Перековка. Малый Орден - Михаил Павлович Игнатов

жалкие Тюремные пояса. Даже закройся мы наглухо, запечатай все известные переходы за один день, что ты будешь делать с Вратами на границе с Третьим? Их закрыть с нашей стороны нельзя. Нельзя с тех самых пор, как Рам Вилор перестроил систему Поясов, — Иликан покачал головой. — Нет. Нет, нет и нет. Такое ощущение, что ты ничего не продумал, прежде чем начинать подобный разговор. То, что ты предлагаешь, — глупость.

Я крепко сжал зубы, чтобы не ответить сразу теми словами, что рвались из меня. Справившись со злостью, спросил, сдерживаясь и проверяя каждое своё слово:

— Эта глупость родилась здесь и сейчас лишь в ответ на ваше нежелание помочь нам с наказанием Дизир и смещением Гарой. И из-за чего? Из-за роста силы Ордена? В Империи закрывают глаза на возрождение Небесного Меча, а вы испугались.

— Впервые слышу, что в Империи на что-то там закрывают глаза, — процедил Клатир, скорее чаше, чем мне. — В прошлый раз ты просил прикрыть свою фракцию. Меня, тюремщика, просил, — зло рассмеялся Клатир. — Ты же даже переименовал её в Сломанный Клинок, чтобы обмануть ту самую Империю.

— Да, всё так, — согласился я. — А ещё я повесил над своим городом флаг с этим самым клинком, который на самом деле меч. Поставил на главные должности бывших орденцев и вовсю пользуюсь их умениями. Да-да. Все, конечно же, верят, что это я такой молодой и умный и Клинок никакого отношения к Мечу не имеет.

— Всё дело в том, что тебя прикрывает один из сочувствующих нам братьев, — заметил Клатир. — Но это тоже только лишь вопрос времени, когда о вас станет известно поближе к столице и когда старшие из Стражей обратят на вас внимание. Известность — ваш враг и враг безжалостный.

— Куда уж известнее? — я развёл руками. — На нас напали, вызвали в Истоке Небесное Испытание, а затем за это были лишены звезды фракции и получили запрет на выход в Дикие Земли. Куда известнее? О Сломанном Клинке слышали все в Империи.

Клатир и Иликан переглянулись. Но в этот раз спросил Клатир и спросил, вновь глядя на меня:

— А кто из братьев прикрывает вас?

— Если уж ты не знаешь, какой брат выполняет твою просьбу, то и я не знаю, — уколол я и пожал плечами. — Могу лишь сказать, кто пришёл на Испытание и разбирал это дело, а теперь то и дело приносит мне задания, — скривился я, вспомнив, — от которых не отказаться и буквально заставляет получать звёзды фракции.

— Ну, — поторопил меня Клатир.

— Холгар.

— Кто? — переспросил Клатир, словно его, Властелина, мог обманывать слух.

— Холгар, — повторил я.

— Да быть того не может, — выдохнул Клатир. Помотал головой. — Не может такого быть.

Я развёл руками:

— Я точно не вру. Он представился всем в городе. Да вон, — мотнул я головой в сторону пустоты у окна. — Пересмешник видел его в тот день.

Клатир вновь помотал головой, вместо него заговорил Иликан, медленно и задумчиво:

— Мы не говорим, что это неправда. Нам просто… сложно уложить это в голове. Если бы нам сказали назвать два имени, двух Стражей, которые меньше всего сочувствуют нам и дальше всего от нас, то Холгар было бы одно из них. Прикрыть пытающийся обмануть всех именем Орден Небесного Меча? — теперь и Иликан покачал головой из стороны в сторону. — Невозможно. Помогать тебе набирать звёзды фракции? Не укладывается в голове. Либо ты чего-то не понимаешь в его намерениях, либо мы чего-то не знаем о последних новостях Империи.

— Ничего не могло заставить Холгара, того самого Холгара, который пинками вышвыривал нас сюда, изменить своё решение. Верный пёс реола Брамута, — зло процедил Клатир.

— А та странная весточка от Тройло?

— Не верю, — всё так же зло процедил Клатир.

Неожиданно встал Хорит, склонился перед Стражами:

— Старшие. Я не знаю ничего о новостях Империи, но мне уже немало лет, я долгие годы управляю Орденом и знаю многое о Втором поясе, и скажу прямо, простите меня за мою непочтительность.

Несколько вдохов все молчали, но затем на улице раздался резкий крик лоточника, следом Иликан медленно кивнул, и Хорит тут же продолжил:

— Фракции приходят и уходят, и все в Поясе ощущают за спиной незримый взгляд Стражей. Во времена моего учителя клан Гарой стал тем, кем он является и сейчас, — первым кланом Пояса. Но с тех пор он не только набрал сил вдвое, но и впятеро набрал наглости и обид от других кланов, которых он обошёл с талантами Первого или с несправедливыми решениями. Вы и сами на турнире видели, что часто эти решения принимаются не по справедливости и насколько Гарой стали наглыми, решаясь исказить даже ваши слова. Я скажу так — перемены в Поясе назрели, и десятки фракций поддержат смещение Гарой и возвышение Тириот.

Иликан медленно повёл подбородком из стороны в сторону:

— Но спорим мы не о Гарой, младший. Мы спорим о Небесном Мече.

— Ордену Небесного Меча не впервой принимать удары врагов. Но есть ли вашим старшим братьям до нас дело? Сомневаюсь. Судя по тому, что мы, — Хорит поклонился ещё раз Иликану, — узнали после турнира с вашей помощью, это личное дело клана Эрзум. А личное дело и нарушение правил одним отдельным кланом — это совсем не то, что императорский клан или сами Стражи.

— Разумно, — протянул Иликан.

— Безумно, — отрезал Клатир.

— Я уже щёлкнул Эрзум по носу.

— Не их, а дела, которые они провернули.

— В нашем Поясе. В месте, где и пальца их не должно быть.

— Пальца? Если думал меня рассмешить, тебе это не удалось.

— По сути, от нас не требуется ничего, кроме как скрупулёзно выполнить то, что мы должны выполнять.

— Тогда уж мы должны сообщить о Леграде и его побегушках туда-сюда через барьеры. Но мы же этого не делаем.

— Я говорю о том, что должно принести нам пользу, а не навредить.

— Не все братья готовы будут вот так выкручивать правду.

— Вот уж про кого точно можно сказать, что они живут с закрытыми глазами.

Глупо было влезать и вмешиваться, но я это сделал и кашлянул, напоминая о себе:

— К-хм!