Спящие холмы - Ирина Владимировна Скидневская

Костёр догорал. На востоке светлело небо, рассвет был близок. Беспокойная кладбищенская компания успела сильно наскучить Питу, он решил двинуться дальше, встал, разминая затёкшие ноги. И тут странная картина привлекла его внимание.

По направлению к ним брели две тёмные мужские фигуры. Пит инстинктивно рухнул на землю. Ночное кладбище не подходящее место для свиданий с незнакомцами. К тому же он помнил о встреченных по дороге муррах. Кошки к большим проблемам, сынок…

— Что там? — заметив его манёвр, пискнула сзади Вонючка, но Мардишер цыкнул на неё.

Запыхавшиеся и разгорячённые, они подобрались к Питу и залегли рядом. Видно всё было просто отлично, события развивались неподалёку от ракитового куста.

Побродив между могил, мужчины остановились.

— Доставай, — сказал один, нервно потирая руки.

Второй, повыше, в кепке, надвинутой глубоко на глаза, скинул с плеч рюкзак и принялся в нём рыться.

— Кто это? Что это? — умирая от любопытства, заплетающимся пьяным языком выговорила Вонючка и в ответ получила от Мардишера крепкую затрещину.

Пита охватило нехорошее предчувствие, до того болезненное и мучительное, что ему нестерпимо хотелось вскочить и броситься прямо через кусты, по бездорожью, куда глаз глядит — лишь бы оказаться подальше от треклятого кладбища, которое, как ловушка, поймало и цепко держит его в себе. Что происходит? Зачем он здесь? Какая тяжёлая, странная, бесконечная ночь…

Мужчина в кепке достал из рюкзака длинную штуковину и поднёс к губам. В смутных отблесках занимавшейся зари, в сиянии последних звёзд сверкнула медь. У Пита заныло в груди — это был… музыкальный инструмент, труба. С ума они сошли? Не надо!

Тишина кладбища лопнула, как струна, взорвалась от оглушительного звука, который выдул из трубы ненормальный в кепке. Питу показалось, что у него остановилось сердце. Он рванулся, чтобы вскочить, но перепуганные Мардишер с Вонючкой повисли на нём, прижали к земле.

Труба надрывалась в ночи одной-единственной, повторяющейся нотой — как будто в ней что-то безнадёжно заело. В этой разрушительной какофонии скрежетал о металл металл, разбивались груды стекла и скрипели гигантские несмазанные двери. Про такое говорят: мёртвого разбудит…

Пит лежал ничком, обхватив голову.

Прошла целая вечность, пока труба смолкла. В роще орали всполошившиеся птицы, между могил с хорошо различимым шуршаньем носились крысы. Рядом учащённо дышал Мардишер, сопела, как ёж, Вонючка. Пит сел, голова сама повернулась в сторону кладбища. Возмутители спокойствия неподвижно стояли на прежнем месте и чего-то ждали.

Затряслась земля, с резким выхлопом взметнулась вверх могильная плита и откинулась, как крышка на петлях. Из могилы, сопровождаемый ровным гулом, всплыл и завис над землёй гроб. Из гроба, под оглушительный визг Вонючки, поднялся с ложа покойник, заторможенный, как механическая кукла, и сел как ни в чём не бывало. Будто не умер тыщу лет назад.

Единственный глаз Пита едва не вылез из орбиты. И чувства и зрение его и без того обострились до предела, но он в каком-то беспамятстве, забыв, что второй глаз не видит, сорвал с головы повязку и отшвырнул — чтобы получше всё рассмотреть. «Музыканты», затеявшие этот ужас, стояли бледные до синевы, не зная, на что решиться, и только пялились на покойника. В эту минуту позади них из земли вспучился ещё один гроб, хлопнула крышка, из-под неё метнулась тень, похожая на кошку. Нервы у гробовызывателей сдали, они с воплями бросились кто куда. Мертвец свесил ноги, неловко спрыгнул на землю, едва не упав, и постоял, как бы в раздумье, а потом вперевалку побрёл на свет зари, как раз в сторону ракитового куста. К Питу. С огромными выпученными глазами и в истлевших лохмотьях, он был страшен…

У Пита прорезался голос, он заорал так, что сам оглох. Дальнейшее помнил плохо. Только то, что бросился бежать, но запнулся за сигнальную проволоку Мардишера, грохнулся на землю и отключился. Потом куда-то полз, свалился в овраг, бог знает, как добрался до дому. Но самым пугающим и неправдоподобным было следующее видение. Из-за рощи доносится шум приближающихся машин. Пит стоит на четвереньках, растопырившись, как бойцовская собака в момент атаки, а навстречу Мардишер и Вонючка ведут под руки, почти волокут на себе ожившего покойника. При этом Вонючка, хохоча, сует воскресшему в рот горлышко бутылки. Заметив Пита, Мардишер грозно рявкает: «Цыц!» И у него убийственно-жестокий взгляд…

2

— Итак, перед нами худой и измождённый человек, который по крайней мере дважды путешествовал во времени, — сказал Даймон, с любопытством глядя на нахохлившегося Кристофера. — Давай сначала обсудим технические вопросы. Расскажи, как ты управлялся с Петлёй Рейна.

— Зачем?

— Во-первых, интересно…

— Во-первых и в-последних, ты пользовался магией, — перебила Длит. — Этого достаточно, чтобы тебя наказать. Отвечай на вопросы.

Кристофер криво улыбнулся.

— Нажимал на точку пуска, на линзе проступали светящиеся круги. Протирал правое стекло против часовой стрелки и попадал в прошлое, протирал левое по часовой и из прошлого перемещался в будущее.

— И всё?

— Ну.

Даймон застонал. Длит сидела с застывшим лицом. Как только Кристофер пришёл на работу, Лунг привёл его в кабинет Айлин, рассказав по дороге о вчерашних событиях. Фанни боялась даже смотреть на всех, поэтому при разговоре не присутствовала.

— Теперь понятно, почему у меня кружилась голова, когда я пыталась вычислить ведьму и увидела тебя… после того как применила заклинание, — сказала Айлин.

— Зачем ты проникал так далеко, на две тысячи лет назад? — спросил Даймон.

— Да очки были битые, с трещиной на стекле, из-за этого я не мог попасть в близкое будущее, нырял глубже в прошлое, чтобы сместить петлю. Приноравливался, делал маркером метки на кругах.

— И как далеко ты пробрался в будущее?

— Не знаю. Там трудно ориентироваться. Время пребывания ограничено и каждый раз разное. Очки нагрелись — пора уходить. Иногда элементарно не успевал разобраться. А иногда попадал в такую передрягу, что сразу возвращался.

— Жалеешь, наверное, что Петля уничтожена? Хотел бы ещё раз пронзить время?

— Чего? Это, вообще-то, не очень приятно. Страшно. Не знаешь, куда вырулит, что случится… Один раз так по башке дали, еле вспомнил, кто я такой.

— Извини, конечно, но, кажется, путешествия во времени не прошли бесследно для твоего здоровья, — сказала Айлин.

— Да… они меня съедали…

— Милый Кристофер-Аджит… Мы тут сидим и думаем, как спросить тебя о самом важном. Скажи, пожалуйста, там, в будущем, случился… конец света?

— Точно не знаю. Однажды было такое, что… В общем, мне показалось, что я попал в Хадес, но потом издалека увидел Спящую… Еле ноги унёс.

Все переглянулись.

— А