Кьяроскуро - Горан Скробонья

«В последний раз, когда я была здесь, вы познакомили меня со своей женой. А это кто?»

– Мой сын и наследник, богиня. Принц Хашур.

Она осматривает тебя с головы до ног, задерживает взгляд на мускулистой груди и животе дольше, чем ты мог надеяться. Ты чувствуешь одновременно огромное удовольствие, желание, которое почти физически причиняет боль, и непрошеный неприкрытый страх. Ты хочешь что-нибудь сказать, но язык будто прилипает к небу, а она уже отворачивается.

«Великий царь, если не ошибаюсь, вы говорили о каком-то пире?»

Тронный зал украшен статуями и рельефами, освещен факелами, которые потрескивают и дымят в темные высоты скрытого потолка. Легкий ветерок доносит запах реки через окна, рабы тихо приносят и уносят миски с едой и кувшины с вином. Немногочисленные гости болтают и соревнуются за внимание Инанны. Кроме царской семьи, здесь только Энси, верховный жрец, три богатейших дворянина Ура и посланники из десяти близлежащих подчиненных городов с женами. Ты садишься рядом с Инанной, потому что она показывает царю, что хочет этого, и украдкой наблюдаешь за странным, плотно облегающим ее тело материалом, который абсолютно ничего не скрывает. Ты задаешься вопросом, как эта одежда может защитить от чего-либо, и в то же время пылаешь желанием прикоснуться к ней. Инанна весела и любознательна, ей хочется попробовать все – от моллюсков до оленей, пойманных на далеких лесистых холмах над Тигром. Ей хочется знать, как жители Ура строят дома и дворцы, как записывают на глине истории для потомков, как лепят и вырезают, шьют и прядут, как представляют окружающий мир. Когда ты уже думаешь, что не сможешь сдержаться и приложишь руку к ее священному пути, рискуя подвергнуться вечному изгнанию в Иркаллу, она отодвигает от себя кувшин с вином и обращается к царю:

«Скажи мне, великий Шульги, для чего это?»

Царь следует за ее взглядом и понимает, что она спрашивает о возвышении на другой стороне зала, на котором стоит большая кровать с тростниковыми колоннами и белыми воздушными занавесками. В растерянности он перебирает седые кудри длинной бороды, и ему на помощь приходит царица:

– О богиня, это часть ежегодного ритуала, посвященного тебе… Но, возможно, Энси лучше объяснит.

Инанна хмурится и смотрит на верховного жреца, который выглядит удивленным, но умудряется взять себя в руки и встать.

– Ритуал таков: царь и царица вступают в священный брак, как ты, богиня, и твой муж Думузи… Народ Шумера собирается во дворце, в доме, который управляет страной, чтобы посмотреть на место, где Инанна заснет. Люди натирают тростник душистым кедровым маслом, на кровати расстилают свадебную простыню, чтобы порадовать сердце и подсластить брачные утехи Инанны и Думузи.

Все молчат и не сводят глаз с Энси, он на мгновение оглядывается, желая увидеть лица собравшихся, прежде чем вновь повернуться к богине, которая смотрит на него не моргая.

– Царица омывает свою священную промежность, – продолжает он нерешительно. – Инанна омывает священную промежность Думузи тоже, разбрызгивает ароматное масло на пол… Царь идет с поднятой головой к брачному ложу, как Думузи идет с высоко поднятой головой к ложу и Инанне. Он ложится рядом с ней на кровать, нежно ласкает, шепчет слова любви: «О моя святая драгоценность! О моя замечательная Инанна!» Он входит в священное лоно, чтобы царица возрадовалась, как Думузи входит в священное лоно, чтобы возрадовалась Инанну. Царица обнимает его и шепчет: «О Думузи, ты воистину моя любовь!»

Царь просит людей войти в большой зал, люди приносят подношения и сосуды, сжигают еловую смолу, проводят ритуалы омовения и оставляют ароматные благовония.

Царь обнимает возлюбленную, как Думузи обнимает Инанну. Инанна восседает на царском троне и сияет как божий свет. Царь рядом с ней сияет как солнце. Он собирает народ Шумера, музыканты играют для царицы так громко, что могут заглушить даже бури, они используют духовые и струнные инструменты, доставляют радость всем, хотя играют лишь для Инанны, чтобы ее сердце танцевало. Царь берет еду и питье, пирует как Думузи, дворец празднует, и царь счастлив в священном месте, где песнями чествуют Инанну.

Она украшает мир, она – радость Шумера! Народ наслаждается изобилием, а царь стоит перед всеми в радости, восхваляя Инанну, восхваляя богов и собравшихся: «Жрица мира! Созданная из небес и земли, Инанна, первая дочь Луны, владычица вечера! Я пою во славу твою!»

Энси замолкает, и в тишине зала слышно только потрескивание факелов на стенах. Секунды превращаются в минуты, минуты грозят растянуться в часы. Но богиня прерывает тишину.

«Я здесь, а Думузи нет. Здесь сейчас и царь, и царица тоже».

Сколько ты себя помнишь, еще никогда ты не видел отца таким растерянным.

– Богиня, нам не нужно сегодня проводить этот ритуал…

«О, но он мне понравился. Не хочу нарушать такую… интересную традицию. Мне кажется, я знаю, как мы с этим справимся».

Инанна встает, и ты не можешь смотреть на ее тело, потому что боишься взорваться от безудержной похоти.

«Ты. Сегодня вечером ты будешь моим Думузи».

Ты видишь изумленные лица, через несколько мгновений поворачиваешь голову, смотришь в ее глаза цвета ляпис-лазури и только тогда осознаешь, что богиня говорит с тобой.

Ты называешь ее своей Гитлам, своей возлюбленной, называешь ее Хили, красавицей, потому что она и есть богиня неземной красоты. Ни одна шумерская женщина не сравнится с ней, все их прелести для тебя меркнут. Инанна принимает твое обожание с улыбкой, уверенно и беззаботно. Она знакомит тебя с настоящим искусством любви, и твое тело горит от ее прикосновений, как никогда раньше.

После праздника жизнь в Уре возвращается в нормальное русло, насколько это возможно, никто уже не удивляется, что богиня ходит среди его обитателей. Люди пребывают в приподнятом настроении, они счастливы, в городе царит всеобщее удовлетворение и даже гордость за то, что Инанна выбрала своим спутником принца Хашура, показывая тем самым, насколько близок ее сердцу Ур и все, кто в нем живет.

Однажды Инанна приводит тебя на свой корабль. Ты поднимаешься на него с благоговением, прикасаешься к гладким поверхностям из незнакомых материалов, которые больше напоминают живую ткань, чем дерево или металл. Ты зачарованно наблюдаешь за мерцанием тонких линий, похожих на нити вен, пронизывающих стены и пол. Инанна проводит рукой по воздуху, и из ниоткуда появляется цветной рисунок, плывущий над странным пульсирующим полом. Ты понимаешь, что изогнутые синие линии изображают реки, зеленые и