Эволюционный предел - Андрей Андреевич Красников

– сначала прилетел Янковский, сразу после него явился бывший русский президент, а затем на посадочную площадку стали опускаться флаеры других членов закрытого сообщества. Координация всех участников совещания оказалась прекрасной, лишней суеты не возникло, тайминги были соблюдены и буквально через двадцать минут меня пригласили в небольшой конференц-зал, расположенный по соседству с библиотекой. Чувствуя легкое волнение и понимая, что от моих действий в самом прямом смысле этого слова зависит судьба человечества, я прошел мимо двух внимательных охранников, поднялся на сцену и оказался перед аудиторией.

Семь человек, вольготно расположившиеся в больших уютных креслах. Крохотные столики с напитками, мягкий уютный полумрак. И подсвеченная лучами света черная кафедра, из-за которой мне предстояло вести доклад.

– Давай, Курт, – лениво махнул рукой Кайзер. – Здесь все свои, можешь не расшаркиваться.

Я вспомнил о том, что уже не раз общался с каждым из находившихся в зале людей, мысленно встряхнулся, после чего дошел до кафедры, обвел слушателей долгим взглядом и вежливо наклонил голову:

– Приветствую, господа. Главной темой моего текущего исследования является выявление системных проблем Земного Содружества и поиск оптимальных путей выхода из приближающегося кризиса, но начать мне хочется с небольшого философского отступления. Когда-то давно, больше двухсот лет назад, один хороший человек спросил меня, знаю ли я, что такое эволюционный предел. Тогда я ответил, что таким пределом считается общая совокупность природных факторов, благодаря которым развитие отдельного существа или же целого вида имеет строго очерченные границы. Это верная формулировка, однако в настоящий момент мы наблюдаем ситуацию, когда наше государство вплотную подошло к своему эволюционному пределу и никакие природные факторы не играют здесь ровным счетом никакой роли.

Начало получилось относительно гладким, но мандраж так и не прошел – я отвык выступать в роли докладчика и по-прежнему нервничал. Хорошо еще, что аудитория была настроена благожелательно и слушала меня с неподдельным интересом.

– Если мы углубимся в историю развития человеческой цивилизации, то увидим, что общее количество людей на Земле постоянно увеличивалось, тогда как глобальные социальные процессы неизменно повторяли одну и ту же модель. Сначала где-то возникало доминирующее государство, потом это государство стремительно расширялось, а затем деградировало, возвращаясь к границам своей изначальной территории, либо навсегда исчезая с политической карты мира. Так было с царством Александра Македонского, Римской империей, империями Чингисхана и Тамерлана, Британской империей, Испанской империей, Российской империей, империей династии Цин, а также Советским Союзом. Еще раз хочу подчеркнуть, что данная модель исправно работает на протяжении двух с лишним тысяч лет и не зависит от географических факторов, численности населения, а также государственного строя. Реальное значение имеет всего один параметр.

Я сделал маленькую паузу, выпил пару глотков воды из стоявшего рядом бокала, после чего опять начал говорить, пытаясь сделать каждое свое слово максимально значимым:

– Как только отдельное государство устанавливает свою власть над десятью процентами освоенного человечеством пространства, оно вступает в фазу развития, которую принято называть классической империей. Какое-то время империя сохраняет относительную стабильность, но затем наступает фаза медленной деградации, которая характеризуется кризисом управления, сепаратистскими настроениями в периферийных частях страны, а также множеством сопутствующих проблем. В итоге экономическая конструкция не выдерживает нарастающего давления и происходит распад. Он может занять столетия, может случиться за один год в ходе революции, но суть дела от этого не меняется – любая империя с самого начала обречена на гибель. Именно это является ярчайшим доказательством существования эволюционного предела в области социально-политических формаций.

Хотя прочитать эмоции на лицах моих слушателей было очень сложно, я заметил, что один из друзей Кайзера озадаченно потер лоб, а Янковский сцепил руки в замок и начал рассматривать нетронутый стакан с водой. Кажется, мой доклад ему не нравился.

– На текущий момент Земное Содружество безусловно контролирует более девяноста процентов занятой человечеством территории. В рамках проведенного мною исследования это означает неминуемый приговор для государственного строя, однако я не стал бы тратить ваше время на абстрактную теорию без каких-либо реальных доказательств. Сейчас будет небольшая статистическая сводка, которая наглядно продемонстрирует, что анонсированные мною процессы уже идут. Вот здесь... так...

К моему искреннему удивлению, появившиеся на экране графики вызвали у политиков и финансистов серьезное оживление – чувствовалось, что язык цифр им очень хорошо знаком и вызывает больше доверия, нежели пустые слова. Заметив это, я слегка растянул презентацию, но в конце концов вернулся к докладу.

– С учетом полученных мною данных, в течение ближайших ста лет Земное Содружество переживет глубокий системный кризис, после чего будет вынуждено разделиться на более мелкие государства. Мы пройдем по стандартному жизненному пути всех колониальных держав – в какой-то момент времени колонии полностью осознают собственную идентичность и ограничат нам доступ к разрабатываемым ресурсам, затем у них появятся армии, а дальше начнется фаза открытого сопротивления. К сожалению, приемлемого выхода из нее не существует – мы либо утратим свои территории мирно, либо израсходуем огромные ресурсы на их удержание, тем самым значительно усилим внутренние проблемы и будем вынуждены дать автономность уже другим сепаратистам. Именно поэтому я считаю необходимым в корне пересмотреть текущие методы колонизации.

Зрители продолжали сидеть на своих местах, однако теперь на их лицах прослеживалась определенная задумчивость – мне совершенно точно удалось донести до аудитории важность грядущих изменений. Оставалось не сфальшивить в самом конце.

– Распад неизбежен, однако мы можем взять его под контроль. Для этого следует уже сейчас определить границы будущих территорий и четко разделить все освоенные звездные системы на свои и чужие. Как только мы это сделаем, требуется организовать глобальное перемещение человеческих ресурсов. Через пятьдесят лет самые лучшие ученые, инженеры, врачи, поэты, художники и преподаватели должны оказаться в нашей зоне влияния, а необразованные африканские бандиты, нищие аргентинские крестьяне и фанатичные ближневосточные исламисты – за ее пределами. Мы откроем космос для каждого жителя Земли, но сделаем это на своих условиях.

Я заметил, что Янковский медленно кивнул в ответ на мои слова, после чего ощутил небывалое облегчение – позиция официального президента Содружества значила чертовски много и если мне действительно удалось перетянуть его на свою сторону, дело можно было считать сделанным. Тем более, что Кайзер и так меня поддерживал.

– Завершив этот проект, мы обеспечим себе научное, промышленное и культурное доминирование на несколько столетий вперед, одновременно с этим подарив будущим оппонентам весь комплекс проблем, связанных с религиозными и этническими конфликтами, а также повышенным уровнем преступности. Тем не менее, для безболезненного выхода из кризиса этого будет мало. Чтобы окончательно закрепить за собой