Фантастика 2026-99 - Алексей Викторович Широков

Не знаю уж, добили ли его те, кто бежал за нами, но новый вопль боли этого монстра, пронёсшийся по тоннелям, я слышал отчётливо. Мы же в это время уже повернули на выход. Несколько мгновений — мимо мелькнул зев канализации, из которой кто-то выбил все решётки, и мы оказались на Дне города, почти сразу же, следуя за лидером, вбегая на стену чьего-то небоскрёба.

Ещё восемь минут, и по крышам домов мы добегаем до нужного дома на третьем уровне, а затем штурмовая часть, прикрывая лица, с ходу прыгает один за другим в неприметное с виду здание. В котором устроили себе базу Морозовы. В то время, покуда родственники, как пули из скорострельных штуцеров, влетали в пробитые первыми окна, а там уже вовсю начался бой и стены порой то натурально вспучивало от зелёного пламени, то пробивало ледяными шипами, мы заскользили по фасаду вниз.

К сожалению, те, кто вошёл первыми, — это добровольцы. Большая вероятность, что они не выживут, и это давит мне на сердце, но сама задача куда важнее, нежели человеческие потери. Не для меня — я долгое время вообще думал, что остался один на этом свете, а сейчас мог только скрипеть зубами, наблюдая за тем, как дальние родственники идут на смерть… А стратегически.

Наш штаб посчитал, что если мы подавим эту группу Морозовых сегодня, то заставим этот клан затаиться и не вылезать хотя бы до финала всего этого противостояния. Слишком уж важные люди из Морозовых сегодня здесь собрались, и без такого тычка в зубы даже потеря рядовых бойцов для них будет нечувствительна.

И самое поганое, что это не идея кого-то со стороны, кто хотел бы подставить наш клан. Не Ольги Васильевны, не Катерины, не Громовых, а чисто наша, и у меня складывать такое впечатление, что одни родичи приговорили других к смерти, после чего выстроилась целая очередь Бажовых, которые желали быть убиты первыми.

И самое поганое, что я ничего не мог сделать. Что можно ответить человеку, который тупо на тебя смотрит и говорит: «Но… Клану же нужно! И это большая честь! Если я не выживу, то всё равно знаю, что князь непременно позаботится о моей жене и новорождённом сыне!»

Разговор, кстати, реальный. Отбив руку с кристаллом льда, похожим на меч, я проскочил мимо Морозова, одним из первых выскочившего из здания, и тут же врезал активизировавшейся «Мисахикой» по подпрыгнувшему ко мне новому противнику. И только потом понял, что это была девушка моего возраста или даже младше.

Зелёный бутон живицы моментально пробил её грудь, и не успел он раскрыться, как я прочитал по её губам: «Нет! Почему! Не хочу!» Звука не было. А потом лепестки просто разорвали тело, и я, честно говоря, думал, что сейчас тупо войду в ступор, глядя, как от моей руки погибла совсем юная девчонка, когда меня хлопнули по спине и крикнули не раскисать.

— Давай! Давай!

Мимо меня пронеслась одна из Бажовых, она была бы студенткой, если бы пожелала бы пойти в академию, но, как и многие выходцы их Тайного Посада, решила учиться в клане. Не знаю, почему она оказалась в воинстве, но в следующее мгновение вырвавшийся из-под ноги топнувшего Морозова лет пятидесяти шип пронзил её от паха до горла, приподняв над разломанным покрытием дороги почти на метр. И в этот момент во мне опять что-то сломалось.

Я почувствовал себя как тогда, в августе. Когда на моих руках умерла Хельга! Всё показалось одновременно бесполезным и очень важным, а собственная жизнь чем-то полным ошибок. Ещё ничего не сделав, я понял, что оказался перед взрослым мужчиной, держа его за шею… и совершенно не чувствуя, как он отбивается, колотя меня ногами по рёбрам, а кулаками по лицу, потому как руки у него были длиннее.

А затем я сжал кулак, и ублюдок, только что безжалостно убивший совсем молодую девчонку Бажову, полыхнул ярким зелёным племенем, которое на мгновение почти ослепило меня. Только появилась мысль: «Я, наверное, такой же ублюдок! Ведь за мгновение до этого…»

Но в этот момент я увидел, как к одному из наших летит ледяной болт… И зрение внезапно потухло… нет, неправильно… оно сосредоточилось в точке, где я видел очень чётко, но при этом, казалось, я знал и о том, что происходит вокруг. На все триста шестьдесят градусов.

«Пушечный выстрел»!

Я, словно ядро, понёсся к снаряду, уже почти впившемуся в тело Бажова, и отбил его рукой. Моментально освободив всполох зелёного пламени, от которого он растаял буквально за несколько микросекунд. И тут же «Рывок», потому как я знал, не представляю как, но знал, что женщина нашего клана сейчас умрёт от упавшего ей на голову ледяного града. А потом, оказавшись рядом, махнул рукой вверх.

Столб изумрудного пламени, внезапно превратившийся в настоящее торнадо, взмыл надо мною, уничтожая ледяные глыбы, а я уже летел в «Выстере» в сторону молодого парня, как я почему-то знал, намеревавшемуся применить к одному из моих бойцов своё родовое эго. Ну, или производное, как моя «Мисахика». «Разрывающую снежинку», то самое заклинание, которое во время боя с Титаном оторвало ему хвост.

— «Мисахика»! — зарычал я, видя, как не успеваю…

Но вместо появления бутона огненного цветка на моей руке произошло нечто другое. Моя живица словно взбунтовалась против того, что хочет сделать враг, и вырвалась из протянутой руки. Но не лучом, конусом или чем-то ещё, а, нарушая все законы, мощными огненными столбами, вспыхнувшими из-под земли подо всеми противниками передо мною, мгновенно испепеляя людей, словно то были бумажные фигурки, брошенные в мощный огонь карасики…

И в этот момент я остановился после выстрела. Едва не сбив подпрыгнувшего спиной назад от моего пламени, охватившего его противника, парня, которого я пытался спасти. Встал, огляделся, поняв, что не слышу звуков сражения, и понял, что пепел оседает в воздухе сейчас почти везде пред моими людьми.

— Глава… Княже! — после недолгого молчания воскликнул один из стариков, вышедших сегодня в поле. — Я знал, что в вас…

Я поднял руку, призывая его замолчать. Не очень понимая, что я сделал и как, но будучи точно уверен в том, что не хочу повторять. Пусть это и… действительно мощно. Помня то, что произошло при смерти Хельги, осознавая то, что случилось сейчас… Я мог только предложить, что неким