Тень отступника - Артём Гармашов

— Или сразу разжаловать тебя и бросить в темницу?

Ризаан ждал этой угрозы с того самого дня на тракте. Подготовиться всё равно не получилось.

Сумрак скрывал дрожь пальцев и взгляд, который то и дело норовил уйти в сторону. Оставалось надеяться на голос.

— За то, что я упустил подозреваемого? — спросил он.

Последнее слово прозвучало выше, чем следовало.

— Подозреваемого? — переспросил Кейран с мрачной усмешкой. — Тархан Нар'миир — преступник, изменник, дезертир и твой старый друг. Мне доложили, что он примкнул к культу Хранителей и бежал за границу вместе с одним из проповедников этого культа. С теми, кто носится с россказнями Хойэлиона о встрече с Хранителем и полученном благословении, — илар чуть подался вперёд. — Хойэлион — главная угроза Кара'Тагу. А твой Нар'миир теперь среди тех, кто его возвеличивает.

Ризаан сглотнул. Перед глазами возникло обгорелое лицо странного человека, который почти каждый вечер сидел в «Трёх корнях». Тот говорил о богах, Хранителях и Великом Потоке и смеялся невпопад.

Неужели Нар'миир действительно ушёл с ним?

Нет. Скорее всего, разведка собрала обрывки сведений, связала их в удобную картину и передала Кейрану. Но спорить с этой картиной Ризаан не собирался.

— Нар'миир воспользовался нашей старой связью, — заговорил он, тщательно выбирая слова. — Я попытался призвать его к чести. Убедить вернуться и пройти дознание. Я верил, что он не виновен, и позволил прошлому повлиять на решение, — он выдержал паузу. — В этом моя вина. Я должен был передать преследование тому, кто смог бы действовать беспристрастно.

Кейран молчал.

В кабинете стало так тихо, что Ризаан слышал собственное дыхание. Илар смотрел на него, не мигая, и невозможно было понять, поверил он хоть одному слову или просто отмечает, где именно прозвучала ложь.

— Как же много «я», — произнёс Кейран наконец. Почти задумчиво. — Но смысл в твоих словах есть. Ты всегда считался рассудительным.

Ризаан не позволил себе выдохнуть.

— Это объясняет твой провал, — продолжил илар. — Но не заглаживает его. Теперь придётся доказать, что звание узденя досталось тебе не по ошибке.

— Только прикажите, что делать.

В голосе Кейрана появилась усмешка — невидимая в полумраке, но отчётливая.

— Нар'миир оставил здесь любовницу. Она может что-то знать. Если будет молчать, правду из неё выволочет раскалённая сталь.

Зубы Ризаана щёлкнули раньше, чем он успел сдержаться. Перед глазами вспыхнул грязный двор. Девять лет назад.

Фермер стоял на коленях, а Ризаан возвышался над ним с занесённым мечом. Имя тёмного эльфа давно стёрлось из памяти. Остались только глаза — уже пустые, хотя сердце ещё билось.

И другие глаза.

Молодая девушка смотрела с порога. Не кричала. Не плакала. Просто смотрела, пока Ризаан исполнял приказ.

Этот взгляд прошёл с ним через девять лет службы, повышения, битвы, любовниц и попытки убедить себя, что случившееся давно осталось в прошлом.

Ризаан моргнул. Поздно. Кейран уже смотрел ему в лицо.

— Не хочешь мучить её? — В голосе илара прозвучало удовлетворение. — Правильно. Мы не должны пытать своих без доказательств.

Ризаан медленно выдохнул. Кейран снова откинулся в кресле.

— Но Нар'миир не стал бы похищать посла Аэтель'Линда по собственной прихоти. Его наняли. Отставной офицер без жалования и прежних связей — удобный исполнитель. История стара как мир. Особенно для толстосумов, которым нужна грязная работа при безупречно чистых руках.

Кресло скрипнуло, когда илар вновь подался вперёд.

— Ты выяснишь, кто нанял Нар'миира, и приволочёшь заказчика к моим ногам. Вторая сотня в твоём распоряжении. Появятся основания — действуй. Допрашивай, пытай, громи лавки. Если потребуется, надави на любой из орденов. Но обо всём будешь докладывать лично мне.

Ризаан не шевельнулся. Кутанис. Если похищение Алдроса было заказом, за ним мог стоять только дядя. У него имелись связи в Аэтель'Линде, деньги и причины желать исчезновения посла. А главное — ему доверял Нар'миир.

Теперь Ризаану предстояло найти заказчика. Допросить. Возможно, пытать. Приволочь к ногам Кейрана.

Собственного дядю.

— Приступлю с рассветом, — сказал он прежде, чем успел обдумать ответ. Голос на этот раз не дрогнул. — Разрешите идти?

Кейран откинулся на спинку кресла. Старая кожа протяжно заскрипела.

— Уже успел отвыкнуть от радостей жизни вне лазарета? — В голосе илара промелькнуло нечто отдалённо похожее на участие. — Понимаю. Но сначала…

Он не договорил. Пальцы сложились в быстрый кривоватый жест. Ризаан не успел его разобрать. Дверь в боковой стене мягко подалась внутрь, будто её толкнуло ветром.

Из соседней комнаты вышла тёмная эльфийка. На первый взгляд — молодая. Но насыщенно-синие глаза смотрели слишком спокойно для молодости. Ризаан попытался понять, настоящая ли это уверенность или хорошо отработанная маска.

Тёмно-синее платье было слишком дорогим для казармы и слишком простым для дворца. Военной она не была. К известным ему орденам тоже не принадлежала.

В одной руке эльфийка держала свечу. В другой — свёрнутое личное дело. На внешнем листе Ризаан сразу разглядел собственное имя и портрет.

Кейран лениво повёл ладонью в её сторону.

— Гюльхан. Моя хорошая знакомая. Она поможет там, где прежняя дружба с Нар'мииром способна повлиять на твои суждения.

Кровь ударила Ризаану в виски.

— Благодарю, илар. Но как мне постоянно держать её при себе? Женщина при сотне вызовет вопросы.

— Мне плевать, как ты это объяснишь, — ответил Кейран почти лениво. — Назови её жрицей Призрака. Или личной шлюхой. Для потомка богатого рода ничего необычного. Главное — выполни приказ. Иначе отправишься вслед за Карвеком.

Имя бывшего узденя осталось лежать между ними.

Ризаан не спросил, что именно с ним произошло. Темница, разжалование или что-то хуже — сейчас это не имело значения. Важно было лишь то, что та же судьба могла ждать его самого.

Он кивнул и посмотрел на Гюльхан. Она ответила лёгкой улыбкой. Ризаан не понял её значения. Насмешка, приветствие, обещание — лицо эльфийки не давало зацепиться ни за одно толкование.

Что-то в ней было не так. Но назвать это он пока не мог.

Кейран коротко махнул в сторону выхода. Ризаан развернулся и покинул кабинет. По шагам за спиной понял, что Гюльхан последовала за ним.

Они прошли тёмный коридор и начали спускаться. На площадке между вторым и первым этажами, где Кейран уже не мог их услышать, Гюльхан заговорила:

— О легенде не беспокойся. Выбери ту, что придётся тебе по вкусу, а я позабочусь, чтобы в неё поверили.

Голос оказался ниже, чем ожидал Ризаан. Спокойный, деловой, без насмешки или угрозы.

Пальцы сами впились в пояс.

* * *

21.08.935 Эпохи «Совета десяти»

Рыночная площадь