Белая птица над темной водой - Екатерина Витальевна Белецкая

— Именно так, — спокойно ответила Авис. — Там больше шестисот позиций.

— Рискованно, но… ладно, — махнул рукой Скрипач. — И тебе выдали часть сведений, которые ты интерпретировала вот таким образом, верно?

— Да. Сценарий и модель происходящего сделана на основе этих сведений, — подтвердила Авис.

— Тлен ты тоже учла в своей модели? — спросил Ит.

— Разумеется, — ответила Авис. — Я построила два сценария, с Тленом, и без него, и сравнила получившиеся результаты с той картиной, которую предоставила Официальная служба. Тлен там есть, но он уже ни на что не способен серьезно повлиять.

— Подожди, — попросил Ит. — Что у нас получается? Окист — влияние Тлена проявляется фрагментарно. Инсаниа — там влияние Тлена очевидно, это более глубокая стадия. Система Тэус и Планета — влияние Тлена неочевидно, потому что мир сильно изменен извне. Сод — будет примерно то же самое?

— Не совсем. На Планете Тлен не может толком ни на что повлиять, потому что идёт постоянная замена разумных. Сод — согласно моему прогнозу влияние будет выражено в большей степени, то есть там Тлен будет способствовать скорейшему распаду.

— Ещё бы понять, как выглядит этот самый распад, — задумчиво произнес Скрипач. — Этот прогноз ты тоже сумела построить?

— С ним возникают сложности, — сказала Авис. — У меня получается несколько взаимоисключающих сценариев, причем возможность возникновения каждого из них не равна нулю.

— Интересно, — Ит потёр переносицу. — Можешь привести примеры?

— Пожалуйста. Первый сценарий — массовое уничтожение всех живущих, единовременно. Второй — постепенное снижение численности живущих. Третий — реорганизация системы, и дальнейшее существование порождений Тлена в режиме мимикрии. Четвертый — выключение мимикрии, и существование порождений Тлена в открытом режиме.

— А уничтожение мира кем-то вроде Палача ты не рассматриваешь? — спросил Скрипач.

— Нет, — ответила Авис. — На Соде нет ничего, что могло бы привлечь внимание подобной сущности.

— Что на счёт демиургов? — спросил Ит.

— Демиург скрытого сиура мёртв. Демиург планеты находится в ослабленном состоянии, дезориентирован, и, что тоже не исключено, может покинуть эгрегор. Это не более чем версии, разумеется, — добавила Авис. — Но они, по-моему, очевидны.

— И что ты в результате предлагаешь? — Скрипач нахмурился. — Не идти туда, и ничего не проверять?

— Я предлагаю вам сначала пройти симуляцию, которую я создала, и только потом принять окончательное решение, — ответила Авис. — Вы получите представление о том, что происходит на планете. Далее — мы можем отправиться к Соду, возьмем пробы, проведем анализ, и отправимся дальше.

— Какую именно симуляцию? — Скрипач встал, потянулся. — И в каком качестве?

— Наблюдение. Вы не будете принимать участие в процессе. Вы будете просто смотреть, — объяснила Авис.

— Смотреть на что? — спросил Скрипач.

— Не на что, а на кого, — поправила Авис. — Это не займет много времени.

— Симуляция с погружением или без? — Ит тоже встал.

— Без, — ответила Авис. — Вы можете прервать её в любой момент.

— Кстати, а где Элин и Бао? — вдруг сообразил Скрипач.

— А они первые решили пройти эту симуляцию, — спокойно объяснила Авис. — Вы ещё спали, это было рано утром.

— Ясно, — кивнул Ит. — Ладно, давай. Нам в каюту?

— Да. Во время прохождения вы можете останавливать процесс, и обращаться ко мне за пояснениями, — сказала Авис.

— Вопросов у меня немало уже сейчас, — задумчиво произнес Ит. — Но… ладно, сыграем в эту игру, если ты настаиваешь.

* * *

Утро началось с противного сигнала таймера — пиу, пиу, пиу, пиу, орал таймер, и хорошо было, что у таймера имелась подсветка, слабенькая лампочка, иначе Бэйзил, как это уже вроде как случалось, снова рассадил бы себе руку, пытаясь нащупать орущий в темноте чёртов проклятый таймер. Подсветка спасла — Бэйзил хлопнул рукой по таймеру, и тот послушно замолчал, но тут же загорелся свет. Хорошо. Нет, свет это не очень хорошо, а хорошо то, что нет больше треклятого пиу-пиу. Бэйзил сел, свесил ноги с кровати, и с неприязнью посмотрел на таймер.

— Тварь ты, — сказал он сердито. — Ладно, ладно, я встал уже.

Он действительно встал — неприятное ощущение, пол оказался холодным, и босым ногам тут же стало неуютно — и пошлёпал в ванную. «Каждое утро следует идти в ванную. Чистота есть признак здорового духа» гласила вышитая надпись в деревянной рамке, которую он заприметил напротив кровати. Кажется, эта надпись висела тут давно, но почему-то каждое утро Бэйзил обращал на неё внимание, и честно пытался сообразить, как же она тут появилась. Надпись-то правильная, и вышита красиво, вокруг слов всякие цветочки и веточки. Только непонятно, откуда она взялась. То ли всегда тут была, то ли кто-то подарил. Впрочем, какая разница.

В мутном, замызганном зеркале, висевшем на стене ванной комнаты, отражался мордастый, слегка обрюзгший мужчина средних лет. Лицо у этого мужчины было недовольное, сердитое, даже злое, пожалуй, а на виске, совсем рядом с краем поредевших волос, имелось какое-то тёмное пятно. Испачкался чем-то, пока спал, понял Бэйзил. Ладно, сейчас умоюсь. Он включил воду — холодную, разумеется, обогреватель предписывалось включать только в определенные дни, и только по вечерам — намылил лицо, руки, и принялся умываться. На брызги, летевшие во все стороны, ему было плевать, равно как и на лужицы воды, которые остались после его водной процедуры на столике с раковиной, и на полу. Умывшись, Бэйзил вытер лицо старым застиранным полотенцем, а затем его взгляд упал на картинку, стоявшую в углу, неподалеку от раковины. «Домашняя одежда для дома, а уличная для работы. Сделай общество гармоничным, одевайся прилично». Бэйзил вздохнул, и отправился обратно в спальню, переодеваться.

…На кухне пахло подгоревшим маслом, разогретым хлебом, и цикорием. Бэйзил сразу заулыбался, потому что вспомнил, что он любит и