Гавани солнца - Марта Уэллс

Он уже сменил одежду на запасную, захваченную с собой – штаны и рубаху из темной шелковистой ткани, сотканной арборами Тумана Индиго. Уходя, Лун оставил одежду с Нефритой и остальными – она была слишком хороша для того, чтобы вливаться в таком виде в толпу земных обитателей в торговых портах и селениях, где они с Утесом могли остановиться. Но у рубахи, которую принес Сумрак, рукава были длинные, а штаны доходили до самых лодыжек, и значит, лучше защищали от холода. Лун натянул через голову позаимствованную у островитян рубаху поверх своей.

К ним присоединились Ежевика и Делин. Ежевика удобно устроилась между Луном и Звоном, а Делин сел рядом и стал делать наброски пейзажа в блокноте. Он был так же рад видеть свои бумаги, бережно сохраненные вместе со всеми вещами с солнцехода, как Нирана, Диару и остальную команду с Золотых островов.

Вслед за ними вышли Рорра и Ниран с Каламом и сели поблизости, на прогретой солнцем палубе. Они явно хотели помочь Каламу отдохнуть и отвлечься от тревожного наблюдения за отцом. Состояние жандера трудно определить с виду, но глаза у Калама были запавшие, и он выглядел усталым. Лун подумал, что, наверное, он всю ночь не спал, сидя рядом с Каллумкалом. Неловко было смотреть, как Рорра и Ниран, не отличавшиеся веселым нравом, старались подбодрить Калама.

Возможно, это и заставило Ежевику выскользнуть из-под руки Луна, чтобы сменить тему.

– Нам известно, почему скверны напали на Пределы именно сейчас? – спросила она. – Конечно, они всегда нас ненавидели, но почему выбрали это время?

– Королева-полукровка сказала Малахите, что скверны винят нас в том, что случилось с теми стаями, которые пытались скрещиваться с раксура, – пояснил Звон.

Ежевика зарычала от возмущения.

– Это же не наша вина.

– Да, не ваша. Но случившееся определенно связано с их недостаточным пониманием раксура, – сказал Делин и посмотрел вниз на кетеля, который переместился ближе к средней части ветряного корабля. Откинувшись на стену каюты, он запрокинул голову, прикрыл глаза и явно наслаждался солнцем. – Вот скажите, скверны контролируют размножение, как это делают раксура?

Его слова вызвали изумление у Рорры и Калама.

– А раксура так делают? – спросила Рорра.

– Арборы спариваются для размножения только после тщательного рассмотрения родословных и с учетом того, какие черты хотят видеть в потомстве, выбирая, кого хотят породить – арборов или воинов. Они стараются предугадать, кто потребуется двору в ближайшие двадцать-сорок циклов, поскольку сроки взросления у арборов и окрыленных различаются. Выводки не появляются на свет без тщательного планирования.

– Он прав, – вздохнул Ниран. – Когда я был там, учителя очень много говорили о родословных и будущих выводках. В мельчайших подробностях.

Лун никогда не думал об этом в подобных терминах, но знал, что дворы раксура поступают именно так. Туман Индиго производил потомство ради выживания. Опаловая Ночь – для войны.

– Иногда получается совсем не так, как планировали, как бы хорошо все ни было учтено, – кисло заметил Звон.

Ежевика кивнула.

– На какое-то время у нас оказалось слишком много арборов и недостаточно воинов. – Она подняла взгляд на Луна. – Или консортов. – Спустя мгновение, с сомнением и понизив голос, она добавила: – Я знаю, ты не всерьез сказал, что…

– Всерьез, – сказал Лун. – Если ты захочешь. – Он не мог припомнить, не Ежевика ли говорила, что хочет завести выводок в этом цикле. – Если ты не желаешь птенцов…

– Я хочу.

Ежевика радостно подпрыгнула и стиснула его руку.

– Не уверена, что поняла правильно… – медленно произнесла Рорра.

Калам выглядел озадаченным и растерянным.

Делин улыбнулся.

– Секс, не предназначенный для производства потомства – другое дело, только ради удовольствия участвующих.

– Это соответствует тому, что я наблюдал, – добавил Ниран.

Рорра и Калам обернулись и уставились на него. Ниран постарался сохранить отсутствующее выражение лица.

– Я не понимаю, – произнес Лун. Звон сделал вдох, собираясь заговорить, но остановился и удивленно посмотрел на него. – Нет, я все это знаю, – поспешно пояснил Лун, – но не понимаю, какое все это имеет отношение к сквернам.

– Верно. – Звон обернулся к Делину. – Лично я не уверен, что скверны, как и мы, планируют размножение. И вряд ли кто-нибудь это знает. Нам известно, что прародительница совокупляется с владыками, но дакти и кетели не могут произвести потомство. Во всяком случае, так всегда считали наставники. – Он нахмурился. – Если скверны не обмениваются владыками между стаями… Нет, они должны, иначе никак. Думаю, стоит спросить у нашего кетеля.

Ниран поморщился.

– Не уверен, что хотел бы при этом присутствовать. Дедушка, куда ты клонишь?

– Итак, контроль деторождения у сквернов – если они вообще его практикуют – должен быть достаточно прост, – продолжал Делин. – В то время как у раксура это сложное ткачество, где размещение каждой нити тщательно просчитывается как королевами, так и арборами, и при необходимости вплетаются разумно выбранные нити из других дворов.

– Получился бы прекрасный рисунок, если бы ты больше понимал в ткачестве, – заинтересованно произнесла Ежевика.

– Я видел, как это делается, – возразил Делин и указал в направлении стоявшего у ограждения Сумрака, который слушал почти так же растерянно, как и Лун. – Скверны и раксура – два разных вида с общими предками. Но раксура – знатоки в размножении с целью закрепления полезных черт на благо всего двора, – пожал плечами он. – Если раксура найдут способ манипулировать размножением сквернов ради появления новых наследственных линий, они смогут обратить владык и прародительниц в нечто иное, больше похожее на сквернорожденную королеву или на Сумрака. Они могли бы дать кетелям и дакти возможность независимо мыслить и позволить развиваться естественно. Тогда, предоставленные самим себе, они станут похожими на арборов и смогут что-то создавать без необходимости разрушать или красть. Без необходимости убивать и пожирать друг друга во времена, когда нет иной добычи, или когда прародительница решит сократить численность стаи. Править ими будут не прародительницы с абсолютным контролем, а существа, более похожие на королев и консортов раксура, для которых важнее всего благополучие каждого члена стаи.

Сумрак яростно зашипел. Лун рывком обернулся, сменив облик прямо в движении.

У каюты стоял кетель, приблизившийся совершенно беззвучно. Он смотрел на Делина, но без хищного блеска во взгляде, который мог вынудить Луна вцепиться кетелю в горло.

– Как? – спросил он. – Как это сделать?

Все напряглись. Боковым зрением Лун видел, что Калам коснулся перевязи с огнестрелом на плече, как будто хотел удостовериться, что оружие на месте. Рорра положила обе руки на