Фантастика 2026-80 - Мария Фир

Он среагировал на рефлексе. Клинок пошёл по широкой дуге. В замедленном времени я видел, как летит лезвие, и понимал, что не успеваю.

Мой большой палец тянулся ко рту слишком медленно. Потому я надкусил губу, и поток хроно тут же вернулся к привычному.

Между клинком и Чернышем материализовалась тень. Лезвие остановилось резко, без отскока. Воин в парадных доспехах даже не успел вскрикнуть. Тьма поглотила его, оставив на месте лишь горстку чёрного песка.

Тысяча диабло! Активировалась защитная печать, которую дедушка наложил на внука!

— Саарн! — завыл один из гвардейцев и бросился вперёд.

Лучи Солариса, пробивавшиеся из окон, погасли разом. Безднорождённый поглощал свет. Даже перк «Ночное видение» не справлялся. Тени метались вдоль стен, слышались звуки падающих тел, пока я нёсся к сыну.

— Прошу прощения, произошло недопонимание, — донёсся сзади полный ужаса голос Ашари. — Мы можем договориться!

Ответ пришёл из темноты. И принадлежал он не моему деду.

— Не сегодня!

Я схватил Квентина Младшего за ворот и вырвался наружу. Свет ударил в лицо. Вокруг царила неразбериха. Соратники замерли в негодовании.

— Немедленная эвакуация! — крикнул во всю глотку. — Бегите за пределы Оплота!

Щёлкнул пальцами и перенёсся к стеле в Городе. Вручил сына прохожей женщине с просьбой подождать минутку. Тут же вернулся в свой дом и помог Калиэсте оказаться рядом с ребёнком, подальше от опасности.

Глава 12

Я уселся по-турецки на широком каменном парапете верхнего яруса магической башни. Рядом Ширайя задумчиво смотрел в одну точку, не мигая.

Последние полчаса оказались перенасыщены событиями до предела. Когда зазвенели набатные колокола по стенам Оплота, офицеры Миротворцев действовали чётко, без суеты. Так же отточенно, как во время учебных тревог. Жители покидали дома, даже самого необходимого не забирали. Часть людей устремилась к телепортационной комнате в башне. Магическая арка мерцала и переправляла группу за группой, но пропускная способность не справлялась с потоком. Остальным пришлось уходить пешком.

С нашей высоты открывался панорамный обзор. Миротворцы вереницами продвигались сквозь заросли джунглей.

Ширайя успел перенастроить резонатор на защитный лад. Теперь невидимый барьер покрывал магическую башню со всех сторон. Прочность щита выдержит натиск даже мифического чудовища. На какое-то время, по крайней мере.

Грустный выдох вырвался из моей груди. Там, где раньше располагался зал встречи гостей, теперь возвышалось нечто невероятное. Гигантское яйцо, покрытое бледной чешуёй. Высота его достигала семиэтажного дома.

Весь мир вокруг потускнел, лишился красок. Остались лишь размытые градации чёрного и белого. Причина тому — тень на самой верхушке яйца. Безднорождённый в плохом настроении поглощал свет. Оплот превратился в подобие мёртвого города. Казалось, что наступили поздние сумерки, в которых не осталось ни одной живой души.

Ашари укрылась внутри яйца в тот же миг, когда я переместил сына в безопасное место. До сих пор не показывается. Безднорождённый не стал бы ждать напрасно. А значит, она скоро выберется наружу.

Ширайя поведал мне о том, что наблюдал своими глазами из окна башни. Демон теней атаковал скорлупу несколько раз, но не смог даже поцарапать поверхность. После череды неудач он переключился на другие цели.

Я повернул голову направо и вгляделся в сторону гавани. От флотилии Соверена не осталось ничего. Только тёмные пятна растекались по поверхности воды, как напоминание о том, что здесь когда-то стояли корабли.

После того как тьма поглотила флот, Безднорождённый переместился на верхушку яйца. Сквозь его теневую ауру, беспокойную и текучую, едва проглядывался смутный силуэт. Мне почему-то казалось, что дедушка сидит точно в такой же позе. По-турецки, как и я. И не отрывает взгляда, следит за каждым моим движением.

За последние полчаса я чертыхнулся раз сто. После всего произошедшего. А теперь ругательства застряли где-то глубоко в горле. Не осталось сил на них. Первый шок отступил, и я просто наблюдал. Ждал развязки.

Хотелось, конечно, рвануть вниз, попытаться договориться с дедом, остановить это безумие. Но я понимал — слишком поздно. Ашари всё видела и наверняка сумела сопоставить факты. Если она выживет, все узнают о связи Безднорождённого не только с моей семьёй, но и с Землянами… Что равносильно концу света. Дед понимал это лучше меня. Потому и действовал. Мне оставалось лишь сидеть и смотреть, как рушится мечта о процветании человечества.

Придётся нам с Холодовым выкручиваться теперь. Полагаю, официальной версией произошедшего станет такая легенда: проклятый демон по неизвестным причинам решил уничтожить руководство Соверена. Люди здесь вообще ни при чём. Он просто дождался, пока Ашари покинет Ковенарий, и сделал свой ход.

Не знаю, поверит ли новый лидер Соверена. По крайней мере, у нас есть ползода иммунитета. Ещё поживём.

Вместе со стыдом, грустью и неопределённостью я чувствовал нечто похожее на гордость. Всё-таки Квентин Старший спас моего внука. Три поколения продолжают существовать. Имелась и другая позитивная новость. Безднорождённый методично уничтожил всех представителей Соверена, и при этом ни один Миротворец не пострадал.

Как ни крути, Ашари уже мертва. А ведь как всё хорошо начиналось. Моя мечта почти сбылась. Долгие годы безопасности и развития. Освоение нового мира. Но в последний момент всё пошло наперекосяк. Я никого не виню. Ни сына. Ни деда. И уж тем более себя. Что случилось, то случилось. Прошлого не вернуть. Есть лишь одно направление — вперёд. Уверен, Мерзахт оценил бы эти цитаты.

Зря вспомнил о демонах. Настроение пробило новое дно…

В голову внезапно закрались подозрительные мысли. Ашари говорила, что Парадигма перекрывает кислород разжиревшим альянсам ради баланса. Благоволит более слабым соперникам. А что, если Безднорождённый — просто орудие в руках системы? Инструмент, который сводит дебит с кредитом?

А что, если сработала печать Абиссара? Вдруг её действие сводит на нет любые мои мечты? Я ведь так и не узнал, как именно влияет проклятие.

Или Парадигма дала понять кое-что важное. Дескать, не стоит нарушать её правила и баланс, когда стану арбитром. Ведь мы с Ашари почти пожали руки. Я выразил согласие на поддержку Соверена и перекраивание правил под него. Всё закрутилось, когда в зал переговоров ворвался Черныш. А он не личность. Он монстр. Вдруг система дала ему приказ или квест?

Я покачал головой, отгоняя мысли. Нет, это уже паранойя.

Из размышлений вывел голос Ширайи:

— Ставлю сто камней бездны на Ашари.

Повернулся к нему в недоумении. Произнёс так буднично, будто мы завсегдатаи подпольных боёв.

— А, чёрт с ним, — я махнул рукой. — Принимаю ставку.

— Сомневаюсь, что инкогнито совладает с носительницей титула Дэвиш. Ты, Макс, похоже, слабо представляешь, на что способна