Месть - Стивен Бакстер

— Или, может быть, только вашего сына, — пробормотал кто-то.

Пул не смог опознать говорящего. Он опустил глаза, чувствуя, что все в помещении и легионы удаленных наблюдателей, наблюдающих за этим заседанием, прямо сейчас смотрят на него.

Гэа встала. — Возможно, нам нужно расширить дискуссию.

Гарри все это время держался на ногах, и сейчас он продолжал стоять. — Хорошая мысль, спикер. В частности, нам нужно взглянуть на влияние вторжения ксили на дела человечества в целом.

И он начал очередную мрачную, впечатляющую, удручающую презентацию.

Помимо собственных усилий по восстановлению после цунами при падении зонда в Атлантику, Земля теперь страдала от последствий нападений ксили на дочерние колонии за пределами планеты. Уже было проведено значительное количество эвакуаций на Землю с Луны и Марса, обитателей куполов и аркологий, которые внезапно показались очень уязвимыми. Даже если, как показали события, сама Земля вряд ли была убежищем.

Тем временем межпланетная торговля все больше нарушалась. И Марс, и Луна зависели от поступающих с Земли продуктов питания, сложных химических веществ и летучих веществ в больших масштабах: например, азот земной атмосферы, собираемый ковшами сепараторов, для заполнения этих воздушных пространств на Марсе. Но сама Земля зависела от импорта из космоса: от солнечной энергии, собираемой на орбитах, от металлов, добываемых из коры Меркурия, даже от изотопов гелия для термоядерных реакторов, добываемых из атмосфер планет-гигантов. Великим триумфом природоохранных лобби в эпоху восстановления стало создание защитного взгляда на Землю и ее сложный груз жизни: для питания нового Марса можно было использовать небольшое количество азота, но в целом Землю нужно было рассматривать как нечто, что необходимо лелеять, защищать.

Земля была парком, садом. Но это означало зависимость от мощности генерации, горнодобывающей промышленности и других отраслей, которые были перенесены за пределы планеты. Теперь эта зависимость подвергалась испытанию.

— Тем временем, — сказал Гарри, — мы наблюдаем растущее недоверие к нашим мировым институтам. Все мы здесь должны осознавать это. Растущий отказ от согласия со стороны тех, кем мы предполагаем управлять, но не в состоянии защитить.

— Вам не обязательно быть свидетелем беспорядков у какого-нибудь офиса ООН, чтобы понять это. Исследование предвзятости новостей и тенденций разговоров показывает растущий регионализм, фрагментацию глобального общества. Например, некоторые регионы Земли отказались принимать марсианских мигрантов. Мы еще не вернулись к национализму эпохи антропоцена, но, возможно, это только потому, что старые нации так глубоко похоронены в истории. Но произошло возрождение различных старых религиозных форм, даже культов.

Пул подумал о насмешливых намеках Никола на давно умершие религии. В своей непочтительной манере она предсказала кое-что из этого, понял он.

Гарри мрачно продолжил: — Есть даже свидетельства того, что несколько групп начали поклоняться ксили. Поклонение: это правильный термин? Я не эксперт в этих архаичных способах мышления. Они молятся им точно так же, как мы предполагаем, что наши дотехнологичные предки когда-то беспомощно молились богам грома и вулканов о пощаде их жизней.

И, мрачно подумал Пул, точно так же, как призрак червоточины подразумевал, что однажды побежденный инопланетный вид пришел бы поклоняться людям. Пришел бы, если бы не это.

Итак, дискуссия продолжалась, удручающая, даже сокрушительная, без облегчения. Когда спикер Гэа объявила перерыв, Пул сомневался, что кто-либо на сессии был благодарен за это больше, чем он. Снаружи шел тихий дождь.

Пул шел один, с кружкой кофе в руке. Воздух был теплым и неподвижным, и костюм Пула, хотя и не был скафандром, защищал от непогоды; дождь не беспокоил его. Мягкая английская погода, какую, возможно, испытывали предки Пула вплоть до Майкла Базалджета и Джорджа Пула, и даже глубже во времени. Возможно, вернемся к эпохе архаичной статуи.

Остальные делегаты остались в здании. Сгрудились в зале заседаний или в прилегающих коридорах. Гарри назвал это "кластерным пространством", помещениями для неформальных совещаний между сессиями, которые, по его утверждению, были наиболее важным элементом таких встреч. Пул оставил их наедине.

Повинуясь импульсу, Пул подошел к центру земляного сооружения в виде трилистника — "пропеллер" Гарри, хотя Пул подумал, что это, скорее всего, овчарня, и сел на влажную землю перед этой центральной статуей, обхватив колени руками, повторяя ее непринужденную позу. — Когда-то ты был богом? Или героем?

Ответа не последовало.

Пул постучал себя по виску, и в ушах у него зазвучали голоса.

Он был подключен к непрерывному каналу связи с Галлией-три, тайным гнездом его коллег в околоземном пространстве Юпитера, всего в сорока световых минутах от него. Прямой разговор был невозможен из-за временной задержки, но два конца длинной линии связи поддерживали несинхронизированный диалог.

Прямо сейчас Хайсмит Марсден обсуждал свой анализ технологии ксили.

— …Каждый последующий отказ нашего оружия предоставляет своего рода информацию. В том смысле, что это дает новую нижнюю границу возможностей технологии ксили.

— Видите ли, оружие, выпущенное по корпусу зонда, включая взрывы ядерной энергии и антивещества, а также таран самого Пула, не только не оставило следов на поверхности корпуса, но и не отклонило движение зонда. Наблюдатели на месте заподозрили это, но нам потребовался год, чтобы надежно установить это по данным, полученным от флота кораблей; его траектория не изменилась ни на долю градуса. Не говоря уже о сверхпрочной броне: как насчет сохранения импульса? Зонд должен был быть сдвинут вбок, учитывая его известную массу, на измеримый угол — даже если этого отклонения могло оказаться недостаточно для спасения Земли.

— Возможно, вы знаете, что я — в отличие от болтливых детей, которые сейчас роятся в моем жилище, как сперматозоиды в поисках яйцеклетки, — испытываю дискомфорт с беспочвенными предположениями. Тем не менее я был вынужден выдвинуть гипотезу о том, как это возможно. И я верю, и эта идея нуждается в проверке, что у ксили есть двигатель, который каким-то образом привязывает объект, подобный зонду, к самому пространству-времени. Все это лишь догадки. Но если, если это так — или справедливо что-то подобное этой гипотезе — тогда зонд, видите ли, будет вести себя так, как будто он обладает бесконечной инерцией. Неподвижен. Как будто даже самая большая сила не может его отклонить…

Пул знал, что Никола Имри прямо сейчас находится