Падение Диссы - Олег Ткач

«Хоть что-то прошло как надо», – внутренне обрадовался Долимар, быстрым шагом пересекая просторный двор. Везде, куда ни кинь взгляд, виднелись курсорские куртки. Люди Долимара стояли по двое почти через каждые десять шагов. Все они молча приветствовали начальника. Долимар лишь рассеянно кивал в ответ и, не сбавляя шаг, шел дальше, торопясь в покои брата.

Он уже достаточно оправился от покушения и только и думал о дархумовой нежити в кварталах Бедняков. Справиться с ней было его первейшей задачей, важнее, чем вскрывшееся предательство Оквуса и нападение Ночных. Но сперва нужно было поговорить с Виамаром, рассказать ему о происшедшем и получить согласие на дальнейшие действия, план которых уже сложился в его голове. Перед дверьми, ведущими в коридор к королевским покоям, Плайс ловко обогнал курсоруса и открыл их.

– Не беспокойтесь, господин Трейдор, – тихо сказал помощник, пропуская Долимара. – Я буду ждать вас здесь для дальнейших распоряжений.

Курсорус положил руку на плечо преданного и верного помощника, похлопал и пошел дальше, вглубь полутемного коридора. Дверь за его спиной немедленно закрылась. Этот звук не понравился Долимару. В нем было что-то тревожное и настораживающее.

– Будет тебе! – шепотом укорил он себя за излишнюю подозрительность.

Каждый шаг отзывался гулким эхом, нагнетая странную тревогу, которую никак не получалось выбросить из головы. Что-то было не так. Предчувствие непоправимой беды заглушило без следа тревогу и призраки страха, когда Долимар рванул вперед и замер, едва сделав первый шаг. Он взглянул вниз и ужаснулся – нога стояла в уже запекшейся крови. Дальше, через пару шагов, на полу угадывалась еще одна размазанная неровными полосами лужа. Так, словно что-то волокли по полу.

– Сивонна бачча! – прошипел Долимар, резко вставая и устремляясь вперед, едва ли не бегом. – Убью!

На ходу его руки скользнули по одеждам в поисках спрятанных кинжалов. Напрасно – несостоявшиеся похитители забрали все. Долимар зашипел сквозь плотно сжатые зубы с досады и крепче сжал кулаки. Ослепленный яростью, он мог сейчас запросто забить до смерти голыми руками того, кто устроил все это.

Долимар выскочил к лестнице, ведущей наверх, в королевские покои, и едва не столкнулся нос к носу с двумя Мечами Короны.

– Что, дархумова бездна, тут происходит! – закричал курсорус в глухие шлемы, из-за которых сквозь узкие щели за ним следили две пары внимательных глаз. – Снять шлемы! Именем Короны!

– Оставь их в покое, Долли, – раздался насмехающийся голос.

Не веря своим глазам, онемев от изумления, он обернулся. Из бокового коридора вышли двое мужчин и неспешно зашагали к нему. Первый шел, широко улыбаясь и раскинув руки, словно желая обнять Долимара. Второй настороженно следил за ним. Его рука лежала на рукояти меча, за поясом.

– Оквус, – обреченно выдохнул Долимар, в голове которого в один миг рухнуло все, что он пытался строить долгие годы.

– Здравствуй, мой дорогой племянничек. – Улыбка лорда превратилась в хищный оскал. – Смотрю, ты не рад снова меня видеть? Мне кажется, ты представлял нашу встречу после того разговора совершенно в другом месте. Но, мой дорогой Долли, я плохо переношу темноту и сырость, поэтому вышел сам, не дожидаясь твоего одобрения.

– Он безоружен, канцлер, – сухо заметил адмирал Бремар, не убиравший, однако, руки от меча.

– Вижу, – хмыкнул Оквус. – Наш верный Плайс не обманул и не подвел. Впрочем, как и всегда.

Кровь хлынула к лицу и запульсировала в такт сердцу.

– Что с Виамаром? Он жив? – В горле Долимара пересохло, и слова больше походили на хрип. – Если вы… Я вас… уничтожу!

– Но-но, мой дорогой Долли! – шикнул Оквус, подавая знак стражникам, которые тут же шагнули к курсорусу и крепко взяли его под руки. – Сейчас ты сам все узнаешь, прояви чуточку терпения! К тому же ты не настолько глуп, чтобы погибать за то, чего уже нет. Да и Виамара ты, говоря откровенно, не слишком любил.

«Они убили его», – с ужасом понял Долимар, борясь с охватывающим его отчаянием. Если это было так, а по-другому, судя по решительности Оквуса, сменившей его притворную веселость, быть уже не могло. Если это так… Все было кончено. Все старания и усилия Долимара обращались в ничто. Он, словно виртуозный трактирный шулер, выстраивал огромный карточный замок. Такой огромный и сложный, что, увидев его со стороны, любой другой ахнул бы от восхищения. А канцлер подошел и вырвал даже не карту у основания, а сам стол.

Какая разница, что происходит вокруг, если его брат мертв, а он, не пройдет и нескольких минут, последует за ним. Если только канцлер не имеет на него долгих планов – заточения и пыток. Но в этом случае смерть от клинка была бы сущим спасением.

– Выродки! Клятвопреступники и предатели! – Курсорус обратил свой бессильный гнев на Мечей Короны. – Вы клялись кровью своему королю! Как вы могли предать его?!

– Спокойнее, господин курсорус. Они всего лишь люди. К тому же вы сами знаете, что клятву крови можно обойти, – усмехнулся канцлер. – Особенно когда ее нет.

Королевские стражники в полном безмолвии буквально тащили ослабшего Долимара, едва переставляющего ноги, вверх по лестнице, никак не реагируя на его ругательства. Они были гораздо выше и крепче курсоруса и надежно зажали его стальной хваткой с двух сторон. Оквус шел следом, отстав на несколько пролетов, и о чем-то вполголоса разговаривал с Бремаром. Оказавшись перед закрытыми дверями королевских покоев, стражники остановились.

– Отпустите господина курсоруса! – коротко приказал канцлер. – Пусть войдет сам!

Долимар немного замешкался, и его почти впихнули внутрь. Он сделал несколько шагов и замер, не веря глазам. В комнате все было разбито и сломано. Кресла, шкафы, столы – разбитая в щепки мебель валялась на полу. Колбы Анабель превратились в груду битого стекла. Долимар заставил себя посмотреть на кровать. Там лежало безжизненное распростертое тело Виамара. Повсюду была кровь.

– Что ты наделал? – выдохнул Долимар так тихо, что вошедшие следом Оквус и Бремар ничего не разобрали.

«Я должен убить этого ублюдка», – понял курсорус, оборачиваясь к канцлеру. Бремар, мгновенно разобравший во взгляде Долимара открытую угрозу, выхватил меч и встал на его пути. Острие коснулось груди, но он не обратил на него внимания, продолжая с вызовом и ненавистью смотреть в глаза человека, разрушившего всю его жизнь.

– Что ты наделал? – громче повторил свой вопрос курсорус. Он попытался шагнуть вперед, но уперся в клинок.

– Осторожнее, – с отстраненным спокойствием предупредил Бремар, заставляя Долимара отступить к стене.

– Мой дархумов племянничек, – взъярился Оквус, наблюдая, как курсорус медленно пятится назад, к кровати, – я единственный здесь, кто принимает верные решения! И десятка раз мало убить вас за то, куда вы едва нас всех не привели!

Канцлер едва не сорвался на крик, но быстро взял себя в руки. Изящным движением он одернул полы куртки и пригладил волосы.

– Мы обо всем поговорили