Академия Даркленд - Анна Сергеевна Одувалова

Через неделю происходит нечто неожиданное. В дверь раздается звонок, и на пороге появляется Лестрат. Его появление вызывает во мне бурю эмоций. Я с жадностью внимаю каждому слову магстража, когда он рассказывает о завершении истории смерти Элис.

– Она действительно была влюблена в учителя рисования. У них был роман, – начинает он, глядя куда-то вдаль, словно видя перед собой те события. – Ее родители что-то заподозрили и хотели увезти, но Элис не желала уезжать. Она была готова на все ради своей любви. Чтобы подтолкнуть Валериана к решительным действиям, она соврала, что беременна. Но вместо ожидаемого предложения руки и сердца Валериан испугался. Отец Элис – генерал, о суровом нраве которого ходят легенды. Поэтому любовник решил вопрос радикально: столкнул Элис с маяка.

– А изуродованное лицо и Дебора? – перебиваю я, не в силах сдержать любопытство.

– Здесь все просто, – продолжает Лестрат, устраиваясь поудобнее. – Дебора заплатила Элис. Девушки договорились, что Дебора уедет вместо нее. Элис планировала использовать это время для венчания с Валерианом. Она была готова убеждать его столько, сколько потребуется. Элис знала, что у нее есть несколько дней, пока не хватятся родители.

Когда Валериан спросил про отъезд, Элис рассказала про Дебору. У преподавателя тут же созрел план. Девушки уже обменялись одеждой и сделали похожие прически. Осталось только подманить ворона, который постоянно крутился возле академии. План был практически безупречным. Но все раскрылось. Не без твоей помощи.

Его слова повисают в воздухе тяжелым грузом правды. Я молча перевариваю услышанное, понимая, как мало мы иногда знаем о том, что происходит вокруг нас, и как далеко могут завести людей их желания и страхи.

Эпилог

Ехать в Монарко я категорически не хочу. Мысль о роскошном отдыхе, о белом песке и лазурной воде кажется мне сейчас особенно жестокой, настоящим издевательством. У меня внутри все сжалось в тугой болезненный узел, а здесь – солнце, море и веселье.

Но мама… Мама умеет быть настолько неумолимой и упрямой. Она просто ставит меня перед фактом. Ее решимость тверда как гранит, а воля – словно настоящий таран, сметающий любое сопротивление на своем пути.

И вот, почти без моего участия, словно меня просто перевезли как багаж, мы уже стоим на террасе личной виллы. Прямо за калиткой низкой каменной ограды начинается узкая тропинка, ведущая вниз, к частному пляжу и собственному выходу к морю.

Я стою на краю террасы. Пальцы судорожно сжимают прохладные кованые перила. Вокруг раскинулся невероятно ухоженный, пышный розовый сад. Кусты усыпаны бархатистыми цветами всех оттенков розового, от бледного до почти красного; их сладковатый густой аромат смешивается с соленым запахом океана.

Нежный морской бриз, такой ласковый и теплый, обдувает лицо, шевелит непослушные пряди волос, ласкает кожу. Но вместо приятной прохлады я чувствую лишь легкое назойливое щекотание.

Далеко на горизонте, там, где бирюзовая вода сливается с небом, виднеются крошечные загорелые фигуры магсерферов. Они взмывают на гребнях волн. Их доски сверкают на солнце, а сами они на миг зависают в воздухе, легкие и невесомые, прежде чем снова скользнуть по воде.

Наблюдать за ними действительно приятно. Их грация завораживает, движения плавные и уверенные, полные свободы, которой мне сейчас так не хватает.

Я задерживаю взгляд на них, пытаясь хоть на секунду отвлечься от тяжести в груди. От ощущения, что я заперта в этой золотой клетке из мрамора и роз, где даже воздух кажется чужим.

Особенно привлекает внимание один магсерфер – светловолосый парень, чья рука до локтя заключена в легкий, блестящий на солнце экзоскелет. Он ловко управляет доской, его движения сильные и точные.

Прошлой Дане, той, что была до… всего этого, он определенно понравился бы. Наверняка заставил бы сердце биться чаще. Но сейчас у меня в голове прочно засел совсем другой образ: темные волосы, знакомый взгляд, улыбка, которая теперь кажется такой двусмысленной. Этот образ не хочет уходить. Он навязчиво всплывает поверх лазурной воды и сверкающего экзоскелета, заслоняя все.

Пока я пытаюсь отогнать навязчивую тень, светловолосый парень причаливает к мелководью. Вода бурлит вокруг его лодыжек, когда он легко соскакивает с доски. К нему по колено в воде неуклюже бежит крошечная девочка лет трех, в розовом плавательном костюмчике. Парень наклоняется и бережно поднимает ее, чтобы поставить перед собой на магсерф. Она визжит от восторга, раскидывая маленькие ручки, чтобы поймать равновесие.

– Я бы никогда не позволила ребенку, да еще такому маленькому, заниматься таким опасным видом спорта! – слышу я рядом.

Мама стоит чуть позади. Ее тонкие губы поджаты в неодобрительную ниточку, брови сдвинуты. Она наблюдает за сценой с видом эксперта по детской безопасности.

Я лишь пожимаю плечами, не отрывая взгляда от воды. Мне действительно все равно. О детях, о рисках, о материнских инстинктах я не думаю даже абстрактно. Мое внимание скользит по поверхности происходящего, как луч солнца по волне. Я просто наблюдаю за этим красивым незнакомцем и его маленькой пассажиркой. Их взаимодействие кажется таким… естественным. Чужим.

Через пару минут они возвращаются. Парень снова ловит девочку, снимая ее с доски на мелководье. Едва ее крошечные ножки касаются песка, она срывается с места. С громкими радостными возгласами, от которых вздрагивают даже чайки, она бежит к стройной спортивной черноволосой девушке в простом бикини, стоящей у кромки воды.

Малышка влетает в нее, обнимает за ноги и начинает эмоционально размахивать руками. Ее лицо сияет. Она взахлеб делится впечатлениями, своими крошечными победами над волной, жестами показывая, как высоко они поднимались. Девушка смеется, наклоняется, вытирая соленые брызги с личика ребенка.

А у меня почему-то сжимается сердце. Тяжело, ощутимо, будто невидимая рука стиснула его в кулак. Глядя на них – на эту смеющуюся девушку с каплями воды на коже, на светловолосого парня, вытирающего песок с доски, на малышку, все еще прыгающую от восторга – я кристально ясно понимаю: кто-то в этой жизни действительно нашел свою гармонию. Свое простое, ясное счастье.

Оно написано на их лицах, в каждом жесте, в этом тепле между ними. И в их жизни, такой солнечной и безоблачной здесь, на этом пляже, точно нет места тому кошмару, той черной дыре, что поглотила мою жизнь всего несколько недель назад. Невозможно быть такими беззаботно-счастливыми, если твоя любовь началась с тьмы. Возможно, если бы мы с Джаспером встретились под обжигающим солнцем Монарко, и наша история была бы такой же. Полной любви.

Вокруг меня –