Фантастика 2026-99 - Алексей Викторович Широков

— Здесь больше никого нет. Входим, — приказал я, потому как рефлексировать можно долго, а дело нужно закончить быстро.

И вновь меня оттеснили чуть ли не в самый конец группы входящих. Да ещё и окружили двойным кольцом. Да и смотрели сейчас на меня Бажовы и Ланские, которые были в группе, как на сахарного. Побрызгай водичкой — и он растает…

И в то же время внутри оказалось всё спокойно. И уже на первом этаже нас ждали наши люди, пусть тех же трупов Морозовых здесь была уйма. В центральной комнате здания, с большой картой Москвы на столе и кучей наваленных сбоку схем по отдельному району, со связанными за спиной руками стояли на коленях несколько взрослых мужчин и парень, в котором я с трудом, но узнал Александра.

— Сколько мы потеряли человек? — тут же спросил я, подняв глаза на командующего войском.

— Тридцать два невозвратно и ещё пять десятков ранеными, — спокойно ответил он мне. — Ваши потери?

— Шестнадцать, — ответил вместо меня заместитель командующего по группе. — В том числе мой начальник.

— Глаша… Глаша, она жива? — тихо произнёс Александр, поднимая глаза и глядя прямо на меня. — Глаша жива?

— Кто такая Глаша? — тут же спросил я, внимательно глядя на него.

— Моя младшая сестра… Она должна была защищать здание при атаке с холла.

— Ты позволил своей младшей сестре участвовать в этом, — прошипел я, чувствуя, как внутри нагнетается ярость.

— Я не смог её остановить, — ответил мне Александр. — Она сама попросилась.

— Как она выглядит? — спросил я, уже чувствуя себя нехорошо.

— Самая младшая в группе… Блондинка с косичками.

— Я убил её, — как можно равнодушнее ответил я, как же мне было в этот момент плохо, но всё же я не мог соврать.

— Она страдала? — с горечью спросил парень, глядя на меня снизу вверх.

— Да. «Мисахика», — честно ответил я.

— Ублюдок… — прошипел он, а потом, подумав пару секунд, сказал: — Антон Бажов, я, Александр Морозов, прошу тебя оказать мне честь боя княжеских наследников. И если ты откажешь, так пусть Уроборос запомнит тебя навсегда, и никогда ты не попадёшь в Ирий!

— Ты должен отказаться, — тут же шепнул мне на ухо кто-то из Бажовых. — Это период войны кланов, и такие вызовы с подобным обвинением неправомерны.

— Я соглашусь, — усмехнувшись, ответил я. — И надеюсь, отдам последнюю честь как девочке, которую не хотел убивать, так и своему противнику. А потом лично отнесу её в храм.

Глава 8

Так как я уже явно согласился на бой, больше никто ко мне с советами не лез, отговаривать не пытался и тем более не корил за мои неразумные поступки. В конце концов, слово князя и честь клана неразрывно связаны в нашем мире, и, если подчинённые это слово оспаривают, даже из лучших побуждений, особенно прилюдно, значит, клан слаб и находится в разброде.

Так что нам быстренько без особых слов организовали дуэльный круг и, наложив защитные чары, возвели вокруг практически прозрачный купол. Места здесь было немного, метров десять-одиннадцать в диаметре, что было довольно мало для нас, подвижных чародеев. Но… тут нужно понимать, что это не честное столкновение двух сорвиголов на храмовой арене в мирное время и даже не стычка на поляне в лесу представителей двух кровно враждующих кланов.

Сегодняшнее действо — это в первую очередь казнь Александра Морозова. Именно так и никак иначе. Свободу в случае победы я ему всё равно никто не обещал, и он это прекрасно понимает. По сути, этот старинный московский вызов просто возможность для обречённого представителя клана забрать с собой в Ирий или Бездну своего кровника. И да, я не обязан был его принимать, честь моя от этого не пострадала бы, на дворе война, пусть и гражданская, а потому на подобное, может, и посмотрят косо, но не осудят.

Живым же этот парень нам как бы нафиг не сдался. Александр Морозов пусть и наследник клана, но всё же не глава, а потому самого интересного он, скорее всего, не знает. К тому же у его отца, насколько я знаю, ещё четверо запасных наследничков мужского пола имеется. Ментальный блок от разнообразных мозгоклюйств ему, скорее всего, поставили, мне, например, его возвели ещё перед отъездом из Тайного Посада, как только прояснился мой новый статус.

Так что, как язык и пленник он бесполезен, а в последнем случае даже опасен. Пленников обычно держат для того, чтобы их в итоге так или иначе отпустить, а это означает непрекращающуюся вражду с Морозовыми. Потому что, когда займёт пост главы, он, если судить по полученному нами психотипу, не успокоится, покуда не отомстит.

Как итог, он разве что материал для пыток, причём, скорее всего, длительных. Дабы сломать его и получить хоть какую-то информацию. Но, опять же, он наследник, и у него, скорее всего, ментальная блокировка, так что можно будет сколько угодно калечить его тело, но после преодоления определённого предела чары просто сожгут ему мозги. А учитывая нашу выносливость, до этого момента его язык точно не успеет развязаться.

Да и, давайте честно скажем, к людям подобного уровня из вражеских кланов, даже при глубокой ненависти к ним, в полисе не принято применять такие вот жёсткие меры даже в наши неспокойные времена. Либо смерть на поле боя, либо почётный плен… Либо такая дуэль, как та, что он мне объявил.

Пристукнуть мы его по-тихому уже не успели. И пусть никого, кроме Бажовых и Морозовых, в этом помещении вроде бы нету, но, как говорится, не факт. Кто может гарантировать, что какие-нибудь ловкачи, заметив наше нападения, не наблюдают сейчас за нами при помощи кудесничьего или анжинерного артефакта. Или то, что Морозовы были бдительными и не проворонили тот момент, когда им подсунули какую-нибудь следилку? Мы же об их шевелениях узнали, так что не факт, что и другие не пронюхали.

Ну и ещё… был у меня другой повод согласиться, а не позволить нашим бойцам прибить Александра где-нибудь в тёмном уголке. Как я уже говорил, человек он мстительный, но и я обиды обычно не забываю. Тридцать