Шеф-повар придорожной таверны II - Кирилл Игоревич Коваль

— Ну главное ты это поняла, — хмыкнул Ивер, но тут же принял серьезное выражение лица, — понимаешь, если что-то устоялось — изменить это очень сложно. Традиции, привычки, людское мнение…

— Да, я поняла, поняла… Буду думать…

— Ну ты же не собираешься сдаваться?

— Сдаваться? — Встрепенулась девочка, и лицо с расстроенного тут же сменилось на готовое к действиям, куда только усталость делась, — никто не говорил, что я буду сдаваться. Просто я поняла, что слона надо есть по кусочкам! Для начала мы сделаем два меню, расширенное для богатых и стандартное для бедных! Надо сыграть на разнообразии и человеческом любопытстве! Но для этого мне надо несколько приборов, надеюсь мне смогут их тут изготовить. Да и вообще проверить себестоимость, может можно поработать в этом направлении. Мама всегда начинала с изучения предложений поставщиков. Иногда цена предложенного после переговоров снижалась едва ли не вдвое! Да! Если мы не можем повышать цены, надо снижать убытки и расходы… Сдаваться! Ха! Quod me non necat, me facit fortiorem!*

Осознав, что похоже начал клевать носом и уже совершенно не понимаю льеру, я, махнув рукой на ужин, двинулся к себе в комнату, еле передвигая ноги от усталости. День был тяжелый, и, судя по запалу Маши, все только начинается. И не забыть бы спросить, что за блюдо такое — слон?

* * *

*латынь: все что меня не убивает — делает меня сильнее.

Глава вторая

Страсти накаляются

Глава вторая. Страсти накаляются.

Утро выдалось сумбурным — все проспали и подготовиться к завтраку не успели. Благо первыми проснулись артельщики, они и разбудили, спросив работу — за вчерашний ужин и погром.

Отправил их к Иверу, от него и работу не зазорно получить и разбудят заодно. Сам поднял брата и, постучав по двери льеры, сбегал на улицу, по быстрому умыв лицо, отметив при этом, что двое мужиков уже принялись рубить дрова. За водой тоже идти не пришлось — еще парочка артельщиков, едва я залетел на кухню, зашли и забрали ведра. Печь еще тлела, распалить ее труда не составило, и едва первое ведро воды залили в кастрюлю для травяного отвара, (так и хочется сказать: чая), как подоспели Маша и Лаура.

— Ты как-то нежнее стучи, — поворчала льера, оглядывая кухню, — я чуть с кровати не упала!

Я что-то виноватым тоном пробубнил, не вдаваясь в смысл слов, видя, что она на меня и не смотрит и не слушает. Девочка минутку подумала и решила.

— Так, мне нужен лук, зелень, кусок окорока — мякоть, молоко и яйца. Та-ак… Лаура, не суетись пока с тестом, вчерашний хлеб вполне подойдет. Лучше сделай лепешки, как позавчера были. Хлеб нужно нарезать вот такими ломтиками, а еще мне нужна колбаса, сыр. Видела, там уже листья салата подросли, тоже зайдут. Будет яичница с луком и беконом и горячие бутерброды! Все быстро и вкусно. Лишь бы чай успел вскипеть. Может его по маленьким кастрюлькам разлить? Быстрее будет!

Притащил весь окорок, чтоб не бегать, если не хватит, и принялся резать. Все резать. Маша сказала, что с нашими ножами она без пальцев останется. И что ей срочно нужен шеф-нож.

Но без дела она не сидела: нарезала ломтями хлеб, намазала слой масла, уложила колбаску, посыпала мелко нарезанным сыром и чесноком и это все на противне попыталась засунуть в «духовку». Вроде так она это называет.

— Лаура, помогите! — Взмолилась она после нескольких неудачных попыток, едва не уронив противень. — Ну не дается мне эта палка, чтобы запихнуть туда что-то.

Палка — это ухват. Наш имеет прорезь в каждом рожке, чтобы можно было не только горшок, но и противень цеплять. Но ухват ей и вправду не дается. Чтобы не подцепила — все в сторону уводит. Лаура сказала — веса ей не хватает…

— Давай-давай, сразу бы сказала, — тут же отложила тесто, что вымешивала для лепешек, Лаура и перехватила ухват, ловко закидывая противень в духовку. — А ведь умно придумала! Обычно от старого хлеба нос кривят, а тут это целое новое блюдо. И как просто!

— Это я еще у вас майонез не нашла, — зарделась от похвалы девочка, — тут вообще можно бомбически сделать!

— Что не нашла? Вон там специи были, на полочке, посмотри, может и есть…

— Да не-е, — махнула рукой Маша, подходя к миске с яйцами, — это соус такой. Из масла растительного, уксуса и яиц… Что, ни разу не делали?

— Первый раз слышу, — признался я, и Лаура подтверждающе покивала головой, — надо будет тебе попробовать его сделать.

— Миксер нужен… А до него мне прогресорствовать и прогресорствовать….

— Просят сбитень и пожрать, — влетел на кухню Яник и бросился к кастрюле на плите, — а чë ничего нет-то?

— Сбитня нет, есть взвар, — направил брата к маленькой кастрюльке, — ну который чай!

— Держи, тут четыре порции, — Маша деревянной лопаткой разделила яичницу на четыре части и ловко раскидала по тарелкам, не нарушив целостность четвертинки. Которые она еще и на ходу посыпала мелко порезанными укропом и зеленым луком.

— Этого мало! — Тут же поставил в известность нас братишка, — там уже человек десять сидят…

Маша равнодушно поставила на плиту еще одну сковороду.

— Лиеры уже встали?

— Нет, там только…

— Тогда подождут, ту всего-то пять минуточек.

При всем своем напускном равнодушии, Маша значительно ускорилась, и я уже даже не успевал ей нарезать лук с окороком. Но потом подоспели горячие бурброды…

— Еще бундеродов! — Коверкая название залетел на кухню взмыленный Яник, хотя едва только вынес поднос с первой порцией, — кто успел взять, хвалят так, что остальные тоже начали требовать!

— Что, даже цена в один медяк не смущает? — Удивленно вскинула брови льера.

— Ругаются, но после вчерашнего берут. Я им сказал: мешанка одна монета и бундерод одна. Чай, хлеб, нарезка на хлеб с маслом — бесплатно.

— Это ты правильно сориентировался, — похвалил брата и сразу поправил, — Только бурброд правильно.

— Бутерброд, — поправила нас обоих Маша, но добавила, — хотя называйте как хотите, я уже привыкла, что вы все переиначиваете.

— Сказала девочка, что зовет Весела — Васей, — показав язык