Античный Чароплёт. Том 4 - Аллесий

Князь Каллаад, построивший это место, был, может быть, не самым близким, но уж точно доверенным лицом Кенниса. Он тут работал, контролировал отсюда весь архипелаг, продолжал свою ветвь рода кровавого императора. Во Время войны Парифатской Республики и Империи Крови это место было одной из самых тяжелых военных целей. Во время преподавания истории детям тут принято рассказывать о том, что Империю Крови сокрушили, загнали в угол, где Бриар Всемогущий и нанес сокрушительный удар в сердце этого чудовища, этой страны-монстра, в её основателя, в её бессмертного государя. Правда же в том, что Парифатская Республика долгое время была вассалом Империи Крови. Может быть, не совсем официальным, но кровавая дань людьми и сепаратные отношения, имевшиеся в то время, говорят сами за себя. Война была очень тяжелой, была не одна. А крупные бастионы Империи так и не были взяты. Объективно говоря, вампиры имеют почти безграничный потенциал для возрождения, если сохранилась верхушка, ядро. Самые старые, самые сильные. Если бы не пал Кеннис, то тот же князь Каллаад вместе со своим гнездом однозначно подходил под это определение — “старый и сильный”.

Собственно, он получил свое имя от древнего названия центрального острова, которое означало “живительный” или вроде того. “Каладана” — вот такое прекрасное слово. Каллаад взял себе новое имя по приказу Кенниса, основав здесь бастион Империи Крови, а позже уже Республика переименовала этот регион в “Калладиану”, постаравшись отнять у побежденного врага это эфемерное право собственности над островами. Дальше был основан город Калладиан, а регион переименовали в Калладианский архипелаг. Интересная история.

Так вот, вампиры держали тут оборону до последнего, не отдавая центральный остров и постоянно сражаясь и нанося республике страшные потери на остальных. Вероятнее всего, если бы Кеннис не пал, то рано или поздно Парифатоген со своей политической элитой потерпел бы тут поражение, а дальше с архипелага открывалась бы удобная стратегическая инициатива для десанта в любом месте побережья Сурении с целью проведения военных операций в рамках контрнаступательной военной кампании армии кровавого императора.

— А что охраняется ниже?.. — Мне было по-настоящему интересно, когда мы дошли до коридора, вход в который был сомкнут, словно сошлись вместе огромные каменные зубы чудовищной гранитной челюсти. Явно работа магов. Снаружи было два стражника, внутри — неизвестно. Но точно людьми дело не ограничивалось: я чувствовал духа-воина. Подобного незримому слуге, только созданного для сражений. В Шумере таким мало баловались — их создавать замучаешься. Но даже один-единственный стоил целой сотни закаленных боями солдат.

— О, этого никто не знает, — девушка-экскурсовод словно бы села на своего любимого конька. — В Империи Крови было множество тайных лабораторий. Магия вампиров наследует старой магии корбинов: они использовали прану для колдовства. Сейчас так, конечно, почти никто не делает…

— Прану?.. — Я даже подался вперед. — Вы имеете ввиду — прогоняли прану через столп чародеев? Создавали ману из жизненной силы?

— Нет! — Девушка замялась. — Это, наверное, не совсем тема нашей экскурсии…

— Мне тоже интересно! — Мальчик лет двенадцати, на которого нерешительно посмотрела экскурсовод, воинственно поднял подбородок.

— Ну, понимаете… Это не подтверждено, просто теория, которая в том числе изучается на исторических факультетах. Князь Кеннис происходил из Империи Великого Змея, в которой правили корбины. И магия вампиров очень похожа на их практики, дошедшие до нас, и записи о них. Они не использовали прану для создания магической энергии, это древний, варварский и неэффективный способ. Прана может дать очень большую силу, поэтому корбины жертвовали её напрямую, используя ману как проводник своей воли. Это накладывало множество ограничений. В частности… гм… Ну, они много пользовались зельями… — Она сбилась и слегка растерялась…

— Шшшссс… — Один из двух антропоморфных змеев, бывших в составе группы, раздул капюшон. Потом его шипение начало складываться в слова общеимперского. Впрочем, “общеимперский” был процентов на девяносто восемь заимствован у титанов. Забавно, что именно титанова речь — язык последнего не вошедшего в состав Империи кусочка Парифата — и объединила всех подданных Колдующего императора одним языковым пространством. — Когда-сшш наши предки, человек-шшсс, колдовали… Жизненной силы-с не бывает много… Сссвоей сссилы… Чужжжшшшая не так подходит-ссс… Капля своей жжжжизни-ссс или бссссдна чужжжшшой. Мы варили ссссселья, не колдовали много. Приносссили шшшшертвы.

— Понял, это интересно. Спасибо, — я кивнул змею, явно с трудом говорящему на титановой речи.

Это было для меня крайне важным открытием. Если получится изучить магию вампиров или хотя бы корбинов… Моей праны больше, чем у нормального человека, в десятки, если не сотни раз. В… В сотню раз — это я перегнул. Раз в сорок, наверное, как раз и больше. Ну, раз в двадцать-тридцать, если брать здорового молодого и сильного человека. Обычного. Вампиры были довольно сильны. Конечно, князья и старые особи могли держать в себе прорву чужой жизненной силы, не только людей, но ведь и я не собираюсь колдовать одной только жизненной силой. Если только я смог бы добавить в свой арсенал что-то такое, то это нечто стало бы поценнее Ме, возможно. Ведь очки праны можно было бы считать не неприкосновенным запасом в дополнение к мане в пропорции один к одному, а как минимум один к трем или один к пяти. Это дало бы мне запредельные возможности, когда мана подошла бы к концу. Совсем другие чары, возможно, другой подход, другие возможности, но зато как минимум в таких же масштабах, что и весь мой резерв маны. Если соотносить запас праны — тысяча девятьсот восемь единиц, и маны — пять тысяч восемьсот три, то при соотношении один к трем как раз получится плюс-минус столько же.

— А там есть демоны? — Мальчишке было интересно старое колдовство корбинов постольку-поскольку. — И чудовища?!

— Там, ходят слухи, много разного… Про демонов не знаю, но на опасных животных натолкнуться можно. Есть арахонты — это подтвержденный факт.

— Это как глупые арахниды?

— Мартус! — Женщина рядом одернула ребенка.

— О, не совсем! — Экскурсовод улыбнулась. — Они отличаются от арахнидов примерно как обычные приматы отличаются от человека. Арахонты глупее, но могут быть хитры. А еще они сильнее физически и многие владеют примитивной магией. В основном она укрепляет свойства их яда и прочность их паутины. Дикий шелк арахонтов ценится куда больше, чем продукция арахнидов, но он довольно опасен в