Сезон костей. Бледная греза - Саманта Шеннон

«Курьер» опубликовал огромную статью, где говорилось, что Кахал Белл, министр иностранных дел Ирландии и ярый сторонник Сайена, пригласил инквизитора Мэйфилда в Дублин. Встреча двух чиновников должна была состояться первого февраля 2046 года в Айв-хаусе, штаб-квартире министерства.

Загвоздка в том, что Мэйфилд не собирался в Дублин. Белл нарочно пустил «утку», чтобы выманить главных бунтарей – активистов, студентов, знаменитостей, оппозиционных политиков – на улицы близ сквера Сент-Стивенс-Грин.

Накануне, когда тетя Сандра укладывала меня спать, военные корабли Сайена вошли в Дублинский залив. Утром агенты Якоря испортили телефонные вышки, а вооруженные солдаты открыли огонь по демонстрантам.

Никто из нас не был готов к перестрелке.

Никаких экстренных служб, никаких предупреждений, ни единого шанса спастись.

По официальной версии, первые выстрелы прозвучали на Графтон-стрит, у статуи Молли Малоун.

Наверное, я снова задремала, а когда очнулась, не сразу поняла, где нахожусь. Щеки свело судорогой – настолько ярким было воспоминание.

Поднялся ветер. Я кое-как разлепила веки и всмотрелась в темноту. Судя по очертаниям, я лежала в тесном сарайчике – очень похожем на тот, где держали Нулу, – накрытая куском брезента; наружу торчали голова и ладонь.

– Страж, – хрипло позвала я.

Тишина.

Холод проникал под пальто. Стуча зубами, я направилась к двери. Левый карман что-то оттягивало. Фонарь. Его луч высветил поляну в окружении вековых деревьев.

Дыхание перехватило. Порывшись в другом кармане, я достала небольшой конверт, надписанный знакомым почерком, и не колеблясь сорвала сургучную печать.

Нашира приказала подвергнуть тебя второму испытанию. Мне бы хотелось отсрочить этот момент, дать тебе время восстановиться после переселения, однако моя осторожность переполнила чашу терпения наследной правительницы.

Прошло уже девять дней, однако меня продолжали мучить мигрени. Глаза забегали по строчкам.

Лес Висельников, окружающий наш город, таит в себе множество опасностей. Твоя задача – вернуться к рассвету. Сигнальный флажок будет на Черуэлл-Мидоу.

В ящике слева ты найдешь все необходимое. Используй свой дар. Доверься инстинктам. И сделай одолжение, переживи эту ночь. Не хочется докучать тебе спасением.

Удачи, Пейдж.

Я смяла в кулаке записку. Мозг лихорадочно заработал. В голове сохранились обрывки воспоминаний: в преддверии очередной тренировки с Меропой я спускаюсь в гостиную, где Майкл ждет меня с чашкой чая. Какой идиоткой надо быть, чтобы его выпить!

– Ублюдок! – прошипела я.

Сначала Страж с помощью Майкла напичкал меня снотворным, а потом бросил в лесной чаще. Вот тебе и уважение. Впрочем, чего ожидать от рефаима.

Я постаралась успокоиться. Чему быть, того не миновать. Нашира знала, что я готова ко второму испытанию, а Лисс предупреждала, что случится все спонтанно.

Лес Висельников шуршит и поскрипывает. Зато в эфире царит затишье, значит, на целую милю кругом ни одной живой души. В такой ситуации мой дар совершенно бесполезен. Рабдомант смастерил бы волшебную лозу и по ней отыскал дорогу. Прорицатели всех мастей умеют ориентироваться в лесу по веточкам, листьям и даже цветам.

В сараюшке стоял армированный ящик. Внутри обнаружилось очередное послание от Стража.

Осторожнее с дротиками, они заряжены очень сильной кислотой. В самом крайнем случае используй ракетницу – алые сразу явятся на подмогу, но испытание ты провалишь.

Берегись льда. Не ходи на юг.

Я посветила на содержимое ящика: сигнальная ракетница, зажигалка с откидной крышкой, армейский нож, шприц с адреналином военного образца, три герметичных дротика с надписью «Гексафтороантимонат водорода», пневматическое ружье. И ничего огнестрельного.

Естественно, никто не удосужился снабдить меня огнеметом или винтовкой. Нормальная защита испытуемым не полагается.

На дне лежали наручные часы с голубыми фосфорными стрелками, они показывали почти половину второго ночи. Светать начинало около пяти.

Я мечтала провалить первое испытание, но не второе. Преимущества алой туники позволят хоть немного облегчить жизнь уличным артистам во главе с Лисс.

Изо рта вырывались облачка пара. Если не хочу замерзнуть насмерть, надо шевелиться.

В ящике обнаружился свернутый рюкзак. Застегнув на запястье часы и пониже натянув капюшон, я аккуратно зарядила ружье, прицепила к поясу нож, сунула в карман шприц, а остальное – в рюкзак.

Потом встала и шагнула за порог. Под ногой хрустнуло. Фонарь озарил кольцо из белых крупинок вокруг сараюшки. Помедлив, я взяла щепотку белых кристаллов и попробовала на вкус.

Соль. Страж зачем-то начертил соляной круг.

Я застыла, лихорадочно соображая. Если верить Джексону, соль, равно как и песок, и землю, используют для ворожбы, вот только я не прорицатель. Следовательно, кристаллы предназначались не мне.

Представляю, как Страж сидит у камина и коршуном смотрит на часы в полной уверенности, что гордыня вновь застит мой разум.

Он даже не догадывается, через что мне пришлось пройти. Пора напомнить мерзавцу, что меня рано сбрасывать со счетов.

В записке сказано: «Не ходи на юг». Читай – иди на север. Я отыскала на небе Полярную звезду.

В том направлении темнел непролазный лес. Я уже собиралась тронуться в путь, но в последний момент оглянулась. Там через поляну стена высоких сосен и елей, но чаща не кажется непроходимой.

Не ходи на юг.

Что кроется за этими словами? Совет или предупреждение? Во мне взыграло любопытство.

Оксфорд лежит к северо-западу от Лондона. Южная тропа выведет меня куда надо. Доберусь до конца владений рефаимов, посмотрю, что же там за страшные преграды, и, если повезет, слиняю.

В кронах шелестел ветер. Сейчас или никогда.

Я развернулась и двинулась на юг.

После ливня земля размякла; рыхлая, влажная почва скрадывала звук шагов. Я петляла среди необъятных сосен, временами переходя на бег. Могучие стволы окутывала странная дымка и покровом стелилась по земле. Только бы фонарь не сдох раньше времени. Никогда не боялась темноты, однако после без малого трех месяцев в тесной компании Стража гробовая тишина и безмолвие действовали на нервы.

Двухвековые сосны надежно скрывали город от посторонних глаз. Интересно, успел ли репортер из «Бунтаря» увидеть их прежде, чем его столкнули в кювет? Наверняка его машина гниет где-нибудь в чаще. И труп бедолаги тоже.

Чем дальше, тем сильнее грызли сомнения в разумности моего предприятия, и тем стремительнее сокращались шансы пройти испытание. Взгляд шарил по веткам, высматривая камеры наблюдения. Собравшись с духом, я ускорила шаг. Нужно выиграть время для отступления.

Внезапно я остановилась, вспомнив предостережение Лисс: «Задача алого патруля – не подпускать эмитов к линии газовых фонарей. Подозреваю, отдаленные территории нашпигованы минами и ловушками».

Похоже, Страж завуалированно советовал не забираться на отдаленные территории. Я застыла как вкопанная, навострила уши. Луч