Фантастика 2026-99 - Алексей Викторович Широков

лет назад, когда была уничтожена московская ипокатастима моего деда, Морозовы оказались в числе одних из самых активных участников резни в моём клане. Генный материал им тогда был не нежен, они тупо гнались за материальными ценностями, при том, что Бажовы в то время были их союзниками и даже друзьями.

Так что это было предательство чистой воды! Но богатства богатством, да и хрен бы с ними, казалось бы, но учитывая, что за столько лет выжившие Бажовы-предатели так и не нашли тот самый игнис, далеко не факт, что эта штуковина не хранится где-нибудь в сокровищнице небоскрёба Морозовых. Ведь вещь эта явно ценная, и я очень сомневаюсь в том, что ее бы взяли и по-честному передали предателям.

После всего, что случилось, нет у меня веры в то, что хранится игнис где-то в запечатанном древнем посаде Бажовых. Вся эта история, как мне кажется, была просто вставлена в мозги вроде как сбежавшей от Золотниковых женщине с одной-единственной целью: спровоцировать меня на то, чтобы я покинул безопасную область. А вот зачем я нужен был старику-предателю… знают сейчас, наверное, только забравшие его искалеченное тело, спасшие меня в тот день Бажовы-новгородцы. Вот только поделиться со мною этим знанием Хердвиг как-то не спешит, да и я, честно говоря, в суете дел вокруг Тайного Посада как-то пропустил этот вопрос мимо себя и вообще не думал на эту тему.

В общем, коли уж случилась такая оказия и действительно разразилась война, то окончиться это противостояние между нашими кланами должно в сокровищнице клана Морозовых. И нигде в другом месте! Ну и ко всему прочему, так как полностью уничтожать сам клан Морозовых я как-то желанием не горю, это противоречит интересам, в первую очередь, полиса. Его следовало просто подрядить до состояния как минимум малого клана. Так, чтобы у них после просто не оставалось ни сил, ни желания в будущем вступать с нами в конфликт. А чтобы таких мыслей вообще не появлялось, следует под корень вырезать всю их верхушку!

На самом деле даже этот рейд стал возможен вовсе не из-за того, что я хотел отомстить за Ольгу Васильевну и приказал особенно внимательно следить за любыми движениями среди Морозовых. Этот приказ, о котором княжна и кня’жина даже не знали, я отдал, поставив высшее руководство своего клана в известность об этих своих мыслях на одном из закрытых совещаний. И они со мной согласились. В частности, что месть уже достаточно остыла за тридцать лет, чтобы считаться холодным блюдом, а теперь самое время ковать железо, покуда оно горячо!

— Ты знаешь, почему я согласился на эту дуэль с тобой? — холодно спросил я, глядя прямо в глаза со снежинками моего противника. — Почему не приказал просто прибить тебя в ближайшей подворотне и, как чумную дохлую собаку, сжечь дотла?

— Честь клана превыше всего? — криво усмехнувшись, спросил меня Александр, которому уже вернули всё его ранее реквизированное оружие и прочую амуницию. — Вы, смерды и прочее помойное быдло, обычно дорвавшиеся хоть до какой-нибудь власти, ничего не понимая в нашей среде, свято верите во всю эту внешнюю мишуру… Но, коли мы сегодня оба точно умрём, я расскажу тебе одну тайну. Честь, благородство и прочая возвышенная лабуда из древних времён нужна нам, настоящим чародеям, только для того, чтобы эффективно использовать в своих интересах такую чернь, как ты!

Морозов, скорее всего, пытался меня разозлить своими словами, потому как, если то, что он говорил, действительно было моральными установками, то это проблема даже не его конкретного клана, а всего полиса. Так, на минуточку, Морозовы были, вообще-то, владельцами и учредителями одной из крупнейших чародейских академий Москвы, и более того, весь преподавательский состав там в основном из их рода. Учащиеся же и выпускники Морозовки всегда отличались огромной надменностью и чувством собственной важности. И самое главное, что там, как и у нас в Тимирязевке, то, чему учат студентов и как учат, в общем-то, никто не контролировал.

Так что, если принять слова Александра за чистую монету, то их поведение выглядит не просто самоуверенностью и гордостью за свою альма-матер, а целенаправленно взращиваемой там гнилью! С какой целью вот только — непонятно. Правда, глядя на вытянувшиеся, ошарашенные лица остальных пленников из Морозовых, складывалось впечатление, что они сами были шокированы словами наследника своего клана.

Ведь тут такое дело: при наших чародейских возможностях и силах, будучи лишёнными каких бы то ни было моральных тормозов, очень легко превратиться в реальное чудовище, похлеще чем монстры из-за стены. Традиции и воспитание в кланах и так сильно отличались от порядков установленных в светском обществе простецов. Но если убрать у кланов те же честь, благородство и прочую «лабуду», которая сдерживает человеческие желания, боюсь, что мир окунётся в кровавое море безумия, по сравнению с которым период воюющих посадов показался бы мирным временем.

— Ты говоришь сейчас серьёзно? — чуть вздёрнув бровь, спросил я. — Или просто пытаешься так топорно меня разозлить?

— Я уже стою одной ногой в Ирии, так зачем мне врать такому, как ты, — Александр засмеялся, но вовсе не как какой-нибудь безумный злодей, а как человек, который услышал что-то действительно смешное. — Честь клана, личная… что это такое в наше время, когда умами людей правит СМИ? Кто ими владеет, у того и больше чести, а у всех остальных её ровно столько, сколько он им позволит иметь. Не так ли? А? «Кровавый Августовский мясник»…

— Так все помои, которые выливали на меня два года журналисты, — это ваших рук дело… — понял я, почему после возвращения кланового имени меня так невзлюбили в полисной прессе.

Казалось бы, кому какая разница, если какой-то сирота вдруг оказался не бездомным бродяжкой, а наследником чародейского клана. Ну максимум можно было бы позавидовать его успеху, но акулы пера как с цепи сорвались! Случись в моей жизни что-то публичное, вроде той же дуэли или событий, связанных со смертью Хельги, как немедленно поднималась новая волна фекальных масс, и меня если и не приравнивали к злодею, то утверждали, что я, пусть и пострадавший, но почти такой же.

— Если бы не прямой запрет князя, ты, после того что со мною сделал, на следующий день бы отправился в Бездну кормить червей! — фыркнул Александр, состроив презрительную гримасу. — А так как трогать тебя было нельзя…

— Понятно, — прервал я его и усмехнулся. — Так что, у вас там