Игра без сохранений - Кирилл Мальцев

Только сейчас он перестал сопротивляться по-настоящему. Он впустил холод.

Это было похоже на нырок в прорубь. Боль накрыла его: кости затрещали, мышцы свело судорогой, а сердце на мгновение остановилось, пропуская удар. Кровь начала застывать в жилах. Он чувствовал, как лёд покрывает его кожу изнутри, прорастает в лёгких, отнимая возможность сделать вдох.

Стоит лишь на секунду усомниться — и то, что ты пытался обуздать, пожрёт тебя изнутри.

— Я выдержу! — прошипел он сквозь зубы, и воспоминания понеслись бушующим потоком в его голове: башня стихий, посвящение, Гримвуд, «Мостовая». Слишком долго он прятался за спинами друзей. Хватит.

И в этот момент Эмерик почувствовал, как магия холода перестала быть просто силой, текущей по его венам — она больше не сопротивлялась. Она ждала его приказа.

Он открыл глаза.

Иней покрывал его лицо, волосы побелели от мороза, а изо рта вырвалось облако пара, которое тут же превратилось в ледяную взвесь. Его глаза — когда-то тёплые, человеческие — теперь горели холодным, сияющим светом.

Он поднялся, согнул руки в локтях и выставил их перед собой ладонями вверх, шепча слова силы. Воздух над ними начал мерцать и закручиваться, образуя шипастые шары — по одному над каждой из ладоней.

Эмерик толкнул их руками по направлению к стене. Шары врезались в орков, и с оглушительным хлопком взорвались, разметав во все стороны куски серых тел. Двое воинов на стене, которые уже готовились к смерти, застыли в изумлении.

Он сделал это. Стена была чиста.

Эрлунд, только что добивший очередного орка, на мгновение застыл, глядя на разорванных заклинанием врагов.

— Парень! — воскликнул он, когда Фиран и Эмерик приблизились. — Твоих рук дело?!

Эмерик, тяжело дыша, кивнул, пытаясь смахнуть застывшую кровь с лица.

— Тогда слушай сюда! — Эрлунд уже повернулся к своим людям. — Здесь мы справимся! Ты, ты и ты! — он указал на троих воинов, что стояли ближе всех. — Следуйте за эльфом и магом к западной стене! Там сейчас хуже всего! Держите её, сколько сможете!

— А ты, ярл? — спросил Фиран.

— Убедимся, что с этой стороны врагов нет и догоним вас! — рявкнул Эрлунд и повёл воинов наверх, на стену.

Фиран коротко кивнул и побежал в сторону западной стены. Трое воинов, покрытых орочьей кровью, устремились следом.

* * *

Меньше чем через минуту они выбежали к участку западной стены — и остановились как вкопанные.

Здесь была бойня. Тела орков лежали повсюду: не меньше нескольких десятков. Снег был истоптан и перемешан с кровью, превратившись в грязное месиво.

Защитники лежали здесь же. Почти все они пали, но стояли до конца. Последние двое — высокий воин с седой бородой и молодой парень с разбитым лицом — стояли на коленях, прижатые к стене. Их оружие валялось рядом. В двух шагах от них, возвышалась фигура в тёмном балахоне. Эмерик сразу понял, кто это. Такого же орка он видел возле входа в башню стихий.

Шаман.

Его когтистая рука была вытянута вперёд, и из груди двух последних защитников вырывались тонкие струйки света — их жизненная сила втягивалась в его ладонь. Воин с седой бородой дёрнулся, его глаза закатились, и он затих. Второй, молодой парень, продержался на пару секунд дольше, но в конце концов его губы посерели, а руки безвольно повисли.

Шаман медленно опустил руку. Тела упали на снег.

Вокруг него стояли пятеро орков. Они отличались от тех, с кем сражались воины Эрлунда у восточной стены. Эти были крупнее, в пластинчатых доспехах, с тяжёлыми топорами и щитами. Они смотрели на Фирана. И ждали.

Эльф вскинул лук — и выругался сквозь зубы. В пылу битвы он не заметил, как закончились стрелы.

Орки злобно загоготали.

Шаман улыбнулся. Он поднял посох, и воздух вокруг него потемнел, сгущаясь в дымку. Орки шагнули вперёд, заслоняя вожака, и зарычали, готовые к броску.

Глава 26. Осада. Часть 2. Финал

Шаман улыбнулся. Его лицо, изрезанное шрамами, исказилось в зловещей гримасе. Он поднял посох, и воздух вокруг него потемнел, сгущаясь в чёрный туман. Пятеро орков в пластинчатых доспехах шагнули вперёд, заслоняя вождя.

Фиран стиснул зубы. Преимущество было не на их стороне. Он бросил короткий взгляд на воинов, стоящих позади него. Их суровые лица были полны решимости защитить свой дом, даже ценой собственных жизней. Один из них кивнул Фирану.

Орки выжидали, оставляя первый ход за Фираном.

— Эмерик, — тихо бросил эльф через плечо, не отрывая глаз от противников. — Если ты не справишься, нам конец.

— Я справлюсь, — произнёс Эмерик и начал смещаться вправо.

Фиран рванул вперёд, и воины Риверхолда устремились за ним. Их крики смешались с рёвом орков, и воздух дрогнул от столкновения.

Первый удар Фирана пришёлся в щит одному из орков. Тот принял удар и, крутанувшись, попробовал достать эльфа своим топором. Фиран отскочил назад. Завязался бой.

Один из воинов Риверхолда, издав боевой клич, раскроил череп самому крупному из серокожих, уравнивая количество сражающихся. Лязг топоров заполонил двор.

Эмерик продолжал смещаться вправо. Шаман, заметив его движение, тоже шагнул в сторону, выходя из-за спин своих телохранителей. Теперь они стояли напротив друг друга — юный маг с инеем на лице и старый орк, вокруг которого сочился чёрный туман.

— Ты смеешь бросать мне вызов, мальчишка?! — прорычал шаман, и его голос прокатился по двору, перекрывая шум битвы. — Я заберу те крохи жизни, что ещё теплятся в твоём теле.

— Попробуй, — ответил Эмерик. Его голос был чужим. Полным силы.

Он поочерёдно взмахнул руками, и два ледяных лезвия сорвались с его ладоней, устремляясь к шаману.

Тот не двинулся с места. Чёрный туман вокруг него взметнулся, создавая непроницаемую завесу. Лезвия вонзились в неё и остановились, застыв на мгновение, а затем рассыпались ледяной крошкой.

— Слабо, — рыкнул шаман и ударил ладонью о землю.

Из-под ног Эмерика вырвались тёмные щупальца, обвивая его лодыжки. Он дёрнулся, пытаясь освободиться, но щупальца держали крепко. Холод внутри него всколыхнулся, и Эмерик направил его вниз, в землю. Лёд разошёлся от его ступней, сковывая туман, и щупальца, застыв, рассыпались.

— Жалкие фокусы, — сказал шаман, и его глаза загорелись зелёным пламенем. — Но этого недостаточно.

С его рук сорвался поток зелёного пламени, и Эмерик едва успел среагировать, выставив вперёд руку с кольцом. Морозный луч хлынул из кольца, сплетаясь в прозрачный щит, зависший между ним и смертоносным огнём.

На мгновение Эмерику показалось, что он выдержит. Ледяная поверхность отразила зелёное свечение, но