Дипломная работа. Книга 2 - Василий Кораблев

Достоевский вытянул вперёд правую руку и сделал вид, будто бы стреляет.

— Пиф-паф!

У куклы моментально подломились ноги, и она рухнула лицом вниз.

«Пару метров не добежал», — с облегчением отметил Афоня. Пенсионер небрежно мотнул головой.

— Волоки дрова обратно за стол.

— А потом?

— Потом мы тут сами, а ты можешь быть до утра свободен. Только шлюху нам вызови. Я тебе сейчас номер напишу, телефон наверху, на тумбочке.

Электронщик покорно принялся выполнять поручение. Костомаров слабо сопротивлялся. Афоне пришлось тащить его за ноги. Из чувства мести пьяный учёный, в свою очередь, выболтал секретную тайну про разработки аналога полыни из отечественных компонентов в середине 60-х. Вот откуда полынь-то, Афоня! Он её из другого хранилища упёр. Партия была одна, её спрятали после инцидента с Мазером. О, ты не знаешь про этого террориста? А ты спроси у Достоевского, это же он его ликвидировал. Полынь настолько опасна, что одной каплей можно отравить целую реку. А ведь он сразу заподозрил неладное, когда увидел упоминание в рукописи. Не могло быть в XVII веке полыни, а уж тем более её бы никто не стал дарить. Ей же можно даже бога, наверное, укокошить. Ты слышь, слышь, Афоня?.. Не вздумай доверять этому старому прохиндею...

— Сам ты прохиндей, — проворчал пенсионер, поглядывая одним глазом на болтливую куклу, а другим на экран проектора. — Испугался, что я твою душу упокою, и потому на себя управление фиксатором завязал. Собственному товарищу не доверяешь, который, между прочим, с того света тебя, можно сказать, вытащил. Чего ж ты его волей своей не отключаешь? Зассал? А стулом крушить не зассал. Показушник задрипанный.

— Это ты всё кругом зассал! — возмутился Леонид Исакович. — Афоня, плюнь в него слюной. скажешь, я передал. У меня нечем.

— А вот за то, что ты про Мазера молодому человеку без разрешения ляпнул, не будет тебе слепой шлюхи, — оскалился Достоевский и кивнул электронщику:

— Афоня, забудь про прежнее поручение. Закажешь ему вместо бабы журнал «Сделай сам», а уж столярные инструменты я, так и быть, ему выдам.

Афоня предпочёл промолчать. Он оставил этих двоих в костнице, где они продолжили пить и ссориться, а сам поднялся на лифте на один из верхних этажей, где нашёл душевую и как следует помылся. Там же, во время бритья опасной бритвой, которую он взял из набора в шкафчике, выяснилась презабавная вещь: все порезы на его теле моментально затягивались. Парень некоторое время крутился перед зеркалом, с удовольствием отмечая, что его кожа стала значительно лучше, а потом до него дошло. Ну да, пыли надышался, пыль-то была волшебная. Можно сказать, прощальный дар богини Акесо.

Освежившись, Афоня вернулся в дом, где самостоятельно разыскал съестные припасы, среди которых большую часть занимали консервы, после чего приготовил себе поесть. Ну а уж после сытного обеда, по закону Архимеда, полагается поспать. Что он и сделал и проспал аж до самого утра. Достоевский с Костомаровым так и не объявились. Афоня посмотрел на часы, было девять утра, полежал, подумал немного, спускаться вниз в костницу ему не хотелось. Нагуделись, поди, и спят, чего им мешать? Там этих консервов на сто лет, наверное, хватит, и ещё останется.

Он умылся, позавтракал и уселся за ноутбук. Интересных тем для поиска в центральном архиве было предостаточно. Парень не зря ел свой хлеб, он прекрасно понимал, что нельзя просто так интересоваться всякими секретными документами, поскольку те были не только зашифрованы, но ещё и защищены от несанкционированного чтения. Однако же поисковая система тоже кое-что позволяла. Например, она предупреждала об опасности того или иного документа, прежде чем пользователь приступит к чтению, а в некоторых случаях могла даже дать необходимое разрешение. Электронщик из любопытства поискал немного про полынь, но не нашёл ничего конкретного, кроме легенды о чудище Легионе, сгинувшем в царстве Аида и воскресшем спустя столетия в стране Аккад. Он же эту страну, кстати, и разрушил, причём безо всякой полыни. Ковыряться в такой древности было скучно, Афоня переключил поисковик на любые полезные упоминания об Офире, и ему так понравилось, что он читал аж до самого вечера. Эта страна была хороша, прав был Костомаров, куда там до неё Швейцарии и Израилю. Офир — вот куда следовало поехать жить и работать. Но как это сделать? Почесав макушку, Афоня забил в поисковик список молодых девушек, потенциальных гражданок Офира, зарегистрированных на Земле. Минут через пять он заполучил подробнейший список, вместе с фотографиями и адресами. Фотографии были цветные, девушек было около семи тысяч, возраст от восемнадцати до двадцати пяти лет.

— Эх, знать бы раньше про этот ваш Офир, девчонки, — улыбаясь, бормотал он, разглядывая фотографии. — Это ведь круче, чем жениться на миллионерше. Хе-хе. А у меня и сведения имеются, как в вашу страну эмигрировать легальным способом. Всего каких-то жалких три пункта: пять лет в браке, двое детей и смертельное ранение мужа. Ну, последнее-то я придумаю, как обеспечить, если, конечно, эффект регенерации пропадёт.

Где-то после полуночи он начал проявлять беспокойство. Алкоголики и не думали возвращаться. Афоня лёг спать, и утром в доме ни куклы, ни Достоевского, конечно же, не оказалось. Нужно было идти вниз и проверять, как там у них дела, но идти не хотелось. Электронщик просидел всё утро за ноутбуком, выбрал себе несколько понравившихся девушек в качестве кандидаток в жёны, почитал в интернете последние новости, забил в поисковик, сколько длится запой, и присвистнул. Ну уж нет. Целый месяц — это слишком круто. Нужно как-то закодировать этих двух алкашей от свинорылого беса пьянства. Может, запугать? А кого у нас боится Достоевский? Никого. Это его все боятся. Но зато он сильно расстроился, когда богиня бабахнула. И он упоминал некоего вампира Сифона.

Афоня пощёлкал клавишами. Поисковик выдал целую кучу документов, опасных для чтения. И все под грифом «совершенно секретно». Электронщик почесал нос, вспомнил про капсулу, в которой доставили статую, и поискал среди ведьмаков. Тоже ничего подходящего и доступного. Впрочем, один открытый документ вызвал у него интерес. Речь шла о шпионской разработке советских ведьмаков, которая называлась «Соглядатай».

— Соглядатай-1, 2... Соглядатай-3, не запущен в серийное производство в связи с конверсией, — бормотал Афоня. — Так, а вот и фотографии. Кажется, вторую модель я видел в школе разведчиков. Легко маскируется под люстру или торшер, может выглядеть как прожектор, как фотовспышка, первые модели забракованы вследствие массивных размеров и