Месть - Виктория Э. Шваб

– Да, конечно. Валяйте.

Но Дюмон колебался, похлопывая по карману рубашки.

– Что-то не так? – спросил Виктор, незаметно подводя руку к кобуре пистолета.

– Очки забыл. – Дюмон отвернулся. – Наверное, оставил внизу. Сейчас схожу и…

Но Виктор его опередил.

Он не мог позволить себе использовать силу – боль порождала шум, а шум привлекал внимание – поэтому просто прижал пистолет к пояснице доктора и свободной рукой закрыл ему рот.

– Беда с обычным оружием, – сказал он на ухо доктору, – в том, что ущерб от него непоправим. Издашь хоть звук – и больше никогда не сможешь ходить. Понял?

Дюмон кивнул.

– Ты не ЭO?

Доктор мотнул головой. Нет.

– Они ждут твоего сигнала?

Доктор покачал головой и попытался что-то сказать, но ладонь Виктора заглушила слова. Виктор убрал руку, и доктор повторил:

– Они уже здесь.

Как будто по сигналу, Виктор услышал, как распахнулись двери, звук шагов.

– Извините, – продолжил Дюмон. – Они пришли ко мне домой. Следят за моей семьей. Они сказали, если я…

Виктор не дослушал.

– Твои мотивы не имеют значения. Важно одно: как отсюда выбраться? – Он снял пистолет с предохранителя. – Выходы. Где они?

– Есть служебный лифт – другие здесь не остановятся – и две внутренние лестницы.

И, конечно, тот путь, по которому они вошли, самый короткий, но и самый открытый.

Сапоги стучали по линолеуму, резкие лучи света отбрасывали тени на пластиковую пленку. Виктору нужно было видеть свои цели. Но ему не требовалось видеть их ясно.

Он потянулся к ближайшей тени, та изогнулась от крика, а когда эффект неожиданности был потерян, раздались выстрелы, и пятый этаж погрузился в хаос.

* * *

Рука Виктора дернулась, и еще два солдата с криком упали, не успев зажечь свет. Секунду спустя послышался характерный лязг металлической чеки, шипение, и по полу покатились дымовые гранаты.

– Задержи дыхание, – приказал Вик, прижимая Дюмона к стене; красные линии прицелов прошили пелену дыма. Тот разъедал глаза Виктора, задевал нервы, а вся энергия потекла по конечностям – как предупреждение.

Не сейчас, подумал он. Не сейчас.

Служебный лифт со стоном открылся, и Виктор успел увидеть дуло пистолета, пятно черной брони, армейские ботинки. Он изогнулся, выпустив заложника, и ушел с линии огня солдат.

Дюмон вскинул руки, а Виктор достиг лестницы.

– Не стреляйте! – закричал доктор, задыхаясь от дыма.

Солдаты прошли мимо, Виктор скользнул на лестницу и побежал вниз.

Оттуда тоже слышались шаги, но у Виктора теперь было преимущество. К тому времени, когда его увидел первый солдат, Виктор уже завладел их нервами. Он вывернул рубильник на полную, и они упали, как марионетки с обрезанными нитками.

Виктор обошел их тела и продолжил спуск. Он почти добрался до третьего этажа, когда ощутил первый спазм.

На секунду ему показалось, что его подстрелили.

Затем он с ужасом понял, что у него не осталось времени. Разряд шел сквозь него, обжигая нервы. Виктор склонил голову, постоял, держась за перила, а потом потащился вперед.

Но только он дохромал до первого этажа и открыл дверь, как увидел солдата, направляющегося прямо к нему с оружием на изготовку. Не успел Виктор собраться с силами или сосредоточиться, чтобы убить солдата, как кто-то другой сделал это за него.

Мелькнул глушитель, последовали три выстрела в упор – прямо в висок солдата. Они не сумели пробить шлем, но застали бойца врасплох, и через полсекунды в поле зрения появился стрелок – женщина-врач. Она шагнула к солдату, а затем почти элегантно вонзила клинок ему под шлем.

Солдат упал камнем, а женщина-врач повернулась к Виктору.

– Не стой столбом, – прошипела она странно знакомым голосом. Шаги гремели сверху и снизу. – Ищи другой выход.

У Виктора были вопросы, но не было времени их задать.

Он повернулся и продолжил спускаться по лестнице на подземные уровни. Прорвавшись через ряд дверей в пустой зал, он увидел вывеску, которая насмешливо сообщала: «Морг». А за ней – выход. На полпути его настиг следующий спазм, Виктор споткнулся, врезался плечом в бетонную стену. Колено подломилось, и он упал.

Он попытался заставить себя подняться, но тут за спиной распахнулись двери.

– Лежать! – приказал солдат, и Виктор рухнул на пол.

– Мы его взяли, – сообщил один голос.

– Готов, – подтвердил другой.

Виктор не мог встать, не мог уйти. Но у него все еще оставалось одно оружие. Ток усилился, рубильник зашкалило. Виктор держался как можно дольше, цепляясь за жизнь мучительную секунду, полную агонии, пока сапоги не появились у него перед глазами.

А потом отпустил поток.

Позволил боли обрушиться последней волной, смыть все на своем пути.

* * *

Виктор пришел в себя в темноте.

Какое-то время перед глазами плыло, но наконец он смог поймать фокус. Виктор лежал на каталке, потолок оказался намного ниже, чем следовало. Виктор проверил свои конечности, ожидая почувствовать ремни, кандалы, но на запястьях и щиколотках ничего не было. Он попытался сесть, и боль сжала грудь. Два ребра, похоже, были сломаны, однако он все еще мог дышать.

– Я начал сердечно-легочную реанимацию, – сказал голос. – Но побоялся, что это принесет больше вреда, чем пользы.

Виктор повернул голову и увидел фигуру в темноте.

Дюмон.

Доктор сидел на скамейке чуть поодаль, наполовину скрытый тенью.

Виктор огляделся и понял, что лежит в кузове машины «Скорой помощи».

Припомнил приступ – тот возвращался в виде фрагментов, разбитых кадров, но они не объяснили, как он добрался сюда с подвального этажа.

– Я нашел вас, – объяснил доктор, хотя у него не спрашивали, – у морга. Вернее, сначала я нашел солдат.

– Ты не передал меня ЭОН, – заметил Виктор. – Почему?

Дюмон уставился на свои руки.

– Вы могли убить меня на пятом этаже. Но отпустили.

Это не было актом милосердия. Убийство просто не имело никакого смысла.

– А солдаты? – спросил Виктор.

– Они уже были мертвы.

– Я тоже.

Дюмон кивнул.

– В медицине полно ситуаций, когда решение нужно принимать за долю секунды, взвесив все риски. Я свое принял.

– Ты мог уйти.

– Может быть, я не экстраординарный, – сказал Дюмон, – но я доктор. И я давал клятву.

Сирена прорезала воздух, Виктор напрягся, но это просто еще одна машина «Скорой помощи» въехала на парковку. Парковка…

– Мы все еще в больнице? – спросил Виктор.

– Разумеется, – ответил Дюмон. – Я сказал, что помог вам выжить, а не сбежать. Честно говоря, я уже сомневался, что вы выкарабкаетесь.

Виктор нахмурился, охлопывая карманы в поисках телефона.

– Как долго я был мертв?

– Почти четыре с половиной минуты.

Виктор тихо выругался. Неудивительно, что доктор никуда не поехал.

– Надо провести несколько тестов, – продолжил Дюмон, доставая