Мастер - Дмитрий Александрович Билик

Девочка замолчала, глядя, как Ерикан двигается вперёд. Казалось, учителю совсем не интересны её размышления. Однако то, что говорил старик, стало правдой. Теперь Юти действительно не нужен был собеседник.

— Но в этой истории всё равно слишком много белых пятен. Для чего прикладывать столько усилий, собирая такой многочисленный отряд? Не легче ли было отравить отца? Как она узнала, что Оливерио станет миели? Вопросы, одни вопросы.

Юти на мгновение остановилась, повысив голос.

— Куда мы идём, учитель?

— А куда тебе надо? — впервые за все время обернулся он.

И в бледно-васильковых глазах наставника плескалось искреннее веселье. Будто это не с Юти случилось ужасное потрясение, словно не её мать оказалась главным заговорщиком. И происходящее сейчас являлось обычным уроком, вроде рукопашной тренировки утром.

— Ту, кого я называла матерью, зовут Карам Нирал Гарак Райдарская, и она живёт в землях Семиречья, в городе Тригуб. И я не знаю, кто она. Не знала тогда и теперь точно не знаю кто теперь. Если мы придём к ней, если я спрошу правду, то не уверена, распознаю ли истину. Не удастся ли ей обмануть меня.

Юти замолчала, слушая, как оглушительно громко бьётся её сердце.

— Или мы можем сначала отправиться на поиски последнего убийцы. Того, кто прикрывал отступление остальных после содеянного, Шантала Келлиган. Только…

Мысль о содеянном, точнее как раз о не содеянном, ослепила Юти так же ярко, как лучи солнца пленника Теола, впервые за несколько месяцев выбравшегося наружу. Ногти впились в ладони, а собственная глупость чуть не оглушила Одарённую. Охваченная собственной злобой, она не узнала самого главного — где находится элементи. И убила Оливерио прежде, чем тот поведал об этом.

— Драманти Чат говорил, что Шантал Келлиган укрылся на Севере.

— А Оливерио ты спросить не успела. Он слишком прытко бросился шеей на твой меч, так? — даже не скрывая издёвки, спросил учитель.

Так стыдно Юти не было ещё никогда. Она готова была расплакаться от собственного бессилия. Однако именно теперь наставник похлопал её по плечу.

— Север не такой уж большой, как ты думаешь. И людей там всего ничего. Каждый ярл знает другого. А чужеземец с таким странным именем вряд ли сможет остаться незамеченным. Значит, таков твой выбор?

Юти решительно кивнула, прижавшись к Ерикану. А тот осторожно погладил её по голове.

— Посмотрим, куда приведёт тебя этот путь, — грустно произнёс наставник, словно размышляя вслух. — А что ты решила делать с Кольцом?

— Каким Кольцом? — удивилась Юти.

— Которым Аншара вознаградила тебя за смерть Оливерио.

Только теперь Юти посмотрела на руку и разглядела крохотное, будто игрушечное серое Колечко, путешествующее по пальцам. Погруженная в собственные мысли и горе, она даже на какое-то время позабыла о самом важном — пути воина, ей предначертанном.

— Соберу второй Обруч, — тихо ответила девочка.

— Поздравляю, тайтури, — шутливо произнёс Ерикан, но Юти уловила в его тоне нотки гордости. Гордости создателя, который после долгих трудов смог создать нечто редкое и уникальное.

* * *

Летнее солнце Севера отличалось суровостью и угрюмостью. Юти думала, что светило не жалует южан, готовя убить любого, кто воспримет его как шутку. Однако оказалось, что солнце Пределов, напротив, чересчур ласкало обитателей пустынных земель. Здесь же светило представало грубой мачехой, вошедшей в семью полную некрасивых и крикливых детей.

Природа на Севере отличалась чересчур насыщенными красками. Если ты смотрел на фьорд, то мог ослепнуть от его синевы. Если ласкал редкую, растущую против воли постоянного ветра и каменистой почвы, траву, то ожидал, что из неё польётся зелёный сок. Даже обычные камни под ногами представали ювелирными украшениями, выпавшими при бегстве старых богов, пытающихся укрыться в недрах гор.

Два тайтури шли неторопливо, одаряя своим вниманием каждую частичку земли. Если Ерикан, судя по его лёгкой улыбке, наслаждался ностальгией по почти забытому прошлому, Юти впитывала новый для себя мир, пытаясь стать хотя бы крошечной крупицей его.

Прохладное, для едва наступившего лета, солнце ласкало девочку тыльной стороной тяжёлой ладони, ледяная синь воды не обжигала холодом, а лишь придавала новых сил, разгоняя молодую и горячую кровь, а свежий воздух, без намёка на сгоревший уголь, пьянил и заставлял голову кружиться.

Ещё недавно Юти казалось, что если бы не стезя воинства, она бы могла прожить всю жизнь в Весерине, будто убаюканном от собственной неспешности городке. Теперь к девочке пришло понимание, что нет ничего лучше необъятного простора природы. И в какой-то мере Север очень похож на Юг — те же бескрайние Пределы, где ты можешь рассчитывать лишь на себя. Разве что от разноцветья здесь гораздо быстрее уставали глаза. С другой стороны, их не приходилось постоянно щурить от летящего песка.

И что самое главное — полное отсутствие людей. Нет, они были, конечно. На пути странникам встречались лишь крохотные поселения или деревни побольше. Ерикан говорил, что дальше будут и крупные города. А Бьорд и вовсе представляет собой диковинное зрелище, где из холодной земли вырастают дома на длинных «ногах».

Но казалось (да и являлось правдой), что местные земли довольно скудно заселены, в первую очередь из-за сурового климата. Многие имперцы искренне не понимали северян. Зачем селиться там, где зима живёт большую часть года, если всего в паре недель пути можно нежиться под лучами умеренного солнца в Западных землях.

Потому каждая встреча человека, нарочная или случайная, становилась определённым событием. Несмотря на кажущуюся суровость, северяне оказались довольно приветливым народом, что для Юти стало сильным потрясением. Вот и сейчас, когда на тропе, по бокам которой росла изумрудная трава, показался высокий плечистый незнакомец с волосами цвета свежей соломы, девочка улыбнулась.

— Человек, — сказала она Ерикану. Хотя была уверена, учитель заметил его ещё раньше.

Северный дорожный торговец, а это был несомненно он, если верить огромному коробу за плечами, махнул рукой и ускорил шаг. Ерикан кивнул в ответ и направился навстречу.

— Кат эттер, — сказал незнакомец и, чуть поколебавшись, добавил уже по-имперски: — Путники.

— И тебе доброго дня, славный сын северного народа, — ответил Ерикан на местном наречии, без малейшего акцента.

— Приветствуем тебя, путник, — сказала Юти на имперском.

Девочка худо-бедно начинала понимать на северном, однако произношение ей никак не давалось. И если к вечной ухмылке учителя она привыкла, то смех рослых воинов уязвлял самолюбие Одарённой.

— Я направляюсь в Тромс, чтобы купить солёного лосося и продать немного меха.

— Мы направляемся Хорт, чтобы найти одного человека, — ответил учитель.

Северянин довольно