Злодей, который меня убил 2 - Кира Иствуд

— Обычная твоя смерть лишь освободит демона, — недовольно откликается маг. — Требовалось дождаться, когда «круг смертей» разрушит твою душу, и завершится ритуал… Ты ведь уже знаешь про него, да? Моя самая крупная ошибка!

— Ты о том, как пытался убить меня в детстве, а я выжила? Ты об этой ошибке? — ядовито спрашиваю я.

— Именно. Ты выжила и нарушила мои планы! — цедит Гилберт-Бранаур. — Всё из-за этого исчадия преисподней Клоинфарна! Этот демон оказался хитрее, чем я ожидал! Вместо того чтобы принять «жертву» полностью, ограничился лишь твоей магией, а душу — вернул! Этим он запустил круг смертей и перепривязал артефакт на тебя — несмышлёного ребёнка! Слабую женщину! Рассчитывал, что я сгину без его магии! Что тебя он легко обманет! Освободится! Но не тут-то было! — Гилберт противно хихикает. — Я оказался хитрее. Нашёл способ, как сохранить связь с алтарём.

— Через помолвку…

— Верно. И уж конечно, я нашёл способ, как не терять память при начале нового круга. Мне оставалось лишь подталкивать события в нужном направлении. Шептать там… направлять здесь… заражать мыслями тут… и ждать, когда твоя душа разрушится окончательно.

Тем временем мы уже входим на нижний этаж, пересекаем подземный храм. Пламя свечей колыхается при нашем приближении, играет тенями на стенах. Я вспоминаю, как вбежала сюда в прошлой своей жизни… босая, в одной сорочке.

Получается, в тот раз Гилберт бросил меня специально? Знал, что на события будет влиять «круг смертей», и оказавшись возле артефакта, отчаянная, испуганная, я неумолимо принесу себя в жертву.

Вот только не предусмотрел, что в момент совершения жертвоприношения, Джаред коснётся моей руки, и завяжется истинная связь, которая нарушит ход «возвращения в прошлое» и сохранит мою память.

Впрочем… это всё равно не помогло! Ничего не изменило…

Гилберт-Бранаур подходит к костяной двери и, без труда открыв, ныряет в ритуальную комнату. На ватных ногах я иду следом.

Стоит переступить порог, как в нос ударяет запах благовоний, горечь щиплет язык. Алтарь зловеще белеет посреди комнаты.

«Здесь я и умру…» — царапает сердце стылая мысль.

Гилберт снимает со стены кинжал и всучивает оружие в мои слабые руки. Первая мысль — ударить им мага! Прямо в сердце, а потом ещё и ещё! Чтобы захлебнулся собственной кровью!

— Не стоит, — качает головой Гилберт. — Не теряй времени зря. Чтобы дни откатились назад, тебе нужно запятнать этот кинжал лишь собственной смертью. Чем дольше медлишь, тем больше шанс, что руандовские волки ворвутся в замок. Ты ведь знаешь, они никого не пощадят. Будут убивать без жалости. Зачем плодить боль, если можно закончить страдания прямо сейчас?

Метка на запястье жжётся, мысли тянутся к Джареду… Слёзы щиплют веки. Я так хочу спасти его! Так хочу помочь…

Сжимая рукоять кинжала, перевожу взгляд с Гилберта на алтарь. Белый камень испещрён рунами… которые совсем скоро окропятся моей кровью. Моя душа разрушится, и все вновь будут живы… Гилберт победит!

От этой мысли так больно, будто я проглотила битое стекло. Оно впивается в стенки желудка, острым крошевом течёт по венам.

Но что я могу сделать?

Есть ли выход?!

Думай, Николь! Думай!

— Давай я расскажу, что случится дальше, — вкрадчиво говорит Гилберт, подходя со спины. — Прямо сейчас ты с благодарностью принесёшь себя в жертву алтарю. Твоя душа разрушится, а время вернётся вспять примерно на пару недель… Контроль над алтарём перейдёт ко мне, а круг смертей разомкнётся. Тебя найдут мёртвой в постели… и устроят пышные похороны. Я произнесу у твоего гроба проникновенную речь безутешного жениха. Вместе со мной вся страна будет горько оплакивать бедную четвёртую принцессу, чья судьба была столь несправедлива. Отбор невест отменят в связи с этим печальным событием, — он гадко цокает языком.

— Но поверь, дорогая невеста, уже через месяц большинство забудут, кто такая Николь Розен, — говорит маг. — Алтарь вновь будет крепко запечатан, поэтому Енотория откажется от планов нападения. Симуса, я освобожу от навязчивой мысли погубить Викторию… Ведь держать его под контролем будет бессмысленно. А я… пожалуй, возьму в жёны Лисию. Она милая девочка… Горячая как спичка. Устрою всё так, чтобы стать следующим Королём! И позабочусь, чтобы Аштария просуществовала ещё тысячи и тысячи лет. Все будут счастливы… и даже этот твой Джаред. Ведь ваша связь оборвётся, и он никогда не вспомнит, что когда-либо встречал принцессу-кролика по имени Николь.

— Нет, Бранаур… — хрипло говорю я, касаясь холодного камня алтаря, обводя пальцами вырезанные на нём магические руны. — Всё будет совсем иначе.

— И как же? — надменно кривится он.

— Ты будешь умирать мучительно и тяжко… В одиночестве и забвении. Твоё имя сотрут из родового древа Аштарии, как позорное пятно. Ты обязательно поплатишься за свои грехи, и случится это очень скоро. Куда быстрее, чем ты способен вообразить даже в…

— Всё, хватит разговоров! — резко обрывает меня маг.

— И правда. Хватит! — решительно сжимаю губы и забираюсь на алтарь с ногами, сажусь в центре, сжимая в руке кинжал.

Ну вот и всё!

Задержав дыхание, поворачиваю лезвие к себе. Замахиваюсь! Но, вместо того, чтобы вонзить кинжал в сердце, стремительно провожу остриём по ладони, разрезая ткань перчатки и собственную кожу. Боль ошпаривает. Сжав пальцы в окровавленный кулак, ударяю им по алтарю. Громко требую:

— Клоинфарн! Пропусти меня! Открой путь!

Гилберт язвительно усмехается, скрестив руки:

— Хах, и это твой план? Только зря тянешь время! Неужели считаешь, всесильный демон подчинится какой-то слабой девчонке? Он даже не услышит твоего писка! И никогда не…

Я не обращаю внимания на самодовольные бредни Гилберта. Зажмурившись, снова и снова мысленно и вслух требую у Клоинфарна пропустить! Собрав всю свою магию в кулак, вновь ударяю по артефакту! Мысленно кричу:

«Открой проход, Клоинфарн! У меня к тебе предложение, от которого ты не сможешь отказаться!»

Бесконечно долгую секунду мне кажется, будто ничего не получится! Будто я потеряла единственный шанс… но затем чувствую, как камень алтаря растворяется под моими руками, превращаясь в пустоту.

Я распахиваю глаза… и вижу побелевшее лицо Гилберта. Его зрачки расширяются.

— Нет, невозможно! …стой! — рычит он, пытаясь ухватить меня за руку. Но не успевает, ведь я уже проваливаюсь в вязкую темноту Ирреальности.

Глава 26

Распахнув глаза, я обнаруживаю себя лежащей у подножия длинной лестницы. Вокруг клубится серый туман, столь густой, что не видно рук. Правый бок немилосердно ноет, как если бы я с размаха приложилась об твёрдый пол (похоже так и было!). Но эта боль — ничто, главное, что я в Ирреальности. У меня получилось!