Вечное море - Го Цзинмин

* * *

Силуэты Ци Ла и Гильгамеша проступили из золотого свечения.

Пышный и аккуратный хвойный лес вокруг них исчез, раскинутые по сторонам обломанные деревья свидетельствовали, что они оказались в области волнений духовной силы.

Первый князь посмотрел вперед, на линии горизонта уже отчетливо проглядывались очертания огромного лотоса.

– Почему ты открыл врата сюда? Не лучше сразу опуститься на поле битвы?

– Я не знаю, до какой точно степени успел пробудиться Милосердие, а слепо вступать в битву слишком опасно.

Гильгамеш кивнул и обернулся, чтобы продолжить разговор, но вместо этого увидел обнимающего огромную ель Ци Ла: князь легонько касался ствола дерева щекой, словно прислушиваясь к чему-то.

– Что ты делаешь? – не удержался Первый князь.

– Прислушиваюсь к силе. – Ци Ла отвел лицо от коры. – Не все могут чувствовать ее на огромных расстояниях с такой же точностью, как ты или Тэрэя.

– И это ты называешь восприятием силы? Со стороны, знаешь, выглядит глуповато… Что так вообще можно услышать? – Гильгамеш горько усмехнулся. – Если хотел узнать обстановку впереди, мог просто спросить меня. Они пока живы, но если не поторопимся, то это может измениться. Один из них только что завладел огромной духовной силой, его личный предел резко и сильно подскочил. Если моя догадка верна, то этот кто-то – Ю Мин. Понятия не имею, как ему удалось это провернуть. Что ж, новые князья полны сюрпризов.

– Не скромничай, ты вполне крепок. Разве кому-то под силу тебя одолеть? – нахмурил брови Ци Ла и, посмотрев на Гильгамеша, на лице которого по-прежнему играла улыбка, вздохнул. – Поспешим.

– Вполне… крепок… Звучит не очень-то и приятно…

– Хватит разговоров, пойдем. – С этими словами Ци Ла стремительно ринулся вперед.

Гильгамеш нагнал его и занял позицию сбоку, чуть впереди, на расстоянии шага от Ци Ла, слегка заслоняя Третьего князя – он невозмутимо закрыл Ци Ла собой, потому что понимал, что с каждым их шагом вперед вероятность опасности возрастала.

Ци Ла вскинул голову на двигавшегося впереди него Гильгамеша, но не сказал ни слова. Он тихонько поднял руку, и в его ладони быстро вспыхнула и исчезла полоска платинового света, серебристой рыбкой скользнув меж его пальцев. Огонек бесшумно полетел к той самой ели, к которой мгновения назад, приложив голову, прислушивался князь. Однако прямо перед тем, как пронзить ствол дерева, свет неожиданно поглотила искривившая пространство рябь. В лесу не раздалось ни одного лишнего звука, лишь продолжала завывать метель.

* * *

Прижавшись к стволу того дерева, Ци Ла обратил его во врата.

Платиновый огонек, коснувшись их, переместился на ту сторону.

Но что именно она скрывала?

* * *

Силуэты князей на невероятной скорости неслись вперед.

Пытаясь поспеть за Гильгамешем, Ци Ла прибегнул к своему дару.

Он не хотел, чтобы спутник заметил, что с ним было что-то не так, что в эти самые мгновения его духовная сила безостановочно и быстро сокращалась.

Четыре года назад. Западная империя Асланд, Зеленые острова на озере Уинь

В подземном туннеле стояла сырость и темнота, он был настолько узким, что в нем едва могли разойтись двое. Древние стены обросли толстым мхом и плесенью, выглядело так, словно сюда многие годы никто не заглядывал. По обеим сторонам с промежутком в двадцать-тридцать метров висели блеклые лампы, из-за чего туннель представлял собой своего рода удручающую череду светлых и темных участков, казалось, он раз за разом выходил на свет и раз за разом погружался во мрак.

Инь Чэнь присмотрелся к горючему в нишах и решил, что там никак не могло находиться привычное масло для ламп, оно давно бы закончилось, его необходимо часто менять, а этот туннель выглядел заброшенным и им вряд ли кто-то пользовался. В нишах стен светились натуральные камни: особый тип камней, которые горели на низкой температуре и при этом крайне медленно и стабильно – обычно маленький кусочек подобного минерала мог находиться в состоянии горения на протяжении многих лет. Они редко встречались на землях Асланда, поскольку их месторождения находились в крае земли. Инь Чэнь слышал, как Гильгамеш упоминал, что их подземные дворцы в освещении полагались в основном именно на этот минерал.

Глубокий длинный туннель тянулся в неизвестном направлении, однако было очевидно то, что выход из него точно имелся, потому что по всему подземному ходу гулял воздух, и очень спокойно, отчего и лампы горели ровно. Вот только внутри стоял ужасный холод, должно быть, он находился под озерной водой.

Инь Чэнь смотрел на туннель перед ним, не желая делать шаг вперед. Ему было все равно, куда вел этот ход, до тех пор, пока движение вперед значило для него отдаление от Гланша. От мысли о том, что сейчас на поверхности Гланш в одиночку противостоял Тэрэе, Инь Чэню казалось, что он и не переставал падать, он чувствовал в сердце то приносимое ужасом ощущение потерянности, которое, словно монстр, поглощало его здравый рассудок и ощущения. Где-то капала вода.

Апостол небес поднял руку и, вытерев слезы в уголках глаз, сосредоточился на источнике. Он пошел вперед, звук становился отчетливее, Инь Чэнь остановился на влажном участке земли.

В стенной нише свет давно погас, а впалое углубление заполняла вода, и большая часть стены сочилась влагой. Юноша припал к ледяной поверхности ухом – едва различимый звук воды шел с другой стороны.

Он отступил на два шага, его взгляд засиял, а дыхание слегка участилось, и поднял руку, призывая духовную силу: просачивающаяся сквозь трещинки в стене озерная вода начала замерзать, кристаллы льда в разломах расширялись, и все больше воды стекало внутрь. Инь Чэнь резко сжал ладонь, и с громким взрывом застывший лед пробил в стене огромную дыру, а яростный поток холодной воды ворвался в туннель.

* * *

В свете луны тело Дун Хэ неподвижно лежало у берега озера. В холоде ночи оно быстро окоченело.

В глазах Гланша стояли слезы, от ужаса, смешанного с гневом, его взгляд горел звериным красным огнем. В обеих руках он сжимал длинные и узкие острые лезвия из черного металла, будучи Апостолом земли, он первым из троих апостолов добыл духовное орудие. Тонкие клинки, напоминающие пару листовидных кинжалов, назывались Черной казнью, это орудие выковали из черного металла крепче темной стали, и, помимо невероятной прочности, оно было крайне легким и невероятно простым в использовании. Сила Гланша лежала в его молниеносной скорости и резких вспышках мощи, поэтому, когда в его руках появлялись кинжалы, они превращались в две черные молнии, которые с легкостью разрубали все, что попадалось у них на пути, словно он был охотником, точно орудующим