Стратег из ниоткуда. Книга третья - Михаил Александрович Атаманов

Командир отряда наемников

Заключение договора о ненападении и границе с могучим Родом Невидимого Богомола развязало мне руки и позволило заняться торговыми делами. До этого без моего личного участия смышлёный орк Яшка Краснобай с наёмниками Мансура реализовали на рынке города Кроличьи Ямы очередную партию добытого кобольдами тёмного железа, а также ароматное мыло и целый воз полученных от гоблинов звериных шкур. Также первые денежки в казну потекли от пошлин за проход по восстановленной нами «старой орочьей дороге». Караван лихого торговца-дварфа из шести тяжёлых возов с полутора десятками суровых охранников рискнул первым опробовать новый путь, да и несколько одиночных пешеходов прошли уже восстановленной дорогой. Один путник так даже заночевал на построенном постоялом дворе, заплатив за постой и ужин целую серебряную монету, и остался весьма доволен сервисом и безопасностью.

Но этого было мало, денег для развития требовалось много больше, а потому своей реализации ждал самый ценный имеющийся у нас товар: древние вазы эпохи горного царства, яйца василиска, а также кровь и шкуры этих чудовищ. К сожалению, городок Кроличьи Ямы оказался слишком мал для того, чтобы там нашлись покупатели, которых заинтересуют такие редкости, да и золота с серебром на местном рынке вращалось недостаточно, так что я решил двинуться дальше на северо-запад в самый крупный в ближайшем приграничье город Чёрные Шахты — столицу графства Альмар.

Этот крупный богатый город интересовал меня ещё и потому, что его правитель вёл войну с вольным городом Болток, на стороне которого выступили мои соседи-эльфы Рода Невидимого Богомола. Я хотел разузнать об этом побольше и, чем чёрт не шутит, предложить графу услуги моих орков в качестве наёмников, чтобы несколько сократить силы эльфов. Дорога до Альмара занимала целый день и проходила сперва через территории вольного города Кроличьи Ямы, а затем по землям барона Рюхена Траго Набожного, так что к барону я тоже думал заглянуть.

Нужно было познакомиться лично с отцом рыцаря Уолтера, дважды уже побывавшего у меня в плену, и попробовать сгладить возникшие между нами противоречия. С этим соседом, также уважающим «старых богов», нужно было сотрудничать, а не враждовать, так что я заготовил для этого визита специальный подарок. К тому же мне требовалось отвезти на земли барона преподобную мать Ванду, вернувшуюся из восточной экспедиции вместе с моими бойцами и объявившую, что её миссия на землях орков завершена, и теперь ей требуется время на размышление и консультации с представителями церкви.

* * *

В путь отправились ранним утром на трёх возах, каждый из которых тянули два мощных коня-тяжеловоза. Много орков с собой я решил пока что не брать, чтобы не слишком шокировать встречных людей и не привлекать лишнего внимания. Так что из орков компанию мне составили лишь Яшка Краснобай и ещё один молодой клыкастый парнишка, уже неплохо понимающий язык людей. А кроме них преподобная мать Ванда, командир наёмников Мансур с его ребятами, огр Уголёк, да эльфийская княжна Диасса с тройкой эльфов-лучников.

Луану в этот раз брать с собою не стал, и причина тому была достаточно веская: сама девушка призналась мне, что старшая целительница ведёт с ней беседы, уговаривая перебраться в строящийся на землях барона монастырь. Младшая целительница неизменно отказывалась от такого предложения наставницы, ссылаясь на данное слово отработать контракт у орков Жёлтой Рыбы. Вот только я опасался, что Ванда всё же сумеет задавить свою ученицу авторитетом и заставит изменить решение, или нашу молодую целительницу уведут силой люди барона, так что рисковать не стал и оставил юную целительницу дома.

Тильду с Муреной на этот раз тоже оставил в посёлке Умной Совы под предлогом необходимости снятия с них мерок для создания подходящей брони. Хотя причина моего решения на самом деле была иной. Вампирша, как мне рассказывали, в предыдущее своё посещение баронства Траго чем-то не угодила барону Рюхену, и дело едва не дошло до кровопролития. Впрочем, зная колкий язык дочери Кельнмиира, это было совсем неудивительно, мне же дополнительные сложности в переговорах с бароном были совсем не нужны.

Мурена же откровенно колебалась, не зная, что ей дальше делать: ждать ли возле меня новый отряд паладинов церкви Матери-Живицы или возвращаться в Восточную Империю? Пока что темнокожая героиня больше склонялась к первому варианту, но я опасался, что девушка спонтанно решит уехать, если покинет орочьи земли. У меня же на эту опасную убийцу уже появились собственные планы, и я надеялся переманить призванную героиню к себе на службу. Тут очень кстати в окружении Мурены оказалась колкая на язык баронесса Тильда Ур-Вайетт, не упускавшая любой возможности ущипнуть подругу и указать, как мало её ценят хозяева из церкви, и как мало она получает за свой опасный труд наёмной убийцы. Я видел, что уверенность Мурены в необходимости и дальше служить скаредным неблагодарным церковникам уже дала трещину. И теперь просто ждал, когда эта трещина сомнения разрастётся, чтобы выступить со своим предложением.

С погодой повезло — было ясно и сухо. Да и починенная дорога способствовала быстрому перемещению, так что уже часа через четыре наш маленький отряд пересёк границы вольного города Кроличьи Ямы и остановился у постоялого двора, чтобы позавтракать. Мы заняли сразу три столика в практически пустом поутру зале, и я призывно махнул рукой немолодой разносчице, указав на меня и моих спутников. Женщина обернулась к владельцу заведения, но меня и большинство моих спутников хозяин знал, все мы были на хорошем счету и всегда платили исправно, так что вскоре на столах перед нами появились блюда со съестным и глиняные чашки с пенным пивом. И вот тут случилось происшествие, заставившее меня задуматься и даже понервничать.

От одного из двух других занятых столиков встал и пересел к нам невзрачный низкорослый мужичок, одетый в длинную серую накидку с капюшоном, несмотря на царящую сейчас летнюю жару. Я вовсе не спец в таких делах, но клинок на поясе под его одеждой мой взгляд всё же распознал, а ещё мне сразу не понравились его невыразительные белёсые «рыбьи» глаза. Это были или глаза полностью «угашенного» наркомана[1] или холодные глаза убийцы, погубившего немало душ.

— Поговаривают, что ты купец, торгующий с орками, — без какого-либо приветствия начал он.

— Со всеми торгую, и с орками тоже, — ответил я спокойно и даже жестом показал встревоженно привставшему Мансуру усесться обратно на лавку.

В этом крохотном городишке меня действительно знали как не очень богатого купца Альвара или «Альвара торговца мылом», и меня такая скромная слава вполне устраивала.

— Значит, про орков