Потерянное эхо - Фарха Таннба

к преступному бездействию. Эри, я видел достаточно, знаю тебя слишком давно и понимаю, что ты называешь нормой. Вычитать все опечатки в приказах и принести тебе их на подпись в готовом виде я могу вместо тебя, хоть домой, хоть в больницу. Авиарам нужен живой и относительно здоровый командир.

Эрсин молчал, не поднимая глаз от стола, и Лотар ждал от него ответа до тех пор, пока авиарский адмирал не отодвинул от себя ручку и кипу бумаг.

Рубидия услышала тяжёлый вздох Лотара, с которым была сейчас полностью согласна. Эрсин слишком часто пытался скрыть плохое самочувствие даже от неё, хотя она-то прекрасно знала: от долгого ношения крыльев и многолетней нагрузки у авиаров болит спина, и без целителя или хотя бы врача, пусть и не способного к работе с эфиром, не обойтись. Но Эри ведь не двигал плечами, пытаясь снять нагрузку, и прижимал руку не к больной пояснице, а скорее к животу — вероятно, сейчас причина его недомогания крылась вовсе не в перетруженной от привычной тяжести крыльев спине. Вот что это за ненужная безжалостность к самому себе? Зачем она?

— А вот женился бы ты на своей майстерин, она бы заставила тебя лечиться нормально, — затухающее эхо почти полностью скрыло усталую язвительность Мейтнера, в ответ на которую Рубидия лишь покачала головой. Лотар явно переоценивал её возможности и влияние на Эрсина.

Эхо смолкло, остатки изображения стёрли волны помех, и майстерин Гаусс устало потёрла виски: чем больше она узнавала, тем сильнее запутывалась в происходящем. Выходит, при всех своих разногласиях и даже несмотря на смерть Виенны Илаи Эрсин с Лотаром сохранили довольно близкие отношения, хоть и не слишком тёплые. “Скорее родственные, а не дружеские,” — именно так и могла бы описать их Рубидия. Если супругов или даже друзей человек выбирает, то родственников приходится принимать такими, какие они есть, невзирая на все недостатки и странности, любить, пусть между вами и не случилось душевной близости.

Но Нердинская операция и нападение Эрсина на Лотара — или всё-таки наоборот? — никак не сочетались с тем, что майстерин только что наблюдала. Возможно, она видела слишком мало, возможно, что-то осталось незамеченным, возможно… Да всё что угодно возможно, ведь ей известна только часть истории, хоть и куда большая, чем раньше.

Оставалось и ещё одно белое пятно. Фёлькише. Деймарские офицеры, которые обсуждали какой-то офицерский марш и предполагали, что фрайхерр Мейтнер присоединится к их попытке переворота. Если за их разговорами стояло что-нибудь, кроме пустых надежд, то эфирное эхо не могло не сохранить следы встречи Красного барона с заговорщиками. А значит, у Рубидии есть шанс узнать о ней.

После очередной серии стробоскопических вспышек экран кинескопа послушно ожил, вновь возвращая алую майстерин в чужое прошлое.

Весь вечер и большую часть ночи Рубидия пыталась найти подтверждение тому, что Лотар хотя бы встречался с фёлькише, но тщетно. То ли ей не слишком везло, то ли слова о согласии Красного барона оказались всего лишь вдохновляющей ложью, распущенной кем-то из заговорщиков. Так и не решив, радоваться неудаче или расстраиваться, Рубидия забылась до утра рваным сном с мутными сновидениями, где она вновь и вновь собирала осколки, на которые рассыпался весь мир вокруг, а её волновало лишь то, что обломки соединяются с уродливыми трещинами и сколами, искажающими вид и форму предметов.

Из сновидений алую майстерин вырвала Тидесбала, которая опять заглянула к ней поутру, чтобы помочь собраться и переплести все косички. Ещё лисентирин хотела пригласить её на завтрак, но Рубидия вежливо отказалась и посвятила девушку в подробности своих вчерашних поисков, правда, о слежке со стороны сильтского горца упомянула лишь мельком. Самой же Тидесбале идея добраться до брассери с крыльями очень понравилась, и всю дорогу юлчы не шла спокойно рядом с майстерин, а металась из стороны в сторону, то и дело ускоряя шаг, нечаянно обгоняла Рубидию, тут же отступала на пару шагов и без умолку трещала.

— И всё-таки, остаз, вы весьма удачливы и самодостаточны, чтобы достигать даже самый необычных целей, — легкомысленно заявила Тидесбала наставнице. — Вот если бы вы сидели и ждали чужой помощи вместо того, чтобы действовать самостоятельно, мы бы до сих пор оставались в Эллери и ничего бы не узнали. А так вы провернули целую шпионскую операцию, и теперь за невероятно короткий срок разберётесь во всём сами.

Однако Рубидия её энтузиазм не разделяла, да и не могла разделить. Не в тот момент, когда у неё нет ничего, кроме столь противоречивых и неточных “доказательств”.

— Если бы. Пока что я знаю недостаточно и даже с тем, что есть, никак не могу разобраться.

— Ах, остаз, я не сомневаюсь, что вы уже на пороге разгадки! А если вы не справитесь одна, то я обязательно вам помогу!

Наверное, Тидесбала могла ещё долго хвалить свою майстерин и уверять её в непременном успехе предприятия, но Рубидия уже привела её во вчерашнюю брассери и потянулась к ручке знакомой двери. Юлчы тут же смолкла, понимая, что разговор об их планах и авантюре на деймарском — не самое лучшее, что можно предпринять в данный момент.

Хозяин брассери её узнал и вежливо поприветствовал, а ещё сообщил радостную новость: сын разрешил юлчыларской магессе посмотреть крылья вблизи, а если госпожа Тидесбала дождётся вечера, то и сам поможет ей снять крылья. На этих словах Ут-Кызы сперва заинтересованно посмотрела на мужчину, но через мгновение поняла, что майстерин просто продолжила следовать их легенде и потому представилась именем её тёти; впрочем, не знай Рубидия свою подопечную, то и вовсе не заметила бы в её движении ничего подозрительного.

Поблагодарив господина Берница — кажется, фамилия у него была не исконно сильтская, а телимская, несмотря на акцент; впрочем, почему-то этот факт майстерин отметила только сейчас, — она предложила Тидесбале остаться здесь же на завтрак.

Только если не смотреть на крылья Эрсина и не думать о том, как они попали в эту брассери…

— Юк, остаз, — выразительно покачала она головой и посмотрела на майстерин, — Неужели вы забыли, минем апам, о нашем договоре? У нас осталось не так уж много времени!

“Каком договоре?” — хотела было спросить Рубидия, но вовремя догадалась, что дело не в несуществующем договоре. Юлчы почему-то решила, что им нужно срочно уходить, и просто не сумела придумать более подходящего предлога.

Когда они переступили порог, и дверь брассери закрылась, Тидесбала шепнула:

— Остаз, сразу же после нашего появления, какой-то человек в зелёном капюшоне ушёл. Не знаю, ваш ли это горец, но