Игра без сохранений - Кирилл Мальцев

— Торрен! — крикнул Родгар, поворачиваясь к воинам. — Отвлеките его! Дайте мне время!

Торрен, услышав его голос, кивнул и ринулся вперёд, увлекая за собой остальных. Они закричали, застучали оружием, пытаясь привлечь внимание тролля. Чудовище зарычало и повернулось к ним, занося лапу.

Родгар сорвался с места. Конь по-прежнему стоял у обломков конюшни. Когда Родгар приблизился, животное заржало, но не отступило.

Свободной рукой Родгар вцепился в гриву и взлетел в седло. Конь вздыбился, но Родгар удержался, прижимаясь к его шее.

— Вперёд! — крикнул он, пришпоривая коня пятками.

Конь сорвался с места. Дым бил его в лицо, а ветер свистел в ушах. Тролль заметил всадника, несущегося на него, и взревел. Родгару показалось, что время потекло медленнее. Он мчался на тролля и видел, как тот расшвырял воинов, как тряпичные куклы, разбросав их в разные стороны. Торрен отлетел в стену и рухнул без движения. Крэй попытался встать, но лапа тролля обрушилась на него, и он исчез под ударом. Остальных воинов тролль растоптал, превратив их в кровавую кашу.

Родгар зарычал. Они сделали это ради него. Он не мог позволить их жертве стать напрасной.

Тролль заметил Родгара, взревел, подхватил телегу, стоящую у одного из полуразрушенных домов, и швырнул её навстречу всаднику.

— Твою мать! — крикнул Родгар, натягивая поводья.

Конь метнулся в сторону — резко, как будто знал, что от этого зависит их жизнь. Телега пронеслась в сантиметрах от них, врезалась в землю и разлетелась щепками, поднимая облако снега и пыли. Конь споткнулся, но устоял.

Родгар выровнял его и рванул вперёд.

— Аааа! — закричал он, вскидывая меч.

Клинок в его руке сиял золотым светом — так ярко, что даже в дыму и пламени его можно было видеть за сотню шагов. Он вскочил на спину коня, и прыгнул.

Всё исчезло. Остались только он и чудовище.

Клинок вошёл в грудь тролля — по самую рукоять. Сталь пробила рёбра, разорвала лёгкие и вонзилась в сердце.

Тролль застыл. Его красные глаза расширились — в них мелькнуло непонимание, а затем пустота. Он завалился на бок, поднимая облако снега и пыли. Земля содрогнулась от его падения.

Родгар упал на спину и замер. Он смотрел в небо, затянутое дымом, и не чувствовал ничего, кроме боли. Каждая клетка его тела словно горела.

Пролежав так несколько секунд, Родгар всё же заставил себя встать. Он опёрся на колено, затем на руку и поднялся, шатаясь как лист на ветру.

И тут он услышал звук. Гортанные крики, топот множества ног. Он повернул голову и увидел, как из-за угла выбегают орки. Не меньше десятка. Их глаза горели ненавистью, а в руках сверкали топоры и кривые мечи.

Родгар попытался достать меч, застрявший в груди тролля. Но не смог. Ноги подкосились и он рухнул на колени.

Это конец… — пронеслось у него в голове. Голова раскалывалась от боли, а по щеке покатилась слеза.

Орки надвигались — десятки жёлтых глаз, горевших в свете пожаров. И когда они почти добрались до Родгара, воздух над ним дрогнул. Прямо над его головой пространство разорвалось, и из разлома хлынул свет.

* * *

Свет хлынул из разлома, ослепительный, холодный, и Родгар зажмурился. Когда он снова открыл глаза, то увидел, как на орков неслись огромные белоснежные маралы. Их ветвистые рога сверкали в свете пожаров. На спинах маралов сидели эльфы — высокие, в льдисто-голубых доспехах, с клинками, отражающими багровое зарево.

Они обрушились на орков.

Первый марал врезался рогами в толпу серокожих, пробивая доспехи и плоть. Эльф на его спине, не теряя ни мгновения, рубанул мечом, и голова ближайшего орка отделилась от тела. Второй марал, пронесшись над головами врагов, сбросил своего наездника в самую гущу схватки. Эльф приземлился на одно колено, вскинул клинок и через мгновение уже крушил противников, оставляя за собой кровавый узор.

Ярость орков сменилась ужасом. Они пытались отбиваться, но эльфы двигались слишком быстро. Их клинки мелькали в свете пожаров, и каждый удар находил цель. Эльфы не тратили силы на лишние движения — они убивали с холодной, пугающей эффективностью.

Родгар смотрел на это, стоя на коленях, и не мог поверить своим глазам.

Через минуту всё было кончено. Орки лежали мёртвыми, их кровь смешивалась со снегом. Эльфы стояли среди тел, тяжело дыша, но их лица оставались бесстрастными. Один из маралов подошёл к Родгару и остановился в паре шагов от него.

С его спины спрыгнула женщина.

Высокая, с длинными белыми волосами, заплетёнными в тонкие косы. Её лицо было холодным, почти безжизненным, а глаза смотрели на Родгара с лёгким презрением. Она была одета в льдисто-голубой доспех, переливающийся в свете пожаров.

— Ты — Родгар? — спросила она.

Он кивнул, не в силах вымолвить ни слова.

— Аэриндэль, — представилась она. Мы пришли за вами. Где остальные?

Родгар попытался ответить, но из горла вырвался лишь хрип.

— Он слишком слаб, — раздался голос слева. Высокий эльф в тёмно-синем плаще, с суровым лицом и длинными чёрными волосами, подошёл к Родгару и протянул руку. — Я Эльварфаэль. Держись за меня.

Родгар ухватился за его руку, и эльф помог ему подняться.

Позади эльфов послышался топот. Аэриндэль обернулась и увидела Эрлунда, Фирана и с десяток израненных воинов. Они приблизились к эльфам и Эрлунд, с ненавистью в голосе, воскликнул:

— Эльфы! Явились, когда всё уже кончено? Где вы были, когда мой город горел?!

Аэриндэль слушала его с бесстрастным выражением лица, но в её глазах мелькнуло холодное презрение.

— Мы не обязаны отчитываться перед тобой, ярл. Ты сам выбрал свой путь.

— Что ты сказала?! — Эрлунд шагнул вперёд, сжимая секиру.

Эльварфаэль размазался в воздухе, и через мгновение острие его меча уткнулось в шею Эрлунда.

— Придержи язык, человек. Иначе ты его лишишься.

Эрлунд застыл на месте. Воины, стоявшие позади него, перехватили поудобнее свои топоры.

Аэриндэль бросила взгляд на тело тролля, лежащее рядом.

— Ты сам навлёк на себя эту беду, убив его самку, и похитив дитя. И если бы ты не считал наш народ своими врагами и не лез в наши владения, мы пришли бы на помощь раньше.

Лицо Эрлунда побагровело от злости.

— А теперь, — продолжила Аэриндэль, — пожинай плоды.

Она отвернулась от него, словно он пустое место, и обратилась к Фирандаэлю:

— Ты выглядишь получше, чем твой товарищ, малорн, — она подошла ближе. — Где остальные?

Фиран выпрямился, стараясь не показывать усталости.

— В замке. Эмерик ранен, он без сознания. Гида… она в подвале с женщинами и детьми.