В сердцах холодный лед - Ольга Токарева

До дома купца добрались без происшествий. Постучав в дверь, дождалась прихода слуги и попросила его проводить меня до Нэда Гурда по срочному делу.

Нэд оказался типичным представителем купеческой гильдии, видимой мною во множествах фильмах. Тучный мужчина лет пятидесяти с выпирающим животиком. Темно-карие глаза смотрели на меня с недоверием, когда я начала сбивчиво объяснять ситуацию, в которую попала…

— Мне-то какое дело до твоих проблем? — зло рыкнул Гурд.

От его голоса меня накрыла волна паники. В этот самый миг я поняла, что если сейчас не уговорю купца, то вся моя надежда на побег рухнет прахом. Времени придумать что-то новое и кому-то довериться уже не было.

Упав в ноги Нэда, хватаясь скрюченными пальцами за его начищенные до блеска ботинки, завыла, запричитала, словно вдова, потерявшая мужа: — Скажи, сколько денег надо. Госпожа у меня добрая, возьму у нее в долг. Только помоги. Единым прошу. Спаси дитя. Не дай душегубу измываться над родной кровиночкой.

Выла и рыдала неподдельно. У меня на кону жизнь стояла не только моя, а еще и жизнь моего нерожденного ребенка.

— Встань! — прикрикнул купец. — Говоришь, графиня добрая. Две тысячи золотом.

— Ах! — вскрикнула я, придав голосу неподдельный ужас.

— Слов своих не меняю. Я тоже рискую. А ну как кто прознает.

— А ежели я деньги принесу, а ты возьми и обмани меня?

— Слово купца. За две тысячи золотом вывезу из Марвайского государства твоего сына. Да смотри сама языком не трепли. Мужу что скажешь, когда сын из дома исчезнет?

— Так я и не вернусь к этому деспоту. Мне теперь на госпожу, почитай, всю жизнь придется бесплатно работать.

— И то верно. Ступай. Неси деньги. Парень твой пусть их принесет. Ночевать у меня в летнем доме будет. Выезжаем по утренней зорьке. Да скажи, что в дороге мне помогать будет, ткани по лавкам разносить. А есть кому встретить его в Сурманианском государстве?

— Сестра… сестра моя родная. Я ей срочной почтой письмо отправлю. Она ему и новые документы сделает, — шептала я, подхватив край юбки, вытирала ею бегущие по щекам слезы.

Купец скривился, махнул рукой, чтобы уходила.

Высморкавшись для наглядности, попятилась, кланяясь, приговаривала: — Храни вас Единый. Пусть дела ваши в гору идут. Деньги рекой текут. А дорога будет легкой и быстрой.

Выйдя из дома купца, вытерла ладонями мокрое от слез лицо, стала всматриваться в ночную темноту.

Атон возник передо мной, словно выросший из земли молоденький гриб.

— Ну, чего… уговорила купца?

— Уговорила. Век тебя не забуду. А сейчас давай вертаться. Мне еще за сыном бежать.

Вернулись мы быстро. В покои влетела, не помня себя. Переодеваться не стала, чтобы не привлекать внимания одиноких прохожих, надела дорожный плащ. В один карман бросила разные монеты, в другой конфеты и награду для Атона. Сменив личину, спрятала под плащом сумочку, прижав ее рукой.

Вернувшись под яблоню, вложила в руку мальчишке мешочек с монетами и распиской о том, что я подарила на учебу Атону пятьдесят золотых монет. Предупредила его, что уезжаю на десять дней и лучше ему в сад не забираться.

Мальчишка простоял минут пять, пораженный моей щедростью, а потом крутанулся и словно растворился во тьме. И лишь шелест листвы и хруст ветки, попавшей под его ноги, выдавали пронырливого дельца.

А я еще некоторое время стояла, дышала ночной свежестью, набирая новые силы на предстоящие действия.

Прижав крепче рукой к телу ридикюль, в котором находились два мешочка с золотыми монетами и один мешочек со ста серебряными, перекрестилась и отправилась по пройденному недавно пути.

Все монеты в мире Карварс делились на три вида и размера. Самая большая монета с номиналом сто была чуть больше наших пяти рублей. Номиналом пятьдесят была чуть поменьше, монета номиналом в единицу представляла собой примерно наш рубль.

До дома Лакрес пешком не решилась идти, наняла двуколку. Вновь накинула на себя личину Агды и выглядела, как горожанка среднего класса, торопящаяся с работы. Попросила извозчика остановиться за пять домов до нужного мне.

Сойдя с повозки, постояла на мостовой, дождалась, когда карета уедет, и лишь после этого не спеша направилась в нужное мне место.

В таверну «Черный Эдельвейс» вошла с черного входа. Идя по коридору, с ностальгией вспоминала: как рисовала план сцены, гримерок и комнат для молодежи будущей музыкальной группы, с каким ожиданием брала в руки новые музыкальные инструменты, прокручивала в уме репетиции с ребятами. Толкнув дверь, вошла в комнату к Стевану. Как и предполагала, многие вещи остались дожидаться своего хозяина, но, к сожалению, так и не дождутся.

Подхватив подушку, стянула с нее наволочку и стала аккуратно складывать в нее рубашки, брюки, нательные штаны и носки. Летние туфли из кожи грубой выделки завернула в другую наволочку и положила к собранным вещам. Подхватив поклажу, решила заглянуть в свою гардеробную, но на полпути развернулась и поторопилась на выход.

Слишком болезненными были воспоминания. Закрыв входную дверь, не помнила, как дошла до дома Тихоневской. Заходить не стала. Остановила первого идущего прохожего. Им оказался молодой парень лет двадцати пяти и попросила его вызвать из дома Марха. Незнакомец улыбнулся, подмигнул и выполнил мою просьбу.

Со стороны это выглядело так, будто девушка вызывает парня на свидание.

Сын Лакрес, на мое счастье, оказался дома.

— Леди Киара, — настороженно проговорил он, словно сомневался своим глазам.

— Да, это я. Когда вы собираетесь уезжать?

— Завтра вечером. Извозчики сказали, что кони живей по прохладе бегут.

— Мне требуется от тебя большая помощь. Скорей, человеку, сделавшему для меня много хорошего.

— Говорите, чем могу помочь?

— Сейчас ты идешь и говоришь матери, что решил погулять с девушкой и сегодня ночью точно не придешь. Захвати на всякий случай дорожный плащ.

Когда парень развернулся, я схватила его за рукав рубашки.

— Марх, выполни все в точности и ни в коем случае не говори обо мне.

Возможно, молодой человек услышал в моем голосе страх. Его брови взлетели вверх, затем сошлись на переносице, он недоуменно посмотрел на меня.

— Не волнуйся, все хорошо, — поспешила развеять его настороженность.

После того, как Марх скрылся в доме, я остановила проезжающую мимо карету и попросила извозчика подождать немного.

Когда мы сели в повозку, пересказала ему свою просьбу: — У меня есть знакомый купец. Нэд Гурд помог мне в одном деле. И теперь настало время отплатить ему добром. От тебя много не требуется. Будешь в городах помогать с разгрузкой товара. Обоз отправляется поутру.

— А как же мама…

— Об этом не