Капитан Джон - Д. Лаборантова

Энди — он с легкостью заглотил такое количество блюд, которое одолел бы не всякий взрослый работяга, — обозрел пустой стол и утерся рукавом.

— Если вздумаешь потеряться здесь, я и не подумаю тебя искать, — предупредил Рессел. — Так что держись рядом и не смей хватать мусор. Кстати, это приказ.

Ребенок задумчиво потеребил прядь волос и сунул ее в рот. Джон хмыкнул; что-то в этом нелепом жесте побудило его улыбнуться. Взаимопонимание было достигнуто, и они вышли на улицу, которая вела к центральной площади. По пути им встречались прохожие с цветами и связками воздушных шаров. Рессел не придал этому значения, но, услышав далекие звуки оркестра, все-таки произвел в уме некоторые расчеты и догадался, что жители праздновали очередную годовщину освобождения. К нему сразу вернулась привычная раздражительность, и он в досаде схватился за сигареты. Худшего совпадения нельзя было и представить: Рессела угораздило оказаться посреди праздничных гуляний, да еще и одетым в военную форму, будто он специально явился в чужой город, чтобы похвастаться собственным прошлым. В толпе, однако, попадалось довольно много мужчин и женщин, одетых в ту же самую форму. На Рессела никто не обращал внимания, и он успокоился.

Мальчишка вертел головой, то и дело замирая посреди тротуара; его в равной степени влекли к себе и флаги на балконах, и торговые ряды, и белый пух, летевший с невысоких деревьев. Иногда Джону казалось, что ребенок устал и перегружен впечатлениями, но Энди, застыв на пару мгновений с широко открытыми глазами, встряхивался и шагал дальше. Толпа между тем прибывала; из разговоров Рессел узнал, что в центре города показывают военную технику. Лишить мальчишку такого зрелища было бы несправедливо. Джон вздохнул, крепче ухватил своего спутника за рукав и стал пробираться вперед.

Он узнал их сразу — над площадью торчали острые носы истребителей. Пять недавно выпущенных с завода боевых машин замерли, упираясь обманчиво хрупкими стойками шасси в серую брусчатку, и вид их вносил в утро мирного поселения тревожную ноту. Непроницаемая серость маскировочного покрытия довлела над легкомысленной пестротой летнего города, и пейзаж вблизи становился глуше, строже, приобретал резкость линий. Под крыльями скрывались бортовые орудия — по два с каждой стороны. У машин о чем-то негромко беседовали трое молодых людей в летной форме; четвертый, с раскатистым акцентом выходца из Восточного квадрата, бойко сыпал терминами, отвечая на вопросы публики. Где-то в ближних пределах пространства прямо сейчас находился флотский крейсер «Авангард»; по случаю праздника с крейсера прислали звено истребителей. Пилоты должны были продемонстрировать над городом фигуры и дожидались сигнала городского совета, один из членов которого как раз заканчивал торжественную речь.

Мальчишка завороженно рассматривал истребители, а Рессел, спокойнее и не без некоторой зависти, — пилотов. Старшему из них было около тридцати, остальные и вовсе выглядели юнцами. Красивые, рослые, широкоплечие, гордые собой и могучей статью своих машин, они перешучивались друг с другом и с горожанами, не забывая при этом следить за часами. Один из пилотов неожиданно подмигнул Энди и протянул ему подтаявший леденец. Мальчик уставился на молодого военного с таким выражением удивления и восторга, что тот рассмеялся.

— Спасибо, — поблагодарил Рессел.

Парень дотронулся до виска сложенными пальцами правой руки и отошел к товарищам, уже надевавшим шлемы. Еще один пилот, командир звена, по пояс высунулся из кабины и прокричал несколько слов. Толпа подалась назад, и вскоре центральная часть площади опустела.

Истребители синхронно поднялись в воздух, набрали высоту, парадным строем прошли над городом и скрылись в облаках, а затем, вернувшись в поле зрения публики с противоположной стороны, приступили к выполнению каскада пилотажных фигур, что и проделали с поразительной чистотой и точностью. Энди, без остатка захваченный зрелищем, почти перестал дышать; на миг его фигуру целиком накрыла собой грозная крылатая тень, и мальчик, потрясенный, невольно вскинул руки к небу. Воздух наполнился протяжным воем; звено, совершив резкий разворот, перестроилось и бесследно пропало в облаках. Все это заняло не больше минуты. В толпе послышались аплодисменты.

— Пойдем, — сказал мальчишке Джон. — Они уже далеко.

Последний отрезок пути Рессел запомнил плохо — он слишком устал, да к тому же принял вторую таблетку обезболивающего, отчего в голове у него все смешалось. Маленький ржавый катер, ничуть не похожий на тот, что курсировал между станцией и городком Четвертой, подобрал Энди, Джона и еще двух пассажиров на границе грузового сектора порта имени Генерала Даля и за полчаса доставил их на базу. Он опустился на разбитую платформу где-то в поле. Над руинами остановочного павильона уныло нависала вышка недействующего диспетчерского пункта. Двое незнакомцев спрыгнули на землю и быстро ушли вперед.

Рессел постучал в стекло кабины.

— Как попасть к начальнику базы? — спросил он.

— Пешком, — отозвался хмурый пилот и махнул рукой куда-то в сторону горизонта.

Вдали маячили производственные постройки. Пасмурный вечер по всем приметам должен был закончиться дождем.

— Тогда пошли, — сказал Джон своему спутнику и надел рюкзак, но Энди не двинулся с места.

— Что там опять у тебя стряслось?

Мальчишка сел на кусок строительного блока и беспомощно вытянул ноги. Кожа под ремешками сандалий покрылась кровянистой коркой: гуляя по праздничному городу, Энди натер ступни.

— Цепляйся, — Рессел наклонился и подставил ему спину.

Неожиданно сильными руками Энди обхватил его за шею и кое-как пристроился поверх рюкзака. Джон, однако, почти не заметил, что за плечами у него прибавилось тяжести. Он усмехнулся и, хромая, зашагал по узкой тропинке. Под ботинками хрустела прошлогодняя трава. Зонтики мертвых соцветий щекотали Джону ладони. Обернувшись, он увидел, что катер и вышка растаяли во влажной мгле, а с ними навсегда ушли в прошлое городок, Четвертая, дом, госпиталь, война — все то, что было и чего не было в его жизни.

Впереди показался ряд ветхих ангаров. Между ними темнели скелеты кораблей, похожие на останки древних чудовищ. Справа Джон рассмотрел приземистое здание с грязными окнами, в котором узнал административный корпус. Ветер гнал травяные волны от одного края поля к другому. Энди соскользнул вниз и встал рядом с Ресселом, враждебно озираясь и выставив острые локти.

— Ну что ж. По-моему, это не самое ужасное место в пространстве. Мне кажется, нам обоим есть с чем сравнить, — сказал Джон и полез в карман за сигаретой.