Узник хрустального шара - Дмитрий Витальевич Шелег

Автобус, в котором я окончательно осознал потерю родного мира и мой перенос в новый, остановился в паре километров от небольшой деревни, расположенной не так далеко от города. Его я в смешанных чувствах покинул вместе с несколькими старушками и направился пешком по неплохой дороге. Пройдя примерно половину пути до ближайших зданий, я свернул направо, в ту сторону, где память мальчишки подсказывала наличие дома. Вот только если в воспоминаниях Феди это было спокойное и тихое место, где он наконец был в безопасности, то я увидел некогда крепкий и добротный, а теперь запущенный кирпичный дом, который без ухода и прямых мужских рук серьёзно так сдал.

Его крыша была покрыта мхом, стены выглядели неопрятно, краска на окнах рассохлась и потрескалась. Забор хоть и был на месте, но являлся номинальным. Один хороший удар — и он просто рассыплется. Довершали картину неухоженные садовые деревья, остатки прошлогодней травы и мусора, убитая цементная дорожка.

С каждым шагом, приближаясь к этому месту, я ощущал, как внутри меня появляются целые пласты памяти мальчишки. Неудивительно. Ведь каждый метр этого места отзывался в его душе. Машинально открыв калитку и пройдя через двор к дому, я поднял ключ, лежавший под кирпичом на крыльце и открыл скрипнувшую дверь.

Стоило только войти и оглядеться, как знания из жизни мальчишки навалились с новой силой. Затылок пронзила острая боль, в ушах зазвенело, а перед глазами всё закружилось. Поток поступающей информации стал настолько большим, что сознание помутилось и прежде чем оно окончательно не потухло, я привалился спиной к стене и медленно съехал по ней на пол…

Очнулся я спустя несколько часов и чувствовал себя откровенно отвратительно. Голова гудела и готова была взорваться, во рту было сухо, тело затекло, а к лицу прилипли мелкие песчинки и мусор. За время беспамятства я успел из сидячего положения каким-то образом перейти в лежачее.

«Вот как бывает. В жизни есть не только приятные ощущения. Впрочем, именно поэтому она столь ценна, — подумал я, поднимаясь. — Хотя не о том сейчас размышляю. Всё это мелочи. Главное, что успел медленно опуститься и не разбил и без того гудящую башку».

Не разуваясь, так как в доме было достаточно грязно, я двинулся в сторону кухни. Там вдоволь напился холодной воды, которую черпал кружкой из ведра, умыл лицо и с трудом уселся в одно из неплохих, хотя и грязноватых кресел. Там, приложив подрагивающие руки к вискам, я принялся их массировать и раскладывать появившиеся в голове воспоминания по полкам. Слишком много всего шокирующего удалось узнать, в том числе и причину, по которой душа иномирца из артефакта лича выжила и перенеслась в тело этого мальчишки.

Однако начать структурирование воспоминаний необходимо с начала. С семьи Чародеевых, которые на первый взгляд были вполне обычными людьми. Они вели спокойную, размеренную, уединённую жизнь на хуторе. Держали скотину, сажали немалых размеров огород, ухаживали за домом и садом. Были весьма счастливы. Также они родили двух здоровых детей, воспитали их, выпустили во взрослую жизнь и даже пожили несколько лет для себя.

Вот только потом, когда маме стукнуло сорок восемь лет, она неожиданно для всех родила ещё одного сына, которого назвали Фёдором. Почему она решилась на подобное в столь непопулярном почтенном для данного дела возрасте, сказать не могу, но из редких воспоминаний понятно, что лет до четырёх в семье всё было благополучно. А вот после этого мама мальчишки начала от него отдаляться, странно себя вести, меньше уделять внимание домашним делам и хозяйству. Более того, вместе с ней столь же странно стал вести себя и отец.

Они стали мнительными. Не выпускали сына играть с деревенскими детьми, да и сами редко покидали хутор. Часто злились на старших сыновей, которые уже очень долго не возвращались домой и даже не писали писем. В подобной обстановке мальчишке жилось несладко, хотя он тогда мало что понимал.

Дальше — больше.

К шести годам, когда Феде необходимо было отправляться в школу, родители вдруг упёрлись рогом, не желая отпускать его туда, и чуть ли не воевали с чиновниками из отдела образования района. Спустя полтора месяца они всё же сдались, и мальчишка пошёл в первый класс, только не в сельскую соседнюю школу, а в городскую.

Его одежда оставляла желать лучшего, школьных знаний почти не было, социализация отсутствовала, а родителями были два пожилых и весьма странных человека, которые годились одноклассникам в дедушки и бабушки. К тому же Чародеев опоздал к моменту формирования групп по интересам, когда даже ему можно было с кем-то подружиться. Не удивительно, что остальные дети начали над ним посмеиваться, шутить и не хотели брать в свою компанию.

Всё стало ещё хуже спустя два года, когда его мама неожиданно для всех умерла, а отец на этом фоне ещё больше повредился рассудком. Феде пришлось взваливать на свои тонкие плечи всё хозяйство, которому его учила мама, обеспечивать себя и отца продуктами, а также как-то выживать за счёт найденной в доме небольшой суммы. Теперь сразу после школы он мчался домой, к своим многочисленным делам и заботам, так и не сумев построить неформальные отношения со сверстниками.

Всё это также негативно повлияло на общение с одноклассниками. Но если в начальных классах насмешки и издевательства были минимальными, то чем старше становились дети, тем изощрённее они травили непохожего на них замкнутого мальчишку. Что ещё больше усугубилось после очередного урока истории, когда дети изучали правление князя Всеслава Чародея. Потомки которого основали род Чародеевых.

По преданиям, это был сильный и мудрый правитель, который активно расширял земли своего княжества, уничтожал нежить и был невероятно искусен в магии. Он одновременно сражался с войсками сразу трёх князей и даже одерживал верх в этом противостоянии. Потеряв немало людей и средств, князья прислали парламентёров и попросили о встрече, чтобы решить вопрос с войной к всеобщему удовлетворению, и даже поклялись не причинять Всеславу вреда. Однако обманули. Князя Чародея и его сыновей схватили, перебив охрану. Детей казнили при отце, а его самого искалечили, заперли в тюрьме и забыли на несколько лет.

Вот только сам Всеслав умирать не собирался. Каким-то образом он сумел сбежать и пропал на несколько лет. Все считали, что он погиб при побеге либо отправился к врагам пленивших его князей, чтобы накопить силы и ударить в самый подходящий момент.

Вот только гонимый местью и ненавистью князь Чародей пошёл ещё дальше. За силой он обратился не к людям, а к проживающей