Месть Аделаиды. Второй шанс для жены дракона - Елена Крамская

Он развернулся и вышел, оставив после себя запах удушливого страха.

Я стояла неподвижно, чувствуя, как петля затягивается на моей шее. В Изумрудных покоях я буду отрезана от тайных ходов и от короля. Если Валериан запрет меня там, я не смогу выйти на связь с Дейраном. План рушился на глазах. Я продолжала играть покорность, но внутри меня все кричало от отчаяния.

Последняя ночь в моей комнате была невыносимой.

У дверей в коридоре чеканила шаги Марта — к счастью, удалось отослать ее из комнаты, сославшись на невыносимую мигрень.

Я лежала в постели, глядя потолок, и не могла уснуть. Мысли метались, ища выход из капкана.

Шаги Марты стихли и тихий щелчок дверного замка заставил меня напрячься.

Дверь приоткрылась. В комнату, не издав ни звука, скользнула тень.

Я мгновенно смежила ресницы, и выровняла дыхание, имитируя глубокий сон.

Болотистый запах ударил в нос, и к моей кровати подошла Гера.

В свете одинокой луны, пробивающемся сквозь щель в тяжелых шторах, мачеха выглядела ужасающе. Ее лицо заострилось, кожа приобрела сероватый, мертвенный оттенок. Без подпитки ее магия иссякала, высасывая из нее жизненные соки. Она опиралась на свою серебряную трость, и ее руки мелко дрожали.

Она остановилась у изголовья кровати и долго смотрела на меня.

— Спишь, дрянь, — прошипела Гера. Ее голос был полон такой концентрированной, чистой ненависти, что воздух в комнате стал густым.

Она отложила трость и наклонилась надо мной.

— Я не стану ждать финала этого проклятого Отбора, — бормотала она себе под нос, словно в бреду. Ее глаза лихорадочно горели, — Валериан думает, что управляет мной, но у меня свои планы. Мне нужна вся твоя магия, Аделаида, до последней капли. Иначе я сдохну в этих стенах.

Гера воздела трясущиеся руки над моей грудью. Ее пальцы скрючились, напоминая когти хищной птицы. С ее губ сорвался низкий, гортанный шепот — слова древнего, черного заклинания поглощения.

Воздух вокруг ее рук начал темнеть, сгущаясь в клубящийся, ледяной туман, который медленно пополз к моему лицу.

Я приготовилась ударить. Моя магия, откликнулась на угрозу, вскипая в венах жидким огнем. Я уже хотела открыть глаза и обрушить на нее всю свою ярость, разорвав маскировку.

Но я не успела.

В ту самую секунду, когда черные щупальца магии Геры коснулись моей ауры, произошло нечто невообразимое.

Пространство над кроватью с оглушительным, беззвучным хлопком разорвалось, и невидимая, колоссальная яростная, обжигающая сила ударила из ниоткуда.

Это был удар чистой, концентрированной мощи, сработавшей как автоматический щит. Эта магия не принадлежала мне.

Геру отшвырнуло назад так, словно в нее врезался несущийся на полном скаку боевой конь. Она пролетела через всю комнату, с влажным, жутким хрустом впечаталась в стену и рухнула на ковер, как сломанная кукла.

Ее глаза закатились, изо рта вырвался короткий стон, и она потеряла сознание.

Я резко села на кровати, тяжело дыша, с широко распахнутыми глазами.

В этот же миг мое левое запястье пронзил неистовый, сжигающий жар.

Боль была такой сильной, что я зашипела, схватившись за руку, но это была не та боль, от которой хочется кричать. Это был ритмичный, глубокий, пульсирующий огонь. Он бился в такт с моим сердцем, разгоняя по венам сумасшедший адреналин.

Я знала это чувство, и знала этот огонь.

Это была защиты Истинной Пары, которая активировалась, почувствовав смертельную угрозу для моей жизни.

Жар на запястье усиливался, пульсация становилась все более частой, неистовой.

Я подняла глаза к окну, за которым раскинулась ночная столица, и на моих губах расцвела сумасшедшая, дикая улыбка.

Дейран был близко. Точнее, он был еще далеко, но он приближался ко мне, и он был в ярости.

Глава 35

Запах жженого озона и гнилой болотной воды стоял в спальне так густо, что першило в горле.

Я тяжело дышала, прижимаясь спиной к резному столбику кровати. У моих ног, в неестественной позе и разметав по ковру черные волосы, лежала Гера.

Она была жива. Я слышала ее прерывистое дыхание, но она была оглушена. Мой ментальный щит, отбивший ее атаку, сработал как таран.

Пальцы мелко, бесконтрольно дрожали, сжимая складки шелковой ночной сорочки. Я медленно опустилась на колени рядом с лежавшей мачехой. Ее лицо было искорежено маской бессознательного ужаса.

Мысли лихорадочно бегали в голове. В голове у меня все еще звенело от выброса чужой магической энергии, а напряжение обжигало вены, превращая кровь в кипяток.

Если я останусь здесь до рассвета, то Валериан утром войдет в эти двери, и увидит поверженную свою любовницу. И хоть он дракон без магической силы, он все-равно в состоянии почувствовать остаточный фон драконьей магии.

И тогда моя игра в покорную, сломленную дурочку закончится. Меня просто запрут в глухих покоях, или бросят в подземелья, заковав в антимагические кандалы и будут держать там до самого Отбора.

Я метнулась к двери и выглянула в коридор. Там, на стуле, уронив голову на грудь, тихо посапывала Марта.

План быстро созрел в голове — я действовала на голом инстинкте выживания. Подскочив к Марте, я прижала два пальца к ее виску. Магия, еще бурлящая под кожей, послушно скользнула в ее разум, углубляя обычный сон до состояния тяжелого, магического транса. Теперь она не проснется до полудня.

Мои руки дрожали, когда я стаскивала с обмякшей служанки ее форменное, серое платье из грубой шерсти. Ткань пахла дешевым мылом и чужим потом, но сейчас этот запах казался мне ароматом самой свободы.

Застегивая жесткие пуговицы на груди, я бросила последний взгляд в зеркало на свое бледное, перепуганное лицо, и огненно-рыжие волосы, которые выдадут меня в любой толпе. Я схватила с каминной полки горсть остывшей сажи и, не жалея, начала втирать ее в свои пряди. Сажа ложилась грязными, жирными пятнами, убивая медь, превращая меня в замарашку. Я мазнула черными пальцами по щекам, пряча аристократическую