Не та героиня этой дорамы - Дада Смехова

Я попыталась залезть назад, шкрябая ногами по стене. Один туфель предательски повис на кончиках пальцев, угрожающе раскачиваясь и явно собираясь улететь вниз при первом удобном случае. Я повисла, и решила, что если просто вытянуться на всю длину рук, до земли будет уже недалеко.

Вот только подол, цепляясь за черепицу, не давал культурно закончить это прекрасное упражнение. И тут я, конечно, вовремявспомнила, что под юбкой на мне ничего нет. И если я всё-таки вытяну руки до конца, то мир, скорее всего, увидит мой задний фасад во всей его исторической ценности.

Но сейчас было как-то уже не до стеснения. Это же не первый раз, когда я здесь щедро одариваю всех видом своего обнажённого тела. Да и тень на этой стороне, надеюсь, делает своё благородное дело и ничего особо не видно.

Решено: спускаемся. Не висеть же мне всю ночь на стене с полуголыми задом и трагическим выражением лица.

Но помощь всё-таки пришла, когда я уже окончательно потеряла надежду.

Сначала меня осторожно взяли за бёдра и потянули вниз, юбка тут же задралась ещё выше. Я облегчённо вздохнула и мысленно простила ему все его предыдущие грехи. Уже зная, что он спокойно выдерживает мой вес, я отпустила одну руку и нащупала его голову. Вернее — его волосы, собранные в высокий хвост: гладкие, шелковистые. Вот уж модник.

— Что ты делаешь? — зашипел Шенли.

— Подождите, у меня юбка зацепилась за черепицу, — прошипела я голосом секретного агента. — Посадите меня на плечо и держите, я отцеплю. Иначе не могу двигаться.

Озвучив свой гениальный план, я отпустила вторую руку и вцепилась в его голову обеими руками. Юбка натянулась, оголяя ноги ещё сильнее. Хорошо, что темно.

Пришлось практически голой попой устроиться ему на плечо. Хорошо, что под низом была длинная пижамная рубаха принца — как коротенькая кокетливая мини-юбка до середины бёдер. Так что пусть не шипит, всё у меня тут ещё относительно прилично.

Он пытался что-то возразить, но я уже сидела на нём и держалась за его хвост, как за страховку.

— Подождите, ваше высочество, не дёргайтесь. Приподнимите меня чуть-чуть, чтобы юбку отцепить, — самым честным и невинным тоном попросила я.

Снизу раздалось такое выразительное шипение, что было понятно: подо мной сейчас бушует целый вулкан из чувств и высказываний, крайне несовместимых с образом благородного принца. Но Шенли послушался — аккуратно приподнял меня за талию, явно стараясь лишний раз не касаться голой кожи.

Ах ты ж боже мой, какой ты у нас нежный, почти хрупкий.

Наконец я отцепила юбку — и та красивым опахалом накрыла принца с головой, полностью перекрыв ему обзор.

Упс.

Теперь он официально оказался у меня под юбкой.

Кажется, его в этот момент чуть удар не хватил. Я в панике начала его «освобождать», задирая юбку обратно — но выглядело это, кажется, ещё более кринжово. Представляю, как мы сейчас смотрелись со стороны: сцена строго 21+. Хорошо ещё, что я сидела не совсем так, как это обычно показывают в откровенных сценах, а то принц с его тонкой, душевной организацией, точно бы не пережил эту ночь.

Он ещё раз что-то недовольно пробурчал себе под нос, подхватил меня за талию, резко спустил на землю и оттолкнул от себя. Я тут же вцепилась в юбку и начала судорожно дёргать её вниз, возвращая на законное место.

Кажется, всё. Внешне — снова все прилично.

Принц молчал. Мы стояли в темноте под забором, и почти ничего не было видно, но я буквальноощущала, как от него исходит жар чистого негодования. Будто рядом стоял не человек, а вулкан, который из последних сил сдерживает извержение.

Я уже мысленно слышала его лекцию о моей невоспитанности, полном отсутствии приличий и всей прочей высокоморальной ереси.

Я знала, как оноченьхочет что-то сказать и изо всех сил пытается сделать это культурно.

Надеюсь, я не окончательно разрушила его психику, и меня не отправят в очередной сарай переписывать добродетели до конца жизни.

Я уже открыла рот, чтобы извиниться, но со стороны улицы послышались шаги и голоса нескольких человек.

Шенли резко дёрнул меня в сторону, в какую-то нишу, которую я до этого вообще не замечала, и полностью прижал к стене, заслоняя собой.

Вот теперь стало понятно, зачем ему весь этот полностью чёрный лук:

со стороны, наверное, даже если специально сюда смотреть — не увидишь.

Официально режим «Тёмный Лорд-невидимка» активирован.

Шаги приближались.

Я поднялась на цыпочки и осторожно выглянула из-за его плеча. Почему-то под прикрытием Шенли я почувствовала себя… в полной безопасности.

Даже облокотилась ему на плечи, чтобы было лучше видно.

Принц резко выдохнул — прямо мне в шею, горячо и раздражённо, но напротив нас как раз в этот момент остановился целый отряд стражников.

В лунном свете их было видно отлично.

Моё внимание, с принца тут же переключилось на них — я даже перестала дышать, стараясь вообще никак себя не выдать.

Шенли, наоборот, будто решил выдать нас своим тяжёлым дыханием.

Пришлось аккуратно приложить ладонь к его носу и рту, приглушая звук.

Он дёрнулся, как обиженный кот, которому перекрыли вход на кухню, но деваться было некуда.

— Проверь дальше вдоль стены, — отрывисто приказал главный, тот самый, что «отвечает за меня головой».

— Обойди по периметру всё поместье.

— Ещё раз проверить все ворота, — добавил он уже другому.

Стражники с поклонами разбежались в разные стороны.

Сам он повернулся лицом в нашу сторону и уставился прямо на стену.

Я задержала дыхание и зажмурилась, как будто от этого могла стать невидимой, и ещё сильнее прижала руку к лицу принца.

Тишина растянулась, и стало немного страшно.

Когда я осторожно приоткрыла глаза — перед нами уже никого не было.

Фух.

Я шумно выдохнула и наконец опустилась на всю стопу — только сейчас поняла, что всё это время стояла на цыпочках, как истукан, боясь даже шелохнуться.

Глава 36. Поцелуй

— Ушли… кажется, — шепнула я для Шенли. Он-то стоит спиной, не видит, что там снаружи, вот и застыл, как статуя.

Я попробовала чуть сдвинуться в сторону, но сзади стена, спереди Шенли. Он стоял настолько тихо, что, кажется, даже не дышал.

И тут меня осенило: а вдруг я так зажала ему нос и рот, что он