Фантастика 2026-108 - Борис Владимирович Романовский

— Спасибо, — пробормотал я, погладив артефакт, и медленно сел.

В это время уже всё было кончено.

Кровавый поглощал остатки льва, восстанавливая силы. Скелетон и гомункул не пострадали. Жнеца Душ не вижу, но едва-едва чувствую.

— Легат, — ко мне подошёл бледный, как снег, зам. Его голос был очень напряжён. — Пришло сообщение из штаба. Вас отзывают.

— Хорошо, — вздохнул я.

Достав планшет, я взглянул на общий баланс. Один миллион четыреста двадцать две тысячи. Такая цифра могла значить только одно — Менталист третьего Шага был убит мною.

Глава 13

Екатеринбург.

В имении баронского рода Чадаевых царила суета.

Глава рода Сергей Чадаев стоял и пристыжённо выслушивал ругань своей жены.

— Как ты мог такое сказать⁈ — кричала она, красная от злости. — Это же род Юсуповых! Ты разве не понимаешь, в какую задницу нас загнал⁈

— Я… — попытался вставить слово Сергей.

— Ты алкаш! Ты погубишь нас всех! — воскликнула она и повернулась к стоящему в стороне старику. — Валентин Петрович, ну хоть вы что-то скажите!

Старик хмуро смотрел на своего сына.

Валентин Петрович — единственный Мастер в роду. Тот, на ком держалась вся боевая мощь баронского рода Чадаевых. Он уже давно отдал бразды правления родом своему сыну. Только вот титул не мог передать — ведь Бароном мог стать только Мастер, а Сергей так и остался ходить в подмастерьях.

— Сделанного не воротишь, Люба, — вздохнул старик.

Женщина скривилась, словно съела целый лимон.

— Мы постараемся принять молодого Графа со всем нашим радушием и извинимся за нашу наглость, — продолжил старик. — Ты уж постарайся.

— Я приказала поварам приготовить самые лучшие блюда, на какие только они способны, — пробурчала Любовь Чадаева. — Мы закупили лучшие ингредиенты, самые дорогие. Я сделала всё возможное, чтобы принять гостя, как подобает.

Она зло посмотрела на пристыжённого, расстроенного мужа и вышла.

Отец и сын остались одни в комнате.

— Подумай о своём поведении и бросай уже пить, пока не угробил весь род, — вздохнул старик и тоже вышел.

Глава рода остался один. Он сел на стул и запустил пальцы в волосы.

Сергей прекрасно понимал, что сильно накосячил. Три дня назад он пил вместе со своими друзьями, и в это время ему позвонил управляющий рода Юсуповых. Он сказал, что у рода Юсуповых есть деловое предложение к нему. Чадаев тогда не стал ничего слушать и заявил, что если род Юсуповых хочет вести с ним дела, то пусть Граф лично прибудет к нему.

Проснувшись следующим утром, Сергей очень сильно надеялся, что тот разговор ему приснился. Однако сообщения друзей, восхищавшихся его смелостью, убедили его в обратном. Тогда он рассказал всё своему отцу. Конечно, Барон поругал его, но, как он и сказал, сделанного не воротишь.

Отец с сыном просто решили подождать в надежде, что всё само собой уляжется.

Но сегодня утром вновь позвонил управляющий рода Юсуповых и сказал, что на обед к ним прибудет сам Граф. Естественно, пришлось раскрываться уже перед женой, что вылилось в настоящий скандал с самого утра. Периодически жена находила его, чтобы обругать, а потом уходила дальше заниматься приготовлениями. При этом глава рода ничего не мог сказать ей в ответ — ведь он полностью виноват.

Сергей даже начал подозревать, что жена просто нашла легальный способ наорать на него, вот и не отлипала.

Наконец, настало время обеда. Сергей Чадаев направился в обеденный зал.

Он решил, что примет Графа в очень узком кругу — только он, его жена, дочь и отец. Все остальные родственники были срочно отосланы в разные места.

Сергей сел по правую руку от своего отца. Он было потянулся к бутылке с вином, но, поймав раздражённый взгляд отца, тут же одёрнул руку.

— Привычка, — пробормотал он.

Отец фыркнул.

Тут в комнату вошли жена и дочь. Обе приоделись так, как никогда раньше. Особенно дочь. Сергей с удивлением уставился на неё — она была облачена в длинное бежевое платье, в ушах висели родовые бриллиантовые серьги, а на шее — сапфировое колье, купленное ещё прабабушкой.

— Ты что, на бал вырядилась? — не сдержался он.

Дочь, Настасья Чадаева, хмыкнула:

— Ты же знаешь, какой гость к нам придёт. А вдруг я ему понравлюсь?

Настасья села напротив отца, рядом с матерью. Любовь, к слову, тоже надела лучшее платье. Но драгоценности у неё были поскромнее — явно хотела выделить дочь.

Сергей нахмурился:

— Не нужно в это играть, доченька. Я слышал, что за внимание юного Графа борются все княжеские роды, в которых имеются девушки подходящего возраста, — он сделал голос потише. — Ходят слухи, что даже Императрица положила глаз на Графа.

— Ну и что? — пожала плечами Настасья. — В Империи никто не отменял многожёнство.

— Но это не принято, — прокомментировала уже Любовь.

— Род Юсуповых сейчас маленький, ему надо восстанавливаться, — Настасья чуть приосанилась. — И хоть я не смогу стать первой или даже, может быть, второй женой, но вот третьей — почему бы и нет?

— Что за речи⁈ — стукнул кулаком по столу отец семейства. — Никогда моя дочь не станет третьей женой!

Настасья фыркнула и отвернулась.

— Тебе лишь бы уйти из рода, — продолжал негодовать Сергей. — То ты этому Барону глазки строишь, теперь вот вырядилась, как на… бал!

— Мне уже семнадцать! — воскликнула Настасья. — И ты прав, я хочу поскорее покинуть этот дом!

Она вновь отвернулась.

Сергей сердито посмотрел на свою жену, но та спокойно встретила его взгляд.

— Что за семья? — начал ворчать он. — Одни неблагодарные вокруг. Всё только для них делаю, а они…

— Ты только пьёшь, — перебила его жена. — Думаешь, почему наша дочь хочет покинуть дом? Во всём ты виноват!

— Молчать! — воскликнул Сергей, стукнув кулаком по столу.

Тут вдруг дверь открылась, вошёл слуга.

— Граф прибыл, — быстро сказал он.

— А ну-ка успокойтесь! — рявкнул Барон.

От его тела разлилась мощная энергия, которая заставила всех замолчать.

— Не позорьтесь перед гостем!

Отец таким взглядом глянул на сына, что тот поёжился, вспомнив, как тот в детстве порол его. Сергей быстро кивнул.

Тут раздались шаги. В зал вошёл юноша, одетый в дорогой чёрный костюм. У него были слегка растрёпанные белые волосы и красные, как кровь, глаза. При этом всё его лицо имело какую-то особенную привлекательность.

Настасья затаила дыхание, глядя на Графа — она не могла отвести взгляд от его алых глаз. Они притягивали её, как магнит.

Весь вид Графа говорил о том, что он абсолютно уверен в своих силах, что он не понаслышке знает, что такое власть.

«Я влюбилась», — подумала девушка.

— Приветствую вас, —