Фантастика 2026-108 - Борис Владимирович Романовский

Я мрачно кивнул.

Представляю чувства Филиппа. Я погиб раньше всего этого, он же варился там, видел всё своими глазами.

Видел, как его учитель вместе с другими Хранителями защищает Землю. А затем наблюдал за тем, как земляне убивают тех, кто бился за их выживание. Крайне неприятное зрелище.

— Я уверен, что Тимур был одним из тех, кто подстрекал Высших Магов Земли, — сказал Филипп, выдыхая и успокаиваясь. — Но он не мог в одиночку это организовать. Всему виной стала жадность.

Я молчал, крутя в руке винный бокал.

— Мой учитель, — начал я. — Он был за фракцию, желавшую пожертвовать Землёй?

— Да, — сказал Филипп. — Все Ритуалисты были в этой фракции, они и возглавляли её. Именно масштабный ритуал должен был помочь остановить магическую чуму.

Я медленно кивнул.

Интересно, будь я жив, рассказал бы мне учитель о том, что планируется?

Предложил бы он мне поучаствовать в этом масштабном ритуале или оставил бы меня на Земле, сделав одной из жертв?

Я не хотел глубоко размышлять об этом.

— Будь осторожнее с Тимуром, — сказал уже успокоившийся Филипп. — Он как змея. Он предаст тебя, предаст любого, кто будет рядом. Он искуситель, понимаешь? От него нет спасения.

Филипп наклонился ближе.

— Поверь, я сражался с ним. Тимур был ослаблен, сильно ослаблен после твоей смерти, но я не мог его найти. Он постоянно строил ловушки, ускользал. Я уничтожал одну структуру, которую он создавал, за другой, но всё это оказывалось ловушкой.

Филипп сжал кулак.

— Тимур продолжал расти, продолжал усиливаться. Он атаковал мои слабые места, интриговал против меня, а я не мог с ним справиться. Если ты считаешь, что одержишь над ним верх, то ты ошибаешься, Руслан.

Филипп посмотрел мне в глаза.

— Я знаю, что ты умён, что ты можешь быть крайне хитрым, но поверь — тебе не перехитрить Тимура, у которого за спиной сотни лет интриг и предательств.

Я вдруг отчётливо понял, что Филипп на самом деле боится Тимура. Скорее всего, то поражение, после которого он превратился в монстра, оставило глубокий след в его душе.

С таким настроем Филипп никогда не сможет победить Тимура. Я не стал ему ничего об этом говорить.

— Что ты собираешься делать дальше? — спросил я.

— Я атакую Австралию, — твёрдо сказал он. — Соберу Высших Магов, всех, кого смогу. И уничтожу монстров, которые появились в Австралии. Я разрушу их портал, чтобы они больше не могли сюда прибывать.

Филипп посмотрел мне в глаза.

— Я боюсь, что прибытие этих монстров может ускорить появление магической чумы. Ты ведь понимаешь, о чём я говорю?

— Да, — кивнул я.

— Я знаю, ты сейчас не в состоянии сильно мне помочь, поэтому и не прошу тебя о помощи.

— Я отправлю клона со своим сильнейшим стражем, — сказал я. — Это всё, что я могу сделать с нынешней силой.

— Этого уже достаточно, — кивнул он, поднимаясь. — Что насчёт того парня, который недавно показал свою ауру?

— Чудак… Не знаю, но можешь поговорить с ним. Он не служит мне, просто живёт рядом, в обмен на определённые услуги.

Филипп чуть подумал и сказал:

— Ладно, я спрошу. Потом отправлюсь к Коле. Извинюсь за свои действия и попрошу о помощи.

— Будь осторожен с ним, — предупредил я.

Он кивнул, взлетел и, похлопав себя по пузу, сказал:

— Спасибо за еду!

Филипп полетел искать Чудака. Я же сидел, крутил бокал с вином и думал.

А мне было о чём подумать.

Тимур явно многое знает. И раз он так тревожится, раз стремится найти ключи к Великому Порталу… Может быть, он готовится к появлению магической чумы? Знает, что совсем скоро Земля будет обречена, и хочет сбежать отсюда?

Я не исключал эту возможность. Я пил вино, смотрел на горизонт и размышлял.

Раскол Хранителей, падение Ордена… На самом деле, я мог понять тех, кто напал на ослабевший Орден. В то время земляне были слабы, и Орден Хранителей контролировал нас всех. Иногда прямо, а иногда нет.

Я был Высшим Магом, но знал — если сделаю что-то неугодное Ордену, то меня могут прикончить. Просто придёт десяток Высших и раскатает меня.

Нет, я бы не стал участвовать в том, что произошло после падения Ордена. Не стал бы убивать раненых Хранителей. Но мотивы землян мне понятны…

Ладно, это сейчас не так уж важно. Прошлое осталось в прошлом, и пока оно не влияет на настоящее — я не хочу в нём копаться.

Я посмотрел на своё запястье, на кусок прозрачной кожи. Вот что гораздо важнее.

Как мне решить эту проблему?

Моё перерождение было далеко не идеальным — я нарушил баланс, нарушил правила и должен принять за это последствия.

Вдобавок у меня два источника, что только ухудшает ситуацию.

Раньше я считал, что у меня будут десятки лет на то, чтобы решить эту проблему, но сейчас я уже не уверен.

Впрочем, у меня есть резервный план — Башня Испытаний.

Если я и смогу найти где-то ответы на свои вопросы, то только в ней.

А ещё… я сделал определённый вывод на основе двух фактов.

Первый: Башня Испытаний любит претендентов с исключительным потенциалом. Они получают более высокую выгоду — им, можно сказать, потакают.

Второе: возможно, Башня Испытаний умирает.

У каждого человека в природе заложено желание передать своё наследие. Это выражается самыми разными способами, и маги — далеко не исключение.

Кто-то, как и я, создаёт свой род и передаёт своё наследие таким образом. Кто-то же выбирает другой путь — наследие знаний.

Многие маги оставляли после себя различные места — своё магическое наследие. Тот же Чудак, скорее всего, нашёл именно такое. Он говорил с призраком одного из Хранителей, забрал его методики, способность к изменению своего аспекта.

Скорее всего, сам Чудак, когда поймёт, что его смерть близка, тоже создаст подобный источник наследия.

И у меня есть слабая надежда, что Башня тоже выбирает наследника.

Может быть, прохождение девяти этажей — это и есть способ выбора того, кто достоин получить Башню или какое-то наследие, спрятанное в ней.

Конечно, это может быть всё притянуто за уши, но я знаю множество историй, пришедших из Аэтерна и даже историй с Земли — как молодые маги находили наследия старых магов и становились сильнее. Мои предположения основываются именно на подобных историях. Башню ведь кто-то создал — и вполне возможно, что он предусмотрел возможность передачи своего наследия самому достойному. Я бы так и сделал.

Вот истинная причина, по которой я прохожу эту Башню. Мне