешь и лучше, но всему своё время. — Я двинулся к куче веток у поваленного дерева. — А сейчас мне нужно пожитки забрать.

Разворошив нагромождение сушняка, откинул гнилые головешки, оставшиеся от пня, и извлёк оттуда увесистый свёрток серой ткани — ту самую одежду, в которой вернулся к жизни.

— Здесь камни душ от убитых болотyых тварей и бесплотных. Пригодятся как валюта.

Правильно расценив наступившую тишину, не стал тянуть интригу:

— План охоты изменился. — Приятно, когда слушают внимательно. — Уполномоченный от князя Стародубского прибудет на замеры только через пару часов, а значит у нас есть время уничтожить вчерашних недобитков. Не будем терять его понапрасну.

Я достал монету Вороньего рынка.

— Эта вещица нам поможет.

— Трофей с пернатого лорда-демона, — смекнул Молотов, подходя ближе. — Можно посмотреть?

— Конечно. — Я протянул ему сокровище.

— Тёплая, — тут же отметил особист, покрутив кругляш в пальцах и вглядываясь в чеканку. — Очень детализированная работа. Сразу видно, ценная. Непонятно только, как ею торговать и, главное, с кем.

— Это не деньги, а пропуск. — Я попытался объяснить, но понятнее не стало, пришлось тряхнуть узелком с камнями: — Вот это деньги, а монета — лишь пропуск… Ммм… — на ум пришло выражение из этого мира. — Как бы в закрытый клуб. Сейчас увидите.

Пообещав это, принялся вливать в монету инфернальную силу из печати Форнеуса. Предмет послушно заряжался, но я остановил поток и поспешил предупредить:

— Да… Попрошу не впадать в буйство и не хвататься за оружие.

Чувствуя, что монета заполнилась до отказа, я крутанул её в пальцах и подбросил. Красно-золотой кругляш описал дугу и упал на землю в нескольких шагах от меня, полыхнув алым огнём. Воздух зазвенел, от монеты разошёлся сияющий круг — чуть больше двух метров в поперечнике — и заполнился по краю инфернальными рунами. После нескольких вспышек из центра повалил буро-красный дым, послышался неприятный треск.

Затем глухо ухнуло, и густой дым рассеялся. Вопреки моим предупреждениям, Артур и Боров вскинули оружие, взяв на прицел проступающий в дыму низкорослый силуэт.

— А это что за мелкая ушастая жаба? — оценила внешность визитёра Бочкина.

— Поразительная наблюдательность, человеческая самка. — Зеленокожий бес в чёрном сюртуке и берете картинно прищурился в монокль. — Диву даюсь, что твои мысли способны выходить за пределы причёски.

— Это он меня сейчас оскорбил? — вопросительно изогнула бровь блондинка, недоверчиво глядя то на меня, то на беса, и поправила непокорную прядку. — Этому сморчку с утиным рылом моя причёска не нравится?

— Тебе показалось, Золотце. — Я сделал пару шагов к призванному уроженцу инфернального плана и протянул узелок из своих бывших одежд, набитый камнями душ. — Представься и оцени.

— И не подумаю! — Коротышка поправил монокль и дерзко сложил руки на груди. — Отказываюсь говорить, пока эти два выкормыша скрофа (свиньи) тычут в меня оружием. Я пришёл вести дела, а не развлекать неотёсанных чуловеков!

— Морхал, у тебя длинный язык, но слабый слух. — Я чуть придавил своей волей.

Получилось сильнее, чем рассчитывал: ритуал призыва, к счастью, не разорвало, но у демона подкосились ноги и задрожали колени, а мои друзья попятились.

— Представься и оцени, — повторил я уже с меньшим дружелюбием, встряхнув свёртком.

— Вот ещё! Думаешь, раздобыл персональную монету, так сразу стал хозяином жизни?

— Костя, можно я ему пулю в лоб пущу? — поинтересовался Молотов, один глаз которого полыхал синевой, а из-под повязки второго пробивался лазурный свет магии. — Бесит.

— Не успеешь, чекист. — Перед вытянутой рукой Златы уже звенел клинок-перо, готовый пройти сквозь голову беса. — Ща я этого земноводного препарирую.

— Отставить. Сейчас этот морхал станет очень добрым и покладистым, как и его вчерашний коллега. — Я шагнул вперёд.

— Приятно, что знаешь мою расу, — продолжил обострять зеленомордый уродец, — но любезнее меня это не сделает.

Я согнулся чуть ниже, навис над ним и обронил одно слово:

— Я Константин.

Чёрные зрачки в жёлтой радужке расширились, и дерзости во взгляде коротышки заметно поубавилось.

— Тот самый Константин. Ты правильно понял, демон. Теперь представься.

— Старший мастер-посредник Цепзоларг, — инфернальный торгаш почтительно поклонился. — Можете звать меня как угодно, господин Мясник Бога.

— Цепзоларг… Мгмм… — Я задумался на секунду. — Будешь просто Жмот.

— К-как пожелаете, господин, — выдавил из себя мой новый посредник, стараясь сохранить достоинство и не рухнуть в обморок, и протянул когтистые ручонки к свёртку. — Позволите оценить?

— Так бы сразу. — Я небрежно протянул ему камни. — Смотри на их качество, а не на силу, Жмот. Не повторяй ошибку вчерашнего, который хотел меня обмануть. Если цена устроит, дам добро на конвертацию. Плюс один процент тебе лично в качестве вознаграждения.