Дикое сердце джунглей - Майя Вьюкай

— Синъерция так не работает, — пробормотала я сдавленно, — в нее невозможно погрузиться в любой момент.

— Мне нужно… — психованный задумался, — мне ударить тебя по голове, чтобы ты отключилась и вошла в связь с повелителем?

Его свели с ума джунгли? Или он изначально был таким дурным?

— Только попробуй это сделать, — пробасил Медведь, помахивая дубиной, — и я размажу тебе череп, не раздумывая.

— Дернешься, — предупредил его Скорпион, — и мой нож войдет в ее сладкую шейку раньше времени, а мы этого не хотим, правильно?

Поддержка выживших приободряла, но не особо мне помогала.

— Послушай, Скор… Маркус! — Я решила разбудить его логику, а то она явно ото сна еще не отошла. — Как думаешь, что с тобой сделает повелитель, когда найдет нас? Ведь даже если я не умру, ты изувечишь меня и заставишь страдать. Полагаешь, ему это понравится?

— Сперва-то, конечно, нет, — без запинки ответил Скорпион, ясно, что уже заранее обдумал этот момент, — но я буду долго и упорно извиняться, может, даже поваляюсь немного у него в ногах. — Ехидно усмехнулся. — И в конце концов он меня поймет и даже потом поблагодарит, когда осознает, что я помог вам быстрее встретиться, да еще и тебя закалил, и магию твою расшевелил. В общем, одни плюсы. Минусов нет.

— Ты… э… Серьезно?

Я не нашлась, что на это сказать. Если Скорпион действительно верит, что Деклан поблагодарит его за мое истязание, то он либо полностью рехнулся, и взывать к его логике уже бессмысленно, либо знает об этом мире то, чего не знаю я и остальные.

— Так мне вырубить тебя, — уточнил псих, — или есть другой способ войти в синъерцию?

— Другой способ! — за меня ответил Стэллер. — Он есть.

— Да? — Скорпион почесал свой колючий подбородок о мой затылок. — И какой же?

— Для начала тебе придется ее отпустить.

Неприятный смех разнесся по всему лагерю.

— Ох, Стэл. — Скорпион поцокал языком. — Я понимаю, что ты всех вокруг себя считаешь идиотами, но не до такой же, блин, степени. Жаль, что твой пистолет сожрали монстры. С ним ты был намного убедительней.

— Одумайся, Маркус! — снова попытался достучаться до него Феликс. — Еще не поздно. Отпусти Элизу, и мы тебя не тронем, обещаю. Никто не станет обвинять тебя в нападении. Стресс на каждого воздействует по-разному.

— Да не во мне дело, как вы не понимаете?! Она, — безумец тряхнул меня, — ключ к нашему спасению.

— Так будь добр, — процедил Хант, злобно взирая на Скорпиона из темноты, — положи этот ключ обратно.

— Может, он заразился? — робко предположила Мария. — Слишком неадекватно себя ведет.

— Укусов не видно.

— Вы так предсказуемы! — разочарованно протянул Скорпион. — Все блеете и блеете, как несчастные овцы на заклание. Ох и ах! Надеетесь, что все обойдется, но сами ни хрена для своего спасения не делаете. Нам нужно было бросить больных и раненых, оставить детей и стариков в долине, а самим идти вперед. Мы бы уже давно выбрались из леса, но, нет, сидим здесь и делаем вид, что все в порядке. Хватит! Надоело уже слушать ваше бесконечное нытье. Сейчас я отправлю нашу красавицу в синъерцию, и, если хоть кто-нибудь, особенно ты, Стэл, сдвинется с места, я воткну ей нож в сердце. Не уверен, что после такого она выживет. Давайте не будем проверять, ладно?

И поехавший потащил меня к деревьям. Я не стала сопротивляться, потому что лезвие все глубже и глубже погружалось в тело, и меня все больше и больше начинало из-за этого мутить.

— Я просто стукну тебя головой об дерево, — доверительно сообщил мне Скорпион, — будет немного больно, но ты сразу отключишься.

Какой заботливый… Может, мне попытаться вывернуться, когда он замахнется, чтобы ударить? У меня будет всего доля секунды, но вдруг успею. Стоит попробовать!

— На что ты надеешься? — крикнул ему Стэллер. — Ты не такой сильный, чтобы одним ударом вырубить человека. Не смеши!

— Ну значит, будет два удара, — огрызнулся поехавший, — не нуди. Я справлюсь. Она же мелкая.

Стэллер утратил веру в лучшее и начал незаметно к нам красться, продвигаясь по шажку каждый раз, когда Скорпион отворачивался.

— Ну что, готова? — Поехавший выбрал высокое дерево с гладким стволом и подтащил меня к нему. — На счет три, ладно? Один…

Он вдруг вздрогнул и начал наваливаться на меня всем телом. Давление на шею ослабло, и нож выпал из мужской руки. Я тут же отпрыгнула в сторону, крепко зажимая свои раны, и Скорпион кулем рухнул на землю рядом со мной.

В лагере повисло молчание.

Все, включая меня, посмотрели на то место, где только что стоял поехавший, а затем удивленно вытаращились на Ирен.

— Что? — Старушка сдула упавшую ей на лицо прядь седых волос и опустила тяжеленную палку, которой с любовью приласкала обезумевшего парня по его больной головке, да так старательно, что аж с первого раза получилось отправить его хоть и не в синъерцию, но в отключку точно. — Все ведь хотели это сделать. Правда?

Еще секунду стояла гробовая тишина, а затем отовсюду начали доноситься нервные смешки, постепенно переходящие в дружный смех. Скорпион каждый день донимал Ирен мерзкими издевками, а она никак на них не реагировала, лишь улыбалась. Знал бы он наперед, чем ему обернется грубость, держал бы свой поганый язык за зубами.

— Убери руку. — Стэллер оказался рядом со мной. — Дай посмотрю, насколько все плохо.

Я разжала пальцы и отняла руку от шеи, чтобы он смог осмотреть раны от ножа. Кровь из них сочилась, но ручьями не текла, так что я надеялась на лучшее.

— Ну что там?

— Порезов много, — резюмировал Стэллер, — но они все неглубокие. Не страшно. Их нужно хорошенько промыть. Идем, я тебе помогу.

* * *

Скорпиона крепко связали лианами и хорошенько примотали его к дереву, чтобы этот придурочный точно больше никому не навредил. Медведь предложил бросить его на съедение ночным монстрам, но эту идею мало кто одобрил. Все хотели остаться людьми и сохранить в себе человечность.

— Пусть пока сидит там, — велел Стэллер, — потом решим, что с ним делать.

— Нам придется его поить и кормить… — задумчиво протянул Феликс. — Вы же это понимаете, да?

— Лишний рот, — проворчал Медведь.

— И в туалет его водить надо будет постоянно. То еще удовольствие…

— Значит, — вмешалась я в их разговор, — будем его поить и кормить. Он же психически нездоров. Возможно, еще до крушения таким был. Нельзя его убивать за то, что он болен. Господи, да вообще никого нельзя убивать! О чем мы только говорим?

Феликс с