Предел. Выживание - Евгений Сладков

Пришлось хромать вперёд безо всяких костылей. Обломок посоха по моему недогляду остался возле туши Богомола, и растёкшаяся гемолимфа в итоге добралась до него, превратив в обугленную, ни к чему не пригодную головёшку.

Я хромал и часто останавливался, потому что сердце то и дело сбивалось, а кровь то новом шла, то во рту солёным отдавалась. Но старался не унывать, не поддаваться отчаянию и не позволять мрачным мыслям захлестнуть голову… Всё моё существо подчинилось единственной цели: «Выжить!».

С другой же стороны, эти остановки и позволили услышать удары не собственного сердца, а кого-то чужого, впереди: бум, перестук, пауза — и снова бум.

Идти на этот стук не хотелось совершенно, но и другого пути не виднелось. Мне только и оставалось, что приготовиться к новой опасности: я чуть освободил цепь на левой руке и сжал Узор Мороза покрепче, слегка жалея, что Ядро Огня потратил на себя, а не на клинок.

Новая пещера уходила потолком во тьму, а свет здесь распространялся от пола и трёх крупных колонн. Ближняя оставалась целой, средняя треснула, дальняя накренилась. Между ними медленно кружили камни… И во рту резко прибавилось вязкой слюны, а грудь сдавило чуть ли не тисками, когда взор выхватил их хозяина.

Гранитный Вепрь бил стену, обломки сталкивались и отвечали перестуком.

Около метра в холке и двух с половиной в длину. Вес под стать размерам и имени — килограммов четыреста, не меньше. Попади под удар такой массы — размажет к Пределу… Окаменевшая шерсть стояла серой щёткой под Гранитной аурой, из пасти выходила несколько пар то ли клыков, то ли бивней.

Чуйка в виде моего Искажения твердила, что Зверь имел уровень плюс-минус равный моему. Это было плохо.

Зато кварцевых наростов не было — до Кварцитового Вепря тварь не доросла. Это было хорошо.

Но сразу за «хорошо» началось сплошь паршивое: Гранитный меня заметил.

Он коротко хрюкнул, и висящие вокруг обломки собрались перед головой и грудью. Малые камни забили промежутки, крупные легли снаружи, сложившись в Гранитный щит. Каменная стена двигалась перед Зверем без опоры и веса, а за ней все четыре центнера живой ярости уже поворачивались в мою сторону… А как разворот завершился — Вепрь рванулся!

Шаг я применять не рискнул, вместо него Усиление направил в левую ногу и спину… И забыл учесть поправку в виде повреждённой ступни, и та, конечно, запоздала…

Самый край Щита зацепил обрывок цепи. Я только и успел что плюнуть мысленно на последствия да Ауру с Усилением кинуть в руку и плечо, чтоб их не оторвало к Пределу.

Могучий рывок едва не вывернул сустав, но рассечённый бок точно раскрылся заново.

Меня сорвало с ног. К счастью, протащило недалеко — Щит ударил в среднюю колонну. В воздух взметнулись новые осколки, но упасть не успели — застыли и влились в Щит, сделав его шире.

М-да! Даже будь здесь сталактиты, прошлый план победы не сработал бы против Вепря: обрушить на него потолок означало выдать ему ещё пару тонн строительного материала.

Цепь подтянула меня слишком близко к его боку. Чем я и воспользовался, но Узор без своей морозной силы лишь высек искры из серой шерсти, оставив едва заметную белую царапку: Гранитная шкура ни разу не название для красоты. Я честно попробовал развить успех — протолкнул ещё больше Усиления в руку и спину, навалился на клинок, но если сталь что и срезала, то максимум несколько окаменевших волосков.

А дальше… пришла пора нового урока полёта — Вепрь впечатал меня в колонну. Левую ступню зажало, под обугленной подошвой хрустнуло, Узор вылетел из пальцев, а Усиление погасло судорогой.

Зато я стал свободен. Так себе утешение, но хоть что-то. Тут же откатившись от колонны, я увидел, что она, будучи закреплённой, неподвластна Антигравитации — та брала только свободные камни, после чего Атрибут их связывал, превращая в Щит.

Впрочем, целой она оставалась от силы ещё мгновение, за которое Гранитный ударил в неё и своим весом, и Щитом. Основание переломило, но вместо падения опора разошлась грудой невесомых обломков. Зверь застыл, воздел голову к потолку и оглушительно заревел, а его Щит сразу же начал втягивать парящие глыбы.

Вепрь становился защищённее с каждым разрушенным куском пещеры. И с этим надо было что-то срочно делать.

На миг я даже пожалел, что обрывки цепей слишком коротки для одного из наскоро придуманных планов. Пришлось отложить его для противника, чья шея окажется не столь необъятной. А вот следующая идея, совершенно идиотская, была принята в качестве основной.

Я собирался всё поставить на так и не освоенный Разрыв грани.

Ну или почти всё, потому что в плане, как это у меня водится, было несколько этапов. И первый из них гласил, что нужно каким-то образом стать частью Щита Вепря, ухитрившись при этом не превратиться в лепёшечку от столкновений с колоннами и стенами.

Пока Зверь ревел, собирая камни, я без дела не стоял — уже вгонял Узором крайнее звено цепи в один из обломков, висящих в зоне Антигравитации, как раз за спиной твари. Насколько крепко получилось — оценить времени не было, так что пришлось в очередной раз полагаться на Леди Удачу.

А затем я легонько толкнул свой обломок в сторону башки Вепря…

И — получилось!

Камень вошёл в зону действия притяжения и рванулся к Щиту, стремясь занять в нём отведённое место. Меня дёрнуло следом… Да так удачно, что я почти поверил в возвращение «Везунчика Власта»: осколок воткнулся в Щит с внутренней стороны, прямо напротив лба Вепря. Расскажи кому, что я оседлал Гранитного — ни в жизнь никто не поверит в подобную чушь. Но, честное интернатское, всё так и было!

Как Зверь почувствовал, что на его шее сидит букашка-человечишка — знать не знаю, но теперь ревел он однозначно обиженно. А ещё резко бросил сбор своего Щита и сорвался в бег, тараня стены, стремясь прижаться к ним боком, чтобы сорвать-расплющить наглеца. Но ничего-то у него и не получалось: мало того, что Щит уже стал слишком широк, так ещё и я сидел чересчур близко к нему.

По идее, можно было подождать вечность, пока Гранитный выдохнется. Выбьется из сил — и победить его не составит никакого труда.

Но мешало целых две проблемы.

Первая — очевидная: Вепрь обладал поистине неиссякаемой выносливостью ввиду своей природы и Атрибута.

Вторая — печальная: с