Пенрик и Дездемона. Книга 2 - Лоис МакМастер Буджолд

Пен осторожно постучал по резьбе.

– Эй?

Лишь благодаря Дез он в последний момент увернулся от беззвучного удара тонким ножом через решетку.

Пен вскрикнул – и вскрикнул еще раз, когда дверь распахнулась, с силой ударив его по носу. Мелькнула стремительная фигура в вихре ткани – и его развернуло вокруг своей оси. Жилистая рука схватила одну руку Пена, дернув назад и обездвижив, лезвие метнулось к шее.

И остановилось, прижавшись к коже. Горячее дыхание коснулось его уха.

Не шевелись! – сказала Дез, без всякой на то необходимости. Лезвие отравлено!

Тщательно отрепетированные слова вылетели из головы Пена в ночь, и он лишь пробормотал:

– Я с Никис!

Пауза, хвала Бастарду, хотя давление ножа не ослабло.

– На колени, – произнес резкий тенор, острый и опасный, словно лезвие. – Лицом к свету.

Пен мгновенно повиновался, вскинув свободную руку в знак того, что сдается. Или в молитве, сейчас было уместно и то и другое. Железная хватка разжалась. Быстрые шаги обогнули Пена, и, подняв глаза, тот увидел над элегантными льняными брюками и ниспадающей шелковой рубахой хмурое безбородое лицо, бледное, как отсутствующая луна. Густые белые волосы были забраны назад в прическу, напоминавшую косу.

Из комнаты донесся женский голос:

– Сура, что там?

– Посторонний. Судя по всему.

– Мы гости, уверяю вас! – запротестовал Пен.

– Вы выбрали странный способ сообщить о себе.

– Мы прибыли по странному делу.

Вторая половина решетки распахнулась.

– Оставайтесь внутри, леди Танар! – приказал человек.

Ага, сказала Дез. По крайней мере, мы не ошиблись с местом. Хорошо.

Несмотря на предупреждение, на балкон вышла женщина. Стройная, чуть ниже Никис, укутанная в богатые ткани, чтобы защититься от ночной прохлады. Она увернулась от вялых попыток затолкать ее обратно в комнату, подошла к перилам и вгляделась в тени внизу.

– Никис?

– Танар?

– Я думала, ты в Орбасе!

– Так и было. Мы получили письмо, которое ты отправила Аделису. И прибыли так быстро, как только смогли. Ты можешь спуститься и открыть мне дверь, пока твои собаки не утопили меня в слюнях? Наверное, нам лучше поговорить прежде, чем нас кто-то увидит.

– О боги. Оставайся на месте, я сейчас приду.

Леди Танар метнулась в дом. Беловолосый человек издал тщетный протестующий звук, дернулся было за ней, потом вернулся к своему пленнику, который представлял неведомую угрозу. Очевидно, он узнал голос Никис. Пен попытался подбодрить себя этой мыслью.

– Теперь мне можно встать? – робко спросил он.

Человек обдумал его просьбу.

– Медленно.

Пен подчинился. Человек жестом велел ему войти в гостиную. Бледная рука спрятала нож под одеждой, и человек повел плечами, позволяя кровожадному обличью растаять.

На нем четыре ножа, доложила Дез. Все отравлены. Она задумалась. По крайней мере, это снотворное. Все вещества разные.

При лучшем свете от зеркальных настенных подсвечников Пен разглядел, что радужки человека были тонкой карминной полоской. Скорее всего, они казались розовыми при свете дня, когда зрачки сокращались. Выщипанные белые брови. Лицо с правильными чертами и изящными скулами, пусть и напряженное. Старый шрам пересекал левый угол рта, создавая впечатление вечной усмешки, которую опровергал опущенный в настоящий момент правый угол. Перехваченная разноцветным шелком белая коса доходила до середины спины.

Надо же, он почти такой же красивый, как ты, Пен, сказала Дез.

Пен ее проигнорировал. Но мрачно попрощался со своим прежним мысленным образом одутловатого, застенчивого секретаря-евнуха, заменив его этой разодетой смертоносной белой змеей, готовой к броску.

– Мастер Боша, я полагаю?

Отрывистый кивок.

– А вы кто?

– Меня зовут Пенрик. В этом путешествии я выполняю обязанности посыльного мадам Катай.

– Вам известна цель этого путешествия?

– Да.

Карминные глаза сузились.

– Ясно. – Он сунул руку под свою рубаху. Пен напрягся, но ухоженная ладонь извлекла тонкий хлопковый носовой платок. Отглаженный и надушенный. Боша любезно вручил его Пену. – Не закапайте ковер.

– О. Благодарю вас.

Пен промокнул верхнюю губу, мокрую от крови. Это была цена шаманского принуждения собак, но пусть Боша думает, что причина в жестоком ударе дверью; быть может, он почувствует себя виноватым. Скорее всего, дело было и в том и в другом. Ткань промокла быстрее, чем остановилось кровотечение, но тут дверь, выходившая на внутреннюю галерею, открылась, и в комнату проскользнула леди Танар, за которой следовала Никис.

Когда Танар закрыла и заперла дверь, Никис прижала руку к груди и облегченно выдохнула, будто после трудного путешествия они наконец оказались в безопасности. Пен не разделял ее уверенности.

Танар встревоженно повернулась к Никис.

– Что с Аделисом? Где он? Мы слышали, что его ослепили в Патосе, а потом слышали, что он каким-то образом оказался в Орбасе, и во всем этом нет никакого смысла.

Никис сделала вдох, словно собираясь ответить, потом вопросительно посмотрела на Пенрика.

– Кипящий уксус применили неправильно, и благодаря заботливому уходу сестры к нему вернулось зрение, – пробормотал тот. – Как только это выяснилось, он бежал в Орбас, чтобы не дать агентам императора вернуться и повторить попытку.

Такова была официальная версия. Пенрик не собирался говорить, что за неделю восстановил наполовину уничтоженные глаза молодого генерала при помощи самой тонкой и сложной восходящей медицинской магии, что когда-либо применял. Ни здесь, ни где-либо.

Никис молчаливо поджала губы, не согласная с решением Пенрика, но уступила его желанию молчать.

– Герцог Джурго сразу нанял Аделиса и отправил его возглавить экспедицию против вторжения Русилли в Грабьят. Однажды Аделис уже победил русиллийцев, не получив за это императорской благодарности. Могу лишь надеяться, что Джурго обойдется с ним лучше. Едва ли он способен обойтись хуже.

Казалось, перекошенный рот Боша скривился в настоящей ухмылке при мысли о благодарности властителей. Он стоял в стороне, скрестив руки, и неотрывно наблюдая за Пенриком.

– Прошло несколько недель после отъезда Аделиса, когда ко мне в руки попало твое письмо, – продолжила Никис. – Не желая отвлекать Аделиса новостями, герцог дал нам с Пенриком денег, чтобы мы попробовали вызволить мою мать из Седонии и привезти в Орбас. Каким-то образом. – Она переводила взгляд с Танар на Боша и обратно. – Я не знаю, как вы сможете помочь мне, не подвергнув опасности себя, но, если вам по силам сделать хоть что-то, пожалуйста, сделайте.

– Разумеется! – воскликнула Танар. Но не Боша. – О, бедняжка! Из самого Орбаса, так быстро? Должно быть, ты ужасно устала. Прошу, садись. Тебе нужно что-нибудь выпить. – Она с сомнением посмотрела на Пенрика. – И вы тоже, э-э, мастер Пенрик.

Расплывчатое вежливое обращение, льстящее простому слуге. Пен не думал, что она приняла его за