Перековка. Малый Орден - Михаил Павлович Игнатов

Ладно, чуть выше крепкого Мастера, почти пик этапа. Для его возраста — ничто. Что за отброс им прислали из Третьего пояса? Хотя и прошлый не блистал.

— После того, как наши с тобой пути разошлись, мы… — Клатир сбился, нервно тронул пальцами длинный рукав халата, продолжил, — … я многое переосмыслил, поэтому со вторым нашим ростком решил действовать открыто и уделять ему больше внимания. Тенай немного разбирается в начертаниях и формациях, но его главный талант — это любознательность и острый ум, позволяющие ему на многое взглянуть с другой стороны, заметив его, мы… я взял его под крыло Стражей, обучаю и, как видишь, даже не скрываю, что ты его предшественник и с тобой у нас не сложилось.

Я с некоторой оторопью выслушал всё это. Не Третий пояс?

— И нет, в ближайшее время он не станет шэном, и, тем более, я не повторю ошибки и не отправлю его в город Тысячи Этажей, — дальше Клатир продолжил уже мыслеречью: — Надеюсь, ты не обижаешься, Леград, что он занял твоё место и я… направляю его совсем не так. Это лишь благодаря тебе!

Обижаюсь? Моё место?

Кажется, мой взгляд был настолько красноречив, что Клатир, выпалив последнее, замолчал. Зато парень… вернее, Тенай поднял взгляд над руками, встретился со мной взглядом и покачал головой:

— Я трезво оцениваю свою удачу, старший. Там, где вы выжили, я просто сдохну.

Я моргнул, отводя взгляд от Клатира, чуть шевельнул рукой, позволяя Тенаю разогнуться, кивнул:

— Скорее всего, так и будет.

Хорит, даже не подозревая, что я только что услышал, предложил:

— Присядем, собратья идущие.

Я кивнул ещё раз и сел так, чтобы Иликан заслонял мне своей спиной левое зеркало на колонне. Правое… Я на миг поджал губы, и оно беззвучно покрылось сотнями трещин. Разобрать в нём что-то стало решительно невозможно. Не понять, какого цвета у меня волосы, не то что есть ли какие-то там искры в глазах. Я старательный ученик, Пересмешник.

Иликан налил мне и Хориту вина. Я взял чашу, вдохнул аромат алого содержимого, делая вид, что что-то там понимаю, а затем поставил чашу обратно, но Иликан понял это как приглашение двигаться дальше.

— Итак, — он тоже оставил чашу. — Объясниться и устранить взаимные обиды — это было очень важно…

Устранить… Скорее, простить им многое. На время. То, что мне лгали, я забывать не собираюсь. Но я не просто вольный идущий, а глава Малого и Большого, Скрытого и Сломанного и так далее. Личные обиды не должны мешать делу. Главное, чтобы Стражи не вздумали обмануть и в этом общем деле. Но и то, что мне спасали жизнь, я тоже не собираюсь забывать.

Иликан спросил:

— Но что это за важное дело, которое вы хотели обсудить?

— Дело будущего нашего Пояса, — ответил Хорит.

— Интересно, но расплывчато.

— Хорошо, если старший желает услышать прямо, я буду говорить прямо, — Хорит сцепил пальцы и твёрдо сказал: — Мы хотим вернуть позиции Ордена. Сделать его второй по силе фракцией в Поясе.

— Второй? — вскинул брови Иликан. — Почему же не первой?

— Ордену это не было интересно в прошлом и не будет интересно в будущем. Но мы хотим заменить Гарой на Тириот и просим Стражей Границ поддержать нас в наших задумках.

Стражи переглянулись. И не только.

— Это… что я только что услышал?

— Полагаю, то же самое, что и я.

— Они решили отыграться за обиды и думают, что мы их поддержим? Они безумцы?

— Спокойно, брат.

Мне тоже пришлось это повторить про себя. Спокойнее, Леград, спокойнее. Тот же Пересмешник называет тебя безумцем через два раза на третий, и ничего. Ты не привык?

— Зачем вам это нужно? — мягче, чем только что в мыслеречи, спросил Иликан, он откинулся назад, чуть прищурился.

— Что «это», старший? — переспросил Хорит. — Стать сильнее? Стать сильнее желает любой, кто вступил на путь к Небу. Хорошо, не каждый, но девятьсот девяносто восемь идущих из тысячи, даже если не признаётся себе в этом. Зачем мы хотим сменить клан Гарой? Вам, старшие, лучше многих должно быть известно, насколько за последние годы клан Гарой… заелся.

Упавшее слово было тяжёлым, и выразился Хорит прямее некуда.

— Он пытается задушить другие фракции, отбирая таланты прямо во Вратах. Закрывает глаза там, где нужно глядеть в оба, но пристально вглядывается в мелкие оплошности, если кто надо положит ему в карман духовных камней. Орден всегда был праведной фракцией и не желает этого терпеть.

— Орден, — процедил Клатир. — Говори уже полностью. Орден Небесного Меча. Орден, который распущен.

— В Империи, но не здесь, — осадил я его.

— Ты отделяешь этот Пояс от Империи? — поднял брови Клатир.

— Не только этот Пояс, а все Тюремные пояса, — криво улыбнулся я. — Они так и не стали частью Срединной Империи.

— Потому что Срединная Империя давно стала Поднебесной, — возразил мне Иликан.

— Для вас, которые могут перейти в неё в любое время — возможно, но для тех, кто на самом деле заперт здесь, Тюремные пояса — есть Тюремные пояса.

— Вот уж ты особенно заперт здесь, — фыркнул Клатир, раздувая ноздри. — Здесь мы тебя прикрываем, в Пятом ещё кто-то из братьев и не из самых простых братьев, хочу заметить. И при этом ты…

— Погоди, Клатир, — перебил его Иликан. — Что это за странный упрёк про нас, которые могут уйти в любое время? Разве Клатир не объяснил тебе, что мы тоже здесь не по своей воле и никуда уйти не можем?

Бедный Тенай с круглыми глазами только и успевал, что переводить взгляд с меня на своих учителей. Что, не видел, как его старшие, могучие Властелины и великие Стражи Границ могут ругаться, словно простые идущие?

Я усмехнулся:

— Но сходить на аукцион за Сущностью Жизни это не мешает? Вы уж определитесь: либо можете сходить и помочь, либо не можете и заперты здесь.

— Что? — нахмурился Иликан, морща лоб.

Зато всё отлично понял Клатир:

— Так вот оно что… — выдохнул он. — Вот что задело тебя в прошлый раз! — помолчав, он вдруг припечатал: — Тупоголовый!

Я усмехнулся вновь, решив, что он так про себя, но через миг,