Падение Диссы - Олег Ткач

вообще не в состоянии здраво мыслить и говорить, словно побывали в подземном пекле. Торговые обозы заполонили улицы. Среди купцов назревает страх. Кто-то пытается выехать из города через Восточные ворота. Хвала Всеединому, они еще открыты.

– Тебя послала гильдия? – грубо перебил Декар.

– Я первый помощник главы торговой гильдии Давора, – пожал плечами Селари. – Конечно, мне нужно понимать, что происходит. Но мне хватило бы и того, что я увидел на набережной. А тут, оказывается, сам генерал Декар. Я не смог отказать себе в удовольствии обнять старого друга.

Декар умел чувствовать ложь. Сейчас ее не было. Натянутая струна внутри ослабла.

– И правильно сделал. Я тоже рад тебя видеть, – улыбнулся Декар и добавил уже с серьезным выражением лица: – Пройдемся?

Он не хотел тратить время на объяснения. Тем более Селари вряд ли поверит его рассказу. То, что происходило сейчас на другом берегу, казалось попросту невозможным. Декар точно не поверил бы в подобное, пока не увидел все собственными глазами.

– С удовольствием! – быстро согласился Селари. – Эта ободранная палатка наводит жуткую тоску.

Старые друзья вышли в вечернюю прохладу и пошли по лагерю, замершему в тревожной дреме, в сторону моста, переговариваясь вполголоса. Лазар пошел следом, словно заправский телохранитель. За свою службу он не переживал. Пока спешно обустраивали лагерь и укрепляли оборону, погорец шустро передал дела двум заместителям. После такого несчастья в его городе Лазар считал невозможным оставаться на посту капитана Щитов Короны. Прошение о его отставке лежало в кармане и ждало удобного случая, чтобы быть передано генералу Декару или курсорусу Долимару. Погорец надеялся, что командующий позволит ему искупить вину в армии на границе, но и курсорскую камеру принял бы с достоинством.

Лагерь, если так можно было назвать хаотичное скопление телег, палаток, костров, напуганных людей с оружием прямо на маленькой мощеной площади перед мостом, нескольких прилегающих улочках и части широкой главной улицы Диссы, затих. Ощущение беды висело в воздухе. С одной стороны был перегороженный мост, за которым темнели безлюдные улицы, с другой лежал город, полный взволнованных напуганных людей, которые вряд ли уснут сегодня ночью.

Декар шел рядом с Селари, внимательно вглядываясь в происходящее и одновременно переговариваясь со старым другом, которого не видел уже несколько лет. То, что происходило в лагере, не нравилось Декару. Его люди, конечно, успели многое сделать за эти несколько часов для укрепления обороны, но этого явно мало. Городские стражники, вчерашние землепашцы, оторванные от земли заботливой рукой Короны в преддверии войны, выглядели смертельно напуганными. Многие из них вообще впервые увидели смерть, не говоря уже про жуткую некромантию, создания которой безжалостно раздирали живую плоть. Декара порадовало лишь грамотное оцепление. Люди, осознав всю опасность происходящего, предпочитали спрятаться за крепкими дверями и ждать, пока с нежитью разберутся стражники и эффи. За оцеплением, помимо торговцев, стояли лишь те, чьи семьи остались на другой стороне моста. Многие плакали от бессилия и сыпали проклятья на головы магов, другие стояли молча, с посеревшими и пустыми лицами, и их молчание было красноречивее любых криков и слов.

Декар резко свернул к оцеплению. Селари ничего не оставалось делать, как пойти следом. Главная улица была заставлена обозами и голосящими о своих убытках купцами, боковые улочки были забиты людьми. К ним Декар и подошел. К нему тут же подскочил один из его солдат, младший офицер, и принялся докладывать ситуацию. Декар жестом прервал его и повернулся лицом к людям.

– Кварталы Бедняков полны нежити! – громко закричал генерал так, чтобы его было слышно всем. – Мне жаль ваши семьи и дома! Надеюсь, кому-то удалось выжить! Но вас не пропустят через мост! Это приказ Короны!

После этих слов повисло тяжелое молчание, прерываемое тихими ругательствами. Кричать Флеймдору больше было не нужно.

– Все мужчины, способные держать оружие и имеющие желание помочь нам, могут записаться в добровольное ополчение вот у этого офицера, которого я назначаю командующим ополчением! – Декар положил руку на плечо стоящего рядом юнца. – Меч и крепкий щит найдется каждому добровольцу! Всем же остальным я приказываю уйти. Властью, данной мне Короной, я объявляю военное положение во всей Диссе! С этого момента любой, кто будет пытаться проникнуть в лагерь, будет схвачен и доставлен в башню Правосудия, именем Короны!

Толпа стала редеть на глазах. Угроза попасть к курсорам возымела огромное действие на людей. Декар недовольно поморщился. Из огромной толпы осталось не больше двух десятков мужчин, желающих вступить в добровольцы.

– Вдохновлять словами – это не твое, – шепнул Селари, молчавший до этого.

– Даже если бы они все взяли в руки оружие, я не повел бы их через мост, – отмахнулся Декар, старательно скрывая разочарование, – это не солдаты, которые подчиняются приказам. Но теперь хотя бы можно снять большую часть людей с оцепления и усилить ими оборону моста.

Декар и Селари направились вдоль ряда стражников, за которыми стояли обозы торговцев, застрявших на месте. Декар удивился. Телег было очень много. Караванщики в первых рядах и мечтать не могли выбраться теперь из города. Плотно зажатые следующими обозами, они могли лишь ругать стражников и махать в их сторону оружием, выкрикивая бессильные угрозы. Но прорываться вперед никто не решался. Новости среди торгового люда распространялись гораздо быстрее, и все уже знали, что в лагере оказался сам командующий армией Давора, а кто-то видел даже курсоруса. Напрашиваться в такой момент на неприятности не хотел никто, поэтому всю бессильную злость торговцы вымещали в ругательствах.

– Почему они замолкают? – тихо спросил Декар у Селари, заметив, что крики прекращались, стоило только караванщикам заметить их пару. – Ты настолько знаменит?

– Меня они видят чаще тебя, – криво усмехнулся Селари. – Ну и хватает ума понять, с кем я могу так идти рядом. Да еще и начальник Щитов Короны сзади нас топает, словно настоящий чехран.

Декар скользил взглядом по одинаковым повозкам, когда что-то привлекло его внимание. Генерал пригляделся. Прямо посредине площади среди торговых обозов стоял необычный караван. Мощные выдрессированные лошади замерли, словно каменные, в то время как другие ржали и нетерпеливо били копытами. Все повозки были крытыми, обитыми плотной кожей. Чернели узкие окошки бойниц, через которые удобно стрелять из арбалетов. Не повозки, а крепости на колесах. Под стать им были и возницы с охраной. С первого взгляда видно – бывалые воины, держались в седлах ровно, вели себя спокойно и терпеливо ждали, словно не раз сидели в засадах. Видя их серьезность, другие караванщики старались не приближаться.

Декар повернулся к Селари и заметил, как тот обменялся взглядами с одним возницей из странного обоза, но промолчал. Дела друга его не касались, пока не пересекались с делами армии и Короны.

«Странно, – подумал Декар, слушая вполуха болтовню Селари о